После долгого молчания и отказа сотрудничать со следствием Леонид Белуга наконец пошел на контакт с правоохранительными органами. Однако показания чудом оставшегося в живых после выстрела из гранатомета предпринимателя во многом разочаровали сыщиков. Теперь можно точно сказать: на раскрытие громкого преступления уйдут годы.

О ходе расследования и перспективах дела корреспондент "Губернiи" Наталья Захарчук побеседовала с заместителем начальника Отдела по расследованию особо важных дел прокуратуры республики Александром Кумировым.

— Александр Владимирович, удалось ли следствию выяснить какие-то новые обстоятельства покушения?

— Никаких новых обстоятельств мы не узнали. Картина преступления была ясна с самого начала. Кто, что и как делал, где все происходило, мы выяснили сразу же, в первую неделю, тогда же дали фоторобот преступника. Обычно так и происходит. По таким делам, если в первые дни обстоятельства происшествия не установить, то потом вообще мало шансов что-то выяснить.

— Вы связываете выстрел по машине Леонида Белуги около центра "Акватика" с первым покушением на жизнь предпринимателя?

— Мы не исключаем, что эти события могут быть связаны между собой. Но доказательств нет. Когда выстрелили в машину около центра "Акватика", свидетелей не было. Там никто ничего не видел, поэтому трудно даже версии выдвигать.

— В первые недели после покушения Леонид Белуга скрывался, был где-то за пределами столицы Карелии и не шел на контакт со следствием. Это вызывало недовольство со стороны правоохранительных органов. Сейчас, по нашей информации, ситуация изменилась...

— Белуга пошел на контакт со следствием сразу после выстрела около "Акватики". Я думаю, он просто понял, что своими силами вряд ли найдет преступников. Сначала мы, конечно, не понимали молчания Леонида Белуги. Но сейчас прекрасно понимаем состояние бизнесмена, и нам трудно винить его за отказ сотрудничать. Во-первых, у человека были шок и телесные повреждения, во-вторых, растерянность — он не знал, откуда прилетел выстрел. В-третьих, думаю, что он элементарно нам не верил. Думал, как и многие, что правоохранительные органы все продажные... Но потом наверняка собрал информацию о том, кто ведет следствие, и узнал, что за плечами людей, которые занимаются его делом, несколько подобных раскрытых преступлений. Думаю, авторитет следователя Владимира Гельфенштейна уже говорит сам за себя. И подключать к делу правоохранные силы, из Москвы, например, или еще откуда-то, по-моему, бессмысленно.

— Скажите честно, вы обнаружили в Белуге искреннюю заинтересованность в том, чтобы преступление было раскрыто?

— Леонид не торопил нас, ни разу не говорил, мол, раскрывайте, ребята, вот вам зеленый свет, докопайтесь до истины. Он знает, что мы работаем и его согласие нам не нужно. Но сам факт того, что потерпевший говорит, хоть как-то проявляет себя, это уже хорошо. Мне показалось, что в Леониде Белуге произошел какой-то перелом. Стала чувствоваться его эмоциональная заинтересованность. В человека все-таки из гранатомета выстрелили... А государственная машина есть государственная машина.

— Сам Леонид Белуга на следствии выдвигает какие-то версии происшедшего: кто заказчики и исполнители?

— У него есть несколько версий того, кто может стоять за преступлением. И они не противоречат тем версиям, которые рассматривает следствие. Но, если честно, ничего нового для нас у Белуги нет. Хотя я и не заметил, что есть какие-то темы, о которых он не хочет говорить. Все равно о чем-то проговаривается.

— Вы верите ему? Верите в его искренность?

— Конечно, нет. Любой человек, если работает со следователем, вряд ли будет когда-нибудь полностью искренним, откровенным.

— И все-таки в какой сфере деятельности, по мнению самого Леонида Белуги и следствия, стоит искать корни преступления?

— На сегодняшний день я могу только одно сказать: пока у нас нет четкой информации и доказательств по лицам, которые совершали это преступление, говорить, к какой сфере деятельности оно относится, я не могу. У нас есть комплекс версий и мы по ним всем работаем.

— И даже политическую версию не отвергаете? Она с самого начала казалась наименее правдоподобной...

— Политический оттенок у преступления в любом случае присутствует. Все-таки серьезного бизнесмена и депутата Законодательного собрания хотели убить.

— Александр Владимирович, вы не считаете, что факт продажи Белугой "водочной" части своего бизнеса — это косвенное доказательство того, что и выстрел из гранатомета связан с торговлей алкоголем?

— Нет, не считаю. Да и говорить о том, что произошла какая-то продажа, по-моему, преждевременно. Да, об этом сообщает пресс-служба фирмы "Лотос", но если проверять все документально, то ничего подобного не видно. Я считаю, что Леонид как был начальником над всей этой водочной системой, так и остался. Новые хозяева, скажем, Амиран Чичуа... Так он — компаньон Белуги по "Ляскеля". Получается, это все одно и то же... "Викинг-банк", который якобы свою долю теперь имеет... Мы и по нему выясняем. Так что продажа алкогольного бизнеса — это совсем не факт. Кроме этого, я считаю, нельзя зацикливаться на одной версии. Пока нет ясности, надо работать по всем направлениям.

— Правоохранительные органы как-то обеспечивают личную безопасность Леонида Белуги? Охраняют его, или он справляется собственными силами?

— Это комментировать не могу. Но нужно реально на вещи смотреть. Ну будут с ним рядом два СОБРовца ходить, и что? Киллер Мозгалев, который застрелил Андрея Пирогова, говорил у меня на следствии, что ему все равно, сколько человек будут охранять его жертву, он все равно исполнит заказ.

— А сколько может стоить такой заказ на убийство? Совет директоров "Петрозаводскмаша" предлагал за информацию о преступниках сумму, вдвое превышающую стоимость убийства...

— Не знаю, на что они надеялись. Вообще-то, есть очень разные цены.

— Ходят слухи, что Леонид Белуга собирается навсегда покинуть Карелию, поселиться в Канаде. Его отъезд может помешать следствию? Или оно вообще прекратится?

— Следствие будет продолжаться в любом случае. Леонид Белуга — потерпевший, процессуальное лицо, и он, как мне показалось, готов работать с нами. А об отъезде бизнесмена за границу я ничего не слышал.

— И все-таки каковы перспективы дела? Мы когда-нибудь услышим фамилии конкретных лиц, причастных к покушению?

— Работа предстоит долгая, и, могу вам сразу сказать, она прекращаться не будет. Но это — годы... В любом случае мы найдем, кто это сделал. Покушение совершено с таким цинизмом, которого еще не было. В Карелии уж точно ни разу. И если вспоминать подобные случаи в других регионах, то это единицы.

— Но ведь есть у нас и другие громкие преступления, которые произошли много лет назад и до сих пор не раскрыты... Я имею в виду прежде всего убийство Владимира Миронова.

— Но эти дела не лежат на пыльной полке. Работа не прекращается. А по Белуге никто не задержан, никто не арестован. Громких разоблачений нет. Но работа ведется. И мы, пусть и не сразу, но раскрываем заказные убийства. Раскрыты убийства Пирогова, Бадырханова, Сюкалова, Гарасимова, Пантелеева, другие... В одном из случаев следствие длилось почти пять лет. И дела в отношении трех человек — Аполлонова, Миронова и Белуги — это те, которые мы никогда не оставим.