Оказывается, узнать о том, что наша страна находится в состоянии войны, по настоящему можно только читая художественную прозу. Подчеркиваю – художественную, потому что существуют еще очерки Анны Политковской,  телерепортажи об адресных и аккуратных зачистках боевиков (отчасти иностранного происхождения), а также сериалы, где доблестные спецназовцы крошат лиц неизвестной кавказской национальности, почти не неся при этом моральных и материальных потерь.
А я вот обнаружил недавно, что существует литература, созданная теми самыми воинами, которые сражаются на нашей необъявленной войне. Жаль, что я не сумел написать об этом пару месяцев назад, по свежим следам, но таковы уж были объективные обстоятельства. Раньше я мог бы высказаться лучше, «горячее». Теперь же остается констатировать лишь то, что выпало в осадок: в России, оказывается, не две страны – Страна богатых и Страна бедных, но последняя к тому же делится на Страну воевавших и Страну сидевших дома (о том, чтобы воевали богатые, речи не идет). Тот миллион (или больше) наших сограждан, воевавших на Северном Кавказе и других горячих точках последних лет, получил совершенно уникальный жизненный опыт, который абсолютно не пересекается с нашим обывательским жизненным опытом. Вырастив в своей среде несколько талантливых писателей, этот миллион пытается живым словом достучаться до нас. Но тщетно. Несмешивающиеся жидкости. Страна бедных жалуется на бедность, на ЖКХ, на правительство и при этом пристально смотрит Петросяна, оттягивается на Галкина, очень интересуется личной жизнью Примадонны, голосует неизвестно за кого... Страна богатых бесится с жиру в Куршевеле. Но ни та, ни другая не желают слушать правду о том, что же на самом деле происходит на границах России.
Однако пора назвать имена писателей, чьи произведения меня потрясли. Это Захар Прилепин с романом «Патология» (название не располагает хватать его как аппетитное лакомство – не правда ли?) и Аркадий Бабченко с множеством рассказов. Есть и другие, до которых руки у меня пока не дошли. Тиражи, конечно соответствующие, но и при наличии книг я лично никого из знакомых не убедил их прочитать. Что же, господа, мы так и будем вместе с Якубовичем в надежде получить соковыжималку разгадывать слово из пяти букв?. А слово это, между прочим, «война».

Хорошие новости сообщать легко и приятно.
Наиболее оголтелые ораторы Перестройки, выучившие слово «генофонд», но не удосужившиеся понять его смысл, любили повитийствовать о вырождении русского (в широком смысле слова) народа. Мол «генофонд нации выбит в огне Гражданской войны, эмигрировал, уничтожен в сталинских лагерях, погиб на полях Великой Отечественной, опять эмигрировал и т. д.». На самом деле уничтожить, а точнее «ухудшить или улучшить» генофонд не так уж легко. Дело в том, что гены, носители какого-то признака, бывают доминантные и рецессивные, то есть, грубо говоря, проявляющие себя и скрытые. Допустим, ген - носитель какой-либо болезни в доминантном виде существует у считанных процентов населения (больных). Однако, чтобы уничтожить болезнь, надо уничтожить его еще у восьмидесяти процентов здорового населения, у которого ген находится в рецессивной форме.
Самый масштабный «генетический эксперимент» такого рода провел А. Гитлер. Помимо евреев, цыган и отчасти славян он хотел избавиться и от психических больных – Великий Германский Народ не может страдать душевными недугами. Была разработана и проведена операция “Nacht und Nebel” («Ночь и туман»), в результате которой число сумасшедших в Третьем рейхе радикально устремилось к нулю (почему-то никто из руководства рейха не пострадал). Однако уже через двадцать лет после войны количество душевнобольных в Германии в процентном отношении полностью соответствовало остальным странам Европы. Рецессивные гены вылезли наружу и восстановили равновесие.
А теперь сама новость: какая-то американская научно-исследовательская организация провела тестирование качества генофонда в 193 странах мира, и в результате Россия заняла почетное 5-е место. В короткой заметке, которую я прочитал, много неясного о методах тестирования и  критериях оценки, однако слышать такое все равно лестно.
Сдается мне, что сообщение это придает новый и даже философский смысл старому анекдоту: «Японскую делегацию спрашивают: «Что вам больше всего понравилось в СССР?» Японцы вежливо отвечают: «Дети». И поясняют: «Потому что вы их не руками делаете».
Япония, между прочим, в первую пятерку не вошла.

