Историю карельской Золушки, которой позавидовали бы любые мыльные оперы, помнят многие. Три года назад продавщица из универмага "Карелия" Яна Марцинкевич вышла замуж за вице-мэра итальянского города Порто-Маджори и уехала с ним в далекую солнечную Италию. Сейчас у Яны и Микеле Гриланда уже есть сын Марчелло. Недавно, в апреле, они вместе с мужем приезжали в Петрозаводск по делам — оба работают в совместном русско-итальянском проекте по обмену предпринимательским опытом.

— Яна, вопрос традиционный — как вы познакомились с мужем?

— Микеле сам подошел ко мне прямо в магазине и в первый же день знакомства сразу пригласил на свидание. Мне тогда очень запомнились его глаза. Взгляд был какой-то безумный, на меня ни один мужчина так никогда не смотрел. По нему видно было, что он влюбился с первого взгляда. Через полгода Микеле уже предложил мне руку и сердце. И хотя так сразу соглашаться было страшновато: человек из другой страны, говорит на другом языке, и узнать его хотелось лучше — но, видно, это была любовь.

— С первого взгляда?

— Думаю, да, есть такое предчувствие: видишь человека и понимаешь — ну все, это ОН. У него от первой встречи осталось точно такое же ощущение. Когда увидел меня, понял, что я его женщина, его судьба. Мы и понимали друг друга почти без слов, хотя по-английски оба говорили с трудом. В общем, в июле мы познакомились, в ноябре я поехала в Италию знакомиться с родителями, вернулась обратно, и в феврале мы расписались. Через три месяца повенчались в католической церкви в Италии.

— И как отреагировали родители?

— Мои, конечно, переживали ужасно: дочь уезжает неизвестно куда и впервые так далеко от дома. Они сначала не чувствовали какой-то родительской радости за меня, как, например, сейчас, когда уже понимают, что я счастлива. Родители Микеле сначала тоже большой радости не испытывали. К девушкам из России в Италии — да и не только там — относятся настороженно. Я думаю, только из любви к сыну они переступили этот барьер, и отношения у нас наладились.

— Трудно было адаптироваться в чужой стране, привыкнуть к новой жизни?

— Ностальгия по родине была ужасной, особенно в первый год жизни. Многие женщины, выходящие замуж за иностранцев, не выдерживают именно этот период и уезжают. Жизнь очень резко меняется. Друзей нет, итальянский я не знала (пришлось пойти в школу учить язык). Другой мир, другая культура, другое общество — и к этому надо привыкнуть. Было очень сложно, хотелось вернуться домой. Микеле старался выводить меня куда-то, чтобы я не находилась все время дома, но все равно было трудно. Я не понимала, о чем говорят в компании, не понимала их шуток. А больше всего не хватало родителей. Хотелось опять побыть дочкой, почувствовать папину и мамину заботу. Даже по нашей кухне скучала, все время чего-то хотелось поесть — например, голубцов. В Италии нет кефира, сметаны, а я очень люблю кефир. А еще мне было так тяжело, может, и потому, что в Италии я забеременела. Сейчас нашему сыну Марчелло уже 2,5 года.

— Не было желания все бросить и уехать?

— Иногда было. Но муж у меня очень терпеливый и любящий, всегда помогал мне в нужный момент, понимал меня. И очень помог сын — из-за него я начала пускать корни в этой стране. Где-то через полтора года я начала жить спокойнее. Не то чтобы ностальгия меня оставила — она всегда есть, это чувство, которое не проходит. Тебя всегда будет тянуть туда, где ты жил, где живут твои родители. У меня дома много картин с русскими пейзажами. Иногда так хочется на озеро, посидеть на берегу, чтобы комарики над ухом жужжали... Муж, конечно, старается меня достаточно часто возить в Россию. У меня уже немного изменилось отношение к родине, к русской культуре, обществу, людям, образу жизни. Например, сейчас начинают раздражать многие моменты, на которые раньше не обращала внимания. Грязь на улицах, пьяные подростки, бомжи, спящие на улицах, массовый алкоголизм — от этого морально тяжело. Особенно когда живешь в другой среде, привыкаешь к бытовой культуре. Обидно как-то. Хотя через пару недель начинаешь привыкать — в России ведь всегда так было.

— Наверное, на родине после свадьбы пришлось столкнуться и с другими малоприятными вещами — со сплетнями, например?

— Иногда чувствовалось, что люди думают черт знает что. Что это брак по расчету, еще что-нибудь. Объяснять кому-то, что это не так, бесполезно и бессмысленно. Я всегда жила, не подстраиваясь под общественное мнение, мне не было важно, о чем говорят окружающие. Мне было важно только, как я себя чувствую с этим человеком, как складывается моя личная жизнь. Было даже смешно и интересно иногда узнавать что-то про себя от окружающих. Хотя близкие люди, те, которые меня знают, не будут говорить гадости. А мнение людей со стороны — не так уже и важно.

— Какие сейчас у вас отношения с семьей мужа, со свекровью?

