Четыре года назад полковник Иванов (фамилия неузнаваемо изменена) увидел свет в конце тоннеля. Нет, он не был на грани жизни и смерти. Он был на грани получения новой квартиры — мечты его и ближайших родственников. В очереди на жилье полковник стоял не так давно — с 1996 года в администрации Петрозаводска и с 2000-го — в МВД. А тут вдруг возникла возможность получить жилищный сертификат. Для этого требовалось быть уволенным из органов по возрасту или выслуге и не иметь на территории России жилого помещения для проживания.

Если с первым пунктом проблем не возникло, то второй мешал изрядно. Дело в том, что семья Ивановых (родители с двумя детьми) проживала в деревянном неблагоустроенном доме. И первая попытка Иванова получить жилищный сертификат сорвалась именно из-за этого препятствия: дом в собственности никак не давал бывшему милиционеру права требовать помощи от государства.

— Да избавься ты от этого дома и пропишись в общежитии, — посоветовал Иванову инспектор, на которого была возложена обязанность выявлять сотрудников МВД, желающих принять участие в президентской программе "Государственные жилищные сертификаты".

Инспектора можно понять, поскольку именно тогда московское начальство высказало недовольство тем, как идет "работа на местах в рамках указанной программы". И повелело: сыскать желающих! Идеально подходящих под все требования военных пенсионеров было мало. Потому приходилось творчески работать с теми, кто есть.

Иванов внял совету компетентного специалиста. Дом был оформлен по дарственной на двоюродную сестру жены, а оказавшийся бездомным полковник написал рапорт с просьбой прописать его в ведомственном общежитии. В перечень бедствующих родственников попал и отец Иванова, который благополучно проживал вместе с женой в однокомнатной благоустроенной квартире. Официальную бумагу подмахнул замминистра, от чего она стала еще более официальной и имеющей силу. Семья Ивановых "переехала" в общагу, фактически оставшись в том же доме.

Хлопоты увенчались полным успехом. Летом 2001 года полковник получил сертификат, благодаря которому приобрел четырехкомнатную квартиру за 362 тысячи 880 рублей. Какое-то время квартиру сдавали в аренду, а в 2003 году продали за 616 тысяч рублей, купив взамен однокомнатную поновее. Все это время семья Ивановых так и жила в деревянном доме, который, кстати, в том же 2001 году (сразу после положительного решения вопроса о сертификате) вернулся в лоно семьи: двоюродная сестра жены Иванова оформила на него дарственную.

И было всем хорошо. Но тут в идиллию вмешалась прокуратура.

— Президентская программа создана для того, чтобы помочь обеспечить жильем именно остро нуждающихся военнослужащих, — комментирует ситуацию помощник прокурора Петрозаводска Татьяна Лиминчук. — А в данном случае мы видим прямое нарушение закона, квалифицированное нами как мошенничество. Причем нарушение произошло с подачи специалистов и официальных лиц, занимавших на тот момент высокие должности.

Состоявшийся в феврале 2005 года суд согласился с позицией прокуратуры. Бывшему полковнику, учитывая его более чем 20-летний милицейский стаж, дали условно три года и обязали вернуть 362880 рублей. Без процентов. И на том спасибо.