Техасский пленник

Александр Ципко

(Продолжение. Начало в № 202)

Первая половина моей статьи, опубликованной в прошлом номере, заканчивалась словами: "До тех пор пока союз и сотрудничество России с США не будут подрывать наше самоощущение своего государства как державы, политика Путина будет вне опасности".

Но что произойдет, если события пойдут по сценарию Геннадия Зюганова? Если нас в очередной раз "кинут"? Вероятность такого исхода тоже велика. Где гарантия, что вместо Буша-младшего через три года не придет к власти очередная Мадлен Олбрайт с ее страстью к гуманитарным интервенциям, что нас не будут учить демократии и уважению к свободе слова по югославскому сценарию - с помощью бомб? Никаких гарантий нет. Тут надежда только на ум и проснувшееся самосознание политической элиты Америки.

Она должна понимать, что возвращение к политике окрика по отношению к России после всех наших так широко распахнутых объятий погубит не только Путина как политика, но и политическую стабильность в нашей стране. Погубит навсегда и сторонников прозападной демократической ориентации России. В этой ситуации пострадает не только наша страна, но и безопасность во всем евразийском регионе. Ведь противники США, а их в этом мире предостаточно, ждут не дождутся, что бы Россия разочаровалась в проамериканском курсе Путина.

Русские действительно некорыстны, они не умеют торговаться и не ищут прямой выгоды от своих добрых поступков. И тут Путин был искренен. Россия сделала все возможное для победы антитеррористической операции США в Афганистане, руководствуясь прежде всего моральными чувствами, желанием помочь стране, которая оказалась в беде. Я думаю, что Путин, принимая очень не популярное в России, особенно среди военных, решение о ликвидации баз на Кубе и во Вьетнаме, тоже руководствовался желанием сделать все возможное, чтобы продемонстрировать наше доверие к американским партнерам, искреннее желание в новом веке осуществить прорывы в отношениях между нашими странами.

Но будет беда, если русские увидят, что на такую искренность и добрые чувства американцы опять не отвечают взаимностью. Ведь мы хорошо помним, что совсем недавно, всего 10 лет назад, односторонние уступки Горбачева, и прежде всего в вопросах объединения Германии и вывода советских войск из Восточной Европы, были оценены Западом как "поражение СССР в холодной войне". Будет очень плохо, если сейчас повторится то же самое, если добрые, но очень рискованные поступки и намерения Путина не вызовут адекватную реакцию со стороны новой администрации США. Надо отдавать себе отчет, что сейчас Путину уже поздно отступать, что, по сути, он уже стал заложником доброй воли нового президента США.

Мы уже сделали все возможные шаги навстречу США, теперь все зависит от ответных шагов господина Буша. Тут важно понимать, что население России будет поддерживать новый проамериканский курс Путина до тех пор, пока оно будет ощущать, что этот курс строится на паритетной, равноправной основе. Что американская страна считается и с достоинством нашего государства, и с его национальными интересами.

Тут все висит на волоске. От любого шага новой администрации США, который будет воспринят населением нашей страны как акт неуважения к России (бомбардировки Ирака или односторонний разрыв Договора по ПРО), зависит не только новая пока еще хрупкая дружба, но и личная судьба Путина как политика, как руководителя государства. И очень не хотелось бы, чтобы в памяти народной он подобно Горбачеву остался в роли разрушителя государства.

Впрочем, положение Путина сейчас хуже не только по сравнению с Горбачевым, но и по сравнению с Ельциным. Горбачев шел навстречу пожеланиям США и Запада, опираясь на усталость всего населения от страха перед термоядерной войной, опираясь на всеобщую иллюзию, что демократия и свобода не только принесут нам экономическое процветание, но и сохранят за нами геополитические преимущества как великой державы. У Ельцина политическая база для сближения с Западом была значительно уже. Но у него все же были либерал-демократы, которые активно поддерживали проамериканский курс первого президента. При Ельцине все влиятельные СМИ работали на его прозападный "демократический курс".

У Путина же после 11сентября, когда он сделал неожиданный и решительный шаг в сторону сближения с США, был только один союзник - его высокий рейтинг. Парадокс состоит в том, что Путин использовал для своего исторического выбора в пользу Запада тот рейтинг, который вырос из антизападных, антиамериканских настроений россиян. Путина привела к власти надежда подавляющей патриотически настроенной части населения на то, что он окажется тем руководителем, который восстановит традиционную державную мощь России, начнет бороться с "лидерством США", будет проводить независимую от Америки внешнюю политику. И Путин, надо отдать ему должное, почти два года строил свою внешнюю политику в точном соответствии с этими державными иллюзиями. А тут - полная перемена курса, согласие идти в фарватере США и под его руководством. По крайней мере на период антитеррористической операции.

Очевидно, что в новой ситуации, в период произошедшего перелома во внешней политике, Путин может удержать свою популярность, и самое главное - свою власть, в двух случаях.

Первый связан с надеждой, о чем я уже говорил, что нынешняя администрация США сохранит за Россией статус мировой державы, по крайне мере в геополитическом отношении будет относиться к ней как к равноправному партнеру, по крайне мере во всем, что касается глобальной безопасности современной цивилизации. Пока что старое "большинство" не покидает Путина, ибо Буш вольно или невольно подчеркивает, что для него поддержка России важнее поддержки Западной Европы. Подобная ситуация удовлетворяет традиционные державные амбиции российского населения. И эта удовлетворенность будет сохраняться до тех пор, пока у администрации Буша не возникнет соблазна поставить нас на новое место, на роль всего лишь региональной державы.

Второй путь удержания власти Путина в новой ситуации более сложен. Он предполагает смену состава "большинства" вслед за сменой его внешней политики, вслед за решением быть вместе с Америкой. Такая перемена курса предполагает переход от опоры на "патриотическое" большинство на "либеральное" меньшинство. Такая перемена предполагает качественную смену легитимности режима Путина. Но такой переход возможен только в том случае, если администрация Буша сделает сейчас же, немедленно, все возможное для экономической поддержки России. Речь идет не только об отмене архаичных дискриминационных санкций против России, но и об облегчении проблемы долгов.

Для Путина, чтобы удержаться сейчас у власти, очень важно показать населению России, что сближение с США, с Западом не только не наносит ущерба его благосостоянию, как было при Горбачеве и Ельцине, но, напротив, обеспечивает существенный прогресс во всех сторонах жизни людей. Без этой поддержки нового прозападного курса Путина ростом реального благосостояния людей ему будет худо. Ведь провала нового курса сейчас ждут все его многочисленные противники: и левые патриоты, и недовольные военные, и, как ни странно, "штатные друзья Америки", наши либералы. А отступать Путину назад - поздно. Наступает момент, когда руководство США должно показать, что оно действительно олицетворяет совесть и ум современной человеческой цивилизации. Что поделаешь, мы сами загнали себя в ту невыгодную ситуацию, когда от других зависит больше, чем от нас самих.