Газета Русский Курьер :: "Русаки" из фатерланда

В Германии около трёх миллионов этнических немцев из бывшего Советского Союза, которых здесь называют "русскими немцами" или просто "русаками". Большинство из них так и не прижились на новой родине

Российским немцам всё теснее на сытой исторической родине.

Еще в 1955 году канцлер Конрад Аденауэр обратился к советским властям дать разрешение на переселение этих людей в ФРГ - ему отказали. Но в середине 70-х годов потеплело в наших отношениях, и на немецкой земле появились первые переселенцы. Основной же поток хлынул сразу с началом перестройки: и "своим"-то стало худо, а "вечно чужим", немцам, - еще хуже.

Потянулись они на историческую родину с плохим (или никаким) знанием немецкого языка, с невысоким, как правило, образованием, а главное - с совершенно иным менталитетом. Нездешними взглядами на жизнь, с советскими привычками, не всегда, впрочем, вредными. Поэтому "русаки" и в Германии стремятся жить среди своих: известен случай, когда целая деревня как бы перенеслась из одной страны в другую, говорят они большей частью по-русски, смотрят российское телевидение и очень медленно интегрируются в среду коренных немцев. Из бывшего Союза приезжают сюда, по существу, не немцы, а русские, казахи, украинцы, таджики, киргизы с долей немецкой крови.

Дав переселенцам немецкие паспорта, никто в Германии не спешит, однако, признать их истинными немцами. Больше половины из переселенцев не работают, живя на "социалку", - на семью из трех человек приходится около 700 евро. Для неизбалованных судьбой "русаков" этого хватает. На работу их берут в последнюю очередь, увольняют - в первую, хотя официальных предписаний на сей счет не существует. Если повезет, можно устроиться грузчиком или разнорабочим, реже - станочником. Шансов у инженеров, врачей, учителей практически нет.

Среди жителей Берлина "российских немцев" - меньше процента, но среди юных боксеров, например, в берлинских спортклубах и в особенности в центре олимпийских резервов наших земляков больше половины. В олимпийской команде Германии - "русский немец", чемпион Европы Виталий Тайберт. По словам тренера Адольфа Ангрика, "без них мы были бы не только в боксе, но и в некоторых других видах спорта ничем". Новая надежда - 15-летний Рудольф Глас - рассчитывает стать олимпийским чемпионом в 2008 году, его приятель Вальдемар Шёнеман, родом из Таджикистана, уже был вице-чемпионом ФРГ. "Мы прилежнее, - объясняет Вальдемар успехи "русаков". - Немцы слишком мягкие, ленивые, жесткие бои не для них". Кто отстоит себя на ринге, тому легче пробиваться и в жизни.

При этом "русаки" незаслуженно имеют "плохую прессу". На самом деле процентная доля их в уголовной среде, вопреки сообщениям СМИ и обывательскому поверью, заметно ниже, чем, скажем, у турок или югославов. Да и сидят наши бывшие земляки почти всегда из-за мелочей и по глупости. В дюссельдорфской тюрьме несколько раз в год сидит бывший наш, который отбывает тут регулярное двухмесячное наказание за неуплату штрафов - по причине полной бедности.

Допекают их и немецкие соседи. Один паренек по прежней деревенской привычке любил по воскресеньям, приняв пару рюмок водки, поиграть перед домом на гармошке - немецкие соседи быстро отучили от музицирования с помощью полиции. "Шашлык на природе" удается, если забираются "русаки" в глухомань - иначе ни попеть, ни поспорить. Конечно, мелочи житейские, но и они каждый день напоминают об отчужденности бытия на исторической родине.

Многие ищут спасения от душевных невзгод в церкви, которая стала для многих "русаков" своего рода религиозным клубом, где устраиваются торжественные вечера, справляются свадьбы (крайне редко переселенцы бракосочетаются с коренными немцами), отмечаются дни рождения. При этом у "российских немцев" нет не только своей партии, но и авторитетного представительства в высших властных структурах, хотя в МВД действует специальный отдел по переселенцам. Чиновники не сидят сложа руки, но почти ничего не могут сделать для интеграции переселенцев, а вот немецкой бюрократии удается многое в прямо противоположном направлении. В Германии мне довелось пообщаться с десятками людей, которые хотели бы вернуться в Россию. Но их останавливает перспектива вернуться в никуда. С отъездом в ФРГ эти люди всё свое имущество продали или раздарили, оставшись буквально без кола и двора. Им остается надеяться только на удачу и провидение.