Байки у открытой газовой конфорки

Сегодня вечером Москва увидит премьеру нового фильма Тодда Солондза "Сказочник" (Storytelling). Те, кто помнит его солондзское "Счастье", догадываются, что светлых эмоций после премьерного просмотра может почти не остаться.

Хотя это с какой стороны посмотреть. Как ни крути, а все-таки Солондз - режиссер веселенький. Любит пощипать общество за больные места, но не навязчиво, а так, чтобы на себя ненароком никто не подумал. Как и в случае со "Счастьем", круговорот социальных тем в "Сказочнике" замыкается на вопросах семьи, духовного равновесия и навигации отдельной человеческой личности в океане других людей. Причем здесь общих мест и абстракций еще больше. Солондз говорит о конкретных вещах и иллюстрирует их конкретными примерами, а получается, что сказанное касается и всех, и никого. Гротеск - любимое оружие режиссера.

В кампусе американского колледжа будущие писатели собираются на занятиях у чернокожего учителя словесности. Разбирают творения своих сокурсников по косточкам, разносят друг друга в пух и прах, не замечая, что таким образом выносят товарищам подспудный приговор в несостоятельности, ведь те черпают сюжеты для своих этюдов из собственной жизни, перенося на страницы рукописей интимные переживания, имевшие место в недалеком прошлом. Амбициозная студентка Вай (Сэлма Блэр, "Жестокие игры", "Блондинка в законе") все хочет стать настоящей писательницей. Ей наплевать, что она муза своего любовника и соратника по парте Маркуса, больного церебральным параличом (Лео Фицпатрик, "Детки"). Для полноценного творчества ей не хватает собственных психологических взрывов. И она их находит в соитии со своим наставником негроидной расы (Роберт Уиздом), который только и ждет подходящего момента, чтобы кого-нибудь растлить из мести к небесам за то, что он, лауреат Пулитцеровской премии, вынужден прозябать каким-то сельским учителем.

Солондз обрадовался: как он все талантливо придумал! За какие-то двадцать минут экранного времени умудрился обсудить и расовые вопросы, и тему славы, и проблемы секса. И название подвернулось простое и емкое - "Вымысел". Одна неувязка - по хронометражу эта искусная поделка никак не тянет на полноценный художественный фильм. Лиха беда начало. Историй в голове роится просто уйма.

А коли экранное время полностью не использовано, Тодд снял на пленку еще одну историю под названием "Реальность". Ее герой - пофигистичный тинейджер Скуби (Марк Уэббер) - становится центральным персонажем двух фильмов сразу. Чего уж тут мелочиться, раз документалист из Солондза тоже выходит неплохой. Документальный фильм в "Реальности" снимает режиссер-дебютант, успевший до кинематографического поприща побывать и актером, и писателем. Он хочет поведать людям о проблемах подросткового мира и вскрывает их на примере жизни Скуби, который, по мнению родных, потерял всякий моральный облик, в колледже учиться не собирается и существует постольку, поскольку ему все равно, хотя имеет эфемерную цель: если обзавестись нужными связями, можно попасть на телевидение и стать там ведущим собственного ток-шоу. Когда сверстники слышат подобные откровения отмороженного Скуби с экрана, они не воспринимают его единственную мечту всерьез, а начинают хохотать и аплодировать. Следуя общей структуре "Сказочника", этот эпизод еще раз подтверждает, что вымысел и реальность всегда соседствуют, но никогда не придут к единому знаменателю. В том-то и трагедия.

Но лить слезы по этому поводу Солондз нас не просит. Как и всякий сказочник, он просто травит байки. Он хочет нас повеселить. Раз уж мир не такой, как нам нравится (а мы ведь, заметьте, просто хотели быть счастливыми, не причиняя вреда окружающим), давайте обстреляем его своими ироничными фантазиями. Младший брат Скуби (похожий на малолетнего Гитлера) гипнотизирует папашу, чтобы тот выгнал из дома няню, у которой совсем недавно внука казнили при помощи удушающего газа за убийство. Потрясенная этим событийным рядом, она ночью пробирается к своим прежним хозяевам и открывает все конфорки. Когда грустный Скуби после провала своей звездной роли приходит домой, он видит, как в машины "скорой помощи" заносят зачехленные трупы его семьи. "Ах, Скуби, ты, наверное, очень расстроился?" - участливо спрашивает его подоспевший режиссер-документалист. "Все в порядке, - отвечает тот. - Ты снял классный фильм".