— У меня дружная семья, в этом плане я чувствую себя очень счастливой. Сначала мы жили отдельно от его семьи. Потом у Микеле умер отец, и мы переехали к его маме, потому что не могли оставить ее одну в такое тяжелое время. Свекровь, синьора Эльза, безумно любит внука, говорит, что он напоминает мужа. Конечно, бывают разные моменты, мы с ней ссоримся иногда, но ничего страшного. Мне кажется, главное — всегда быть откровенным, и если есть что сказать — лучше сказать, чем таить за спиной. Если ты благодарен за что-то — тоже нужно сказать. Понятно, что, может быть, есть материнская ревность, да и человек уже в возрасте. Но мама мужа должна быть и твоим родным человеком. Тем более я сейчас живу далеко от родителей, и свекровь мне заменяет в этот момент мою маму. Отношения у нас очень уважительные и теплые. А маленькие конфликты — у кого их не бывает?

— Она помогала воспитывать Марчелло?

— Нет, у нас была нянечка. Да это не было и нужно, хватало моральной поддержки. Хотя мне в это время еще сильнее хотелось видеть свою маму. Начинаешь понимать, что это такое — быть мамой. Наверное, это еще и инстинкт: тебя безумно тянет к маме, когда сама ею становишься. Первые месяцы я просто не могла, обязательно бы поехала к ней, если бы не зима.

— Родители были у вас в гостях?

— Нет еще, приедут в конце этого года. У нас была моя младшая сестра, ей 15 лет. Когда она приезжала, мы устроили культурную программу: везде повозили, все показали — города, аттракционы, развлечения. Она все посмотрела, отдохнула, а через две недели говорит: "Яна, я хочу домой".

— А местные жители как к вам отнеслись?

— Городок, где я живу, небольшой, гораздо меньше Петрозаводска. Итальянцы останавливали меня прямо на улицах и, несмотря на то, что мы незнакомы, заводили беседу. Им было очень интересно что-то узнать про Россию. Спрашивали про погоду — там все просто поражены нашим холодом. В Италии очень редко зимой бывает минусовая температура. Спрашивали про Питер, про Москву. Итальянцы, что было для меня удивительно, неплохо знают русскую литературу, русскую культуру и историю. Освоилась я там неплохо, может, еще потому, что муж мой занимал в обществе хорошее положение и хорошо себя зарекомендовал.

— С языком сейчас проблем, видимо, нет — вы уже по-русски говорите с акцентом?

— Я уже начинаю думать на итальянском, и становится тяжело говорить на русском. Сложная ситуация. Я иногда думаю: "Сначала я не знала итальянского, а теперь и русский начинаю терять, и итальянский не знаю еще в совершенстве". Первую неделю в Петрозаводске мне вообще ужасно сложно было говорить на русском, я неправильно строила предложения (как, впрочем, и до сих пор).

— Сын знает русский?

— По-русски не говорит, но понимает, когда я говорю. В семье мы говорим по-итальянски. Марчелло знает несколько стишков: "Надо, надо умываться по утрам и вечерам". Он не любит умываться по утрам.

— Не думали еще о прибавлении в семействе?

— Думали, но сейчас пока подождем. Нам нужна сестричка: сынок все время спрашивает про сестричку. Я хочу немножко пожить сама для себя, поработать. Долгое время я находилась дома с ребенком, но домохозяйкой быть не хочется. Поэтому я хочу работать, расти, может, пойти учиться, немного оторваться от семьи.

— Чем именно будете заниматься?

— У нас с Микеле были планы, но я не люблю рассказывать, пока задуманное не осуществится. Сейчас работаю вместе с мужем. Пока начинаю с малого — компьютеры, язык. Работаю как секретарша, но это не навсегда, нужно же навыки обрести, войти в работу, с людьми пообщаться.

— Освоили итальянскую кухню, научились готовить?

— Готовить? Я ненавижу готовить. Я и русскую кухню не знаю. Всегда так получалось, что готовила мама, и сейчас в Италии тоже готовит свекровь. У меня есть отговорка — я не знаю итальянской кухни. К ней вообще сложно привыкнуть. Суп они почти не едят, а у нас это первое блюдо. Традиционные блюда — пиццу, макароны — я еще съем. А какие-нибудь пельмени с тыквой терпеть не могу.

— Яна, что вам больше всего нравится в Италии?

— Не хочу показаться очень восторженной: "Любовь, семья!" — но на самом деле так и есть. Меня сейчас ужасно тянет к семье. Может, потому, что я в Петрозаводске уже три недели, с ребенком так надолго не расставалась. Семья у меня на первом месте.

— Как-то все очень идеально, просто сказка...

— Бывает, конечно, по-разному: полоса черная, полоса белая. Сейчас все так радужно оттого, что я очень скучаю. Бывают критические моменты, все мы разные, характер у всех разный, притереться друг к другу сложно, особенно в первые годы. Как бы ни любил, жить с человеком — серьезно и сложно. Хотя в муже я действительно нашла родную душу.