Огромная часть населения нашей страны прекрасно знает, как поступить со Стабилизационным фондом. Первые предлагают его немедленно истратить на что-нибудь реальное (проекты тут существуют самые разные: от постройки хрустального моста между Москвой и Санкт - Петербургом до закупки на всю сумму «Сникерсов»). Вторые считают, что деньги надо хранить в иностранных ценных бумагах. Однако и те и другие уверены, что деньги все равно разворуют. Только в первом случае большая их часть будет украдена внутри России и огромным числом членов неорганизованной преступной группировки, включающей весь народ. При втором варианте деньги останутся за рубежом в руках считанного количества граждан, причастных к их вывозу и хранению. Имеется также точка зрения, будто Стабилизационный фонд уже разворован.
Ну и Бог с ним. Потому что я предлагаю третий путь – создание нового Стабилизационного фонда, который разворовать в считанные годы просто физически невозможно. Зачем нам деньги, особенно американские, если мы все равно патологически не способны ими разумно распорядиться? Не проще ли хранить наше богатство в его естественном виде, то есть в виде нефти, газа и т. д.? Для этого надо немедленно прекратить вывоз энергоносителей в любые другие государства, кроме близкой нам Белоруссии и добывать их ровно столько, сколько необходимо для текущего потребления. Понадобится миллиард-другой долларов под какой-нибудь конкретный проект -  откачать, продать и снова энергетическая граница на замке. Пугают, что цены на энергоносители рано или поздно упадут. Чёрта с два они упадут, если мы перестанем бездумно растрачивать национальное достояние. Нефть и газ – богатства не возобновляемые, а значит, с годами их больше не станет. Кстати, на днях Боливия полностью национализировала все нефтедобывающие компании. Правильным путем идут латиноамериканские товарищи!
В свете этой идеи забота нашего президента об энергетической безопасности сопредельных и, большей частью, недружественных России стран кажется мне недальновидной и вредной.

Не раз уже мне доводилось писать о лжеученых, лжеучениях и псевдоакадемиях.
О всяких там ремонтниках кармы, сантехниках астрала и пахарях биополя. Им от этого ни холодно ни жарко, да и мне все это порядком надоело. Но вот на днях довелось ознакомиться с одним обширным документом. Содержание его я и хочу выплеснуть на читателя, чтобы оно не засоряло мое астральное биополе и не мешало правильному функционированию кармы и ауры. Ведь лучший способ избавиться от навязчивой мысли – выговориться.
Документ называется очень красиво - «Феномен оранжевых – бархатных революций в контексте эволюции сознания и политтехнологий» - и имеет подзаголовок: «Призрак бродит по России, призрак нейросоматизма!» Будь я в здравом уме и трезвой памяти, я бы дальше читать не стал. Однако я в ту пору был болен, а по сему рассудил: лучше получать удовольствие от чужого бреда, чем мучиться от собственного.
Автор этого сочинения С. В. Копонев рекомендуется психологом, однако никаких научных регалий не прилагает. Что странно, ибо люди подобного рода обычно подписываются действительными членами Академии информатики или, по крайней мере, Академии коммунального хозяйства. Автор излагает свою теорию на 35 страницах, но я обойдусь с читателями гораздо гуманнее. Итак, человека можно рассматривать как биокомпьютер. Любой компьютер имеет программное обеспечение. Всего для человечества существует 8 видов программного обеспечения. Это следует из ссылок на каких-то совершенно неизвестных иностранцев. По мере развития человечество меняет программное обеспечение на все более совершенное. Из экономии места не буду перечислять их названий. Но точно не “Windows”, так что Билл Гейтс тут пролетел. Скажу только, что программа пятого уровня называется нейросоматической. Пока ею снабжены лишь жители развитых демократий. В России же процесс как всегда отстает, и в разных ее частях  встречаются  лишь программы 1 – 4 поколений. Однако надежды терять не стоит. Последнее время поставки нейросоматического программного обеспечения начались и на восток: в Грузию, на Украину, в Молдавию, Киргизию (?!)... Впрочем, на Украину программный продукт завезли только в западную часть, а дальше что-то не заладилось.
По мере установки нейросоматической программы граждане, удостоившиеся этой чести, приобретают демократический образ мысли, совершают мирную революцию, да при этом еще и ловят кайф, ибо попутно испытывают ощущения, сходные с употреблением психоделических наркотиков типа ЛСД. Вот почему на Майдане Незалежности царило ничем не омраченное веселье, а жителям Донецка приходилось поддерживать гражданский энтузиазм с помощью водки и пива.
Об экспорте нейросоматической программы в Россию автор говорит весьма скептически – не дозрели «дорогие россияне». Вот в сущности и вся теория. Добавить разве что несколько слов о том, что обещают программы 6 – 8 поколений.
На 6-ом уровне открывается «мистический и потрясающий ум опыт». Видятся боги, черти, лешие, русалки.
На 7-ом появляется выбор между альтернативными мирами.
На 8-ом наступает ПРОСВЕТЛЕНИЕ.
Однако если мы дотуда когда-нибудь доберемся, то обнаружим украинцев, танцующих гопака, и грузинов, пляшущих лезгинку, так как они раньше нас встали на дорогу прогресса.
С. В. Копонев посылал свое сочинение Анатолию Стреляному на радио «Свобода». Тот в прямом эфире заявил, что автор не понимает, о чем пишет. А я вот все понял. И даже научился применять теорию Копонева на практике. Например, когда Джордж Буш начинает очередную военную авантюру, это легко объясняется избытком демократии в его программном обеспечении и, следовательно, галлюциногенов в крови.

Иван Глумов