Баба Саша — петрозаводская легенда. В прошлом году она отметила вековой юбилей, в этом Александре Николаевне пошла уже вторая сотня. И хотя по паспорту день рождения у нее значится 23 апреля, сама она эту дату не признает и празднует все равно по старому стилю. Тем более что 6 мая у бабы Саши еще и именины. Ведь раньше имена детям так и давали — в соответствии с Днем ангела.

Правда, карельская земля гордиться удивительной и неунывающей бабушкой не вполне имеет право. Здесь Александра Николаевна живет всего 6 лет, а родом она из Торопца, городка в Тверской области. Преданность бабы Саши своей родине уникальна. Ее она не променяла ни на Ленинград, ни на экзотический Ташкент, ни на теплый Сочи. Где бы Александре Николаевне ни пришлось оказаться, отовсюду она возвращалась в родной Торопец. Лишь на склоне лет внучке удалось забрать ее в Петрозаводск.

Человек-история

Сама по себе человек-история, события столетнего периода России баба Саша вспоминает спокойно. "Революция шла сама по себе, а я сама по себе", — улыбается Никифорова. Хотя рассказывает, что бегала с красным платком у Зимнего — в Ленинграде тогда жил ее брат-коммунист. Да и сама она в северной столице с детства бывала частенько. Могла, к примеру, самостоятельно повезти туда на рынок продавать свежевыловленную щуку или сшитую отцом обувь. С папой-сапожником Саша ходила и по деревням. Он брал заказы и там же шил обувь — и Саша тоже шила, туфли из парусины и холста. В 13 лет ей подарили машинку "Зингер". Так что Александра Николаевна могла и обуть, и одеть своими руками. Она и по сию пору рукодельничает: плетет тряпочные коврики и дарит родственникам и знакомым. Узнала, что корреспондента "Карельской Губернiи" зовут так же, как ее, сказала внучке: "А ну, достань там, в шкафу..." — и подарила веселое оранжево-синее плетение.

В Ташкенте Никифорова оказалась во время войны, в эвакуации. Хотя и могла остаться там, все же после войны вернулась в Торопец. Где обнаружила, что дом ее разбит бомбой. Вскоре у Александры умер муж, и с 20-летним сыном она отправилась в Ленинград. Поначалу работала рассыльной: "Поеду, бывало, с поручением, а окажется — не в ту сторону. Вернусь обратно, снова ищу дорогу. Всегда добивалась своего". Пожила на площади Восстания, устроила сына, бросила Ленинград и опять уехала в Торопец. "Я церковь поднимала", — вспоминает баба Саша о том, как 14 лет заботилась о местной Всехсвятской церкви. "При коммунистах-то нельзя было. Печку не давали побелить, ремонт не разрешали сделать". Но Никифорова тихонько, своими руками поддерживала храм, делала ремонт, ухаживала за иконами. Нетерпимости к вере коммунистам она по сию пору не забыла. "Я на выборах говорила: "За Путина надо голосовать. А то поставят коммунистов, опять церковь запретят".

Кари глазки

Брат Александры Василий живет в Сочи. Года полтора прожила там и Никифорова. Но не прельстилась теплым югом и вернулась на родину. Брат же, которому исполнился девяносто один, каждый год обязательно приезжает к сестре на день рождения. Уникальна баба Саша и тем, что в медицинской книжке ее за сто лет исписано всего страниц пять. Правда, в марте 2004 года она сломала руку, но уже через месяц опять принялась вязать коврики: "Без работы я не могу".

Секретов долголетия у бабы Саши нет. Всю жизнь вставала ни свет ни заря, много трудилась и даже в 95 лет возилась в огороде. Воду пила только из родника, другой не признавала. Однажды, когда в очередной раз спросили ее о секретах долголетия, задумалась и сказала: "Наверное, все дело в чистой воде". Питалась, насколько средств хватало, а продукты покупала на рынке — "свое", немагазинное. И сейчас, на сто втором году жизни, баба Саша веселая, общительная и очень добрая:

— Вот сижу, коврики плету да песни пою.

— А какие песни?

— Да всякие, — посмотрела на собеседницу, увидела, что глаза карие, и задорно затянула: — Кари глазки, как вы черны, мне вас больше не видать, куда, куда вы удалились, зачем оставили страдать!

Неунывающая

Рекордсмен по долголетию в Карелии — другая баба Саша: Александра Алексеевна Гришина. В апреле она отметила свой 106-й день рождения. И тоже никаких стараний к этому не прикладывала. Только терпеливо переносила все испытания, подбрасываемые жизнью, заботилась о семье и никогда не унывала, хотя перенести пришлось многое. Видимо, во внутренней силе и весь секрет. В Карелию Александру привела война: в числе прочих военнопленных ее с тремя детьми привезли сюда финны. В лагере трудилась на лесозаготовках и одна растила дочерей (ее супруг умер еще до войны). Пайку хлеба делили на всю семью, в лесу Саша собирала ягоды — тем и жили. Без работы не сидела никогда. Хотя и болела немало — то температура, то какое недомогание. Питание свое регулирует сама, как-то интуитивно зная: "Вот это мне можно, этого нельзя". Сейчас Александра Алексеевна живет на Кирпичном заводе под присмотром дочери Людмилы Васильевны.