Главная Анонсы Свежий номер Архив Конкурсы
Комсомольская правда на Алтае

земляки
   Уроженец Польши был портным у важных барнаульских персон

фотография (6k)
Николай Иванович может сшить такую вещь, которую не осилят многие современные портные

Николаю Ивановичу Каспришину 84 года. Он западник - родился в Ивано-Франковской области, когда та была территорией Польши. Даже сейчас в разговоре пожилого человека, что совсем молодым осел в Сибири, нет-нет да проскочат шипящие польские словечки

От карателей до колхозов

Каспришин хорошо помнит, как радовалась украинская молодежь приходу советских войск в 1939 году. Тот год Польша жила ожиданием войны с Германией. Она грянула в сентябре. В небе появились фашистские самолеты, с запада потянулись беженцы. И вдруг - краснозвездные самолеты с востока... Молодежь дежурила на обочине шоссе: кто вперед появится - немецкие войска или советские?

- Немцев я уважал, - вспоминает Николай Иванович. - В Западной Украине три области до 14-го года были под Австрией. Немцев осталось много. Они - умные. Фермеры хорошие, мастеровые. Я сам у немецкого помещика после седьмого класса картошку, свеклу полол. Никого он не угнетал. Давал работу и деньги за это платил.

У нас тоже хозяйство было. Отец был каменщиком, меня на портного выучили. Владели мы пятью гектарами земли, держали двух коров, свиней, лошади были. Но хотелось жить лучше. Хоть в газетах про Советы писали неважно, думалось, на востоке все же родные по крови люди. Встречали мы Красную армию духовым оркестром. Если б от меня тогда зависело в чью пользу сделать выбор - немцев или русских - я был бы за Советы. Еще мальчиком отец водил меня на места, где шли бои первой мировой войны, и показывал могилы русских солдат. Говорил, что это наши братья и сражались за нашу свободу. С поляками у нас не было мира. В Польше плохая земля - песок, а у нас бугры, но земля хорошая. Украинцы жгли дома польских переселенцев, их хлеб. Тогда поляки посылали карательные экспедиции. Те зверели. Били, за что не попадя. Украинская вышивка на рубашке - сдирают. Портрет Тараса Шевченко - о землю! Молодежь бежала, пряталась в лесах. Доходило до восстания.

В советских порядках западные украинцы быстро разочаровались. Праздник был только в первые дни, когда били поляков да грабили зажиточных немцев. В доме того самого помещика, на которого работал Коля Каспришин, сделали клуб, в буфете организовали библиотеку, где поставили на полки сочинения Сталина и Ленина. Каждый день народ собирали на митинг - агитировали вступать в колхоз. Но скоро все это местным надоело, один из стариков высказал то, что думало большинство: «У вас плохо - вы никому в колхозах не платите».

Из Красной Армии в Сибирь

Вскоре Николая Каспришина призвали в Красную Армию. То, что жизнь перевернулась, Коля понял в первые дни армейской службы. Как-то вечером к нему пристал с расспросами сослуживец Кащеев: как вы там в Польше жили?

- Я рассказал, что булочка пять злотых стоила, а утром в пекарне можно было взять еще горячую за четыре, так как злотый добавлялся за доставку в магазин. Кащеев и не знал, что хлеб может быть свой! А вскоре меня вызвал политрук: «Что ты там нашим ребятам говоришь про прежнюю жизнь?» Отвечаю: «Правду». А он: «Не надо говорить этого. Как ты жил - больше не будешь. Понял? Свободен». А потом смотрю - у Кащеева значок за отличную службу.

Когда грянула Великая Отечествен ная, часть Каспришина стояла в Грузии. Где-то наверху долго колебались - посылать или нет западников на фронт. Наконец, от греха подальше направили рыть окопы, а потом вместе со ссыльными в набитых до предела теплушках отправили в Сибирь.

Сталин однажды выручил

В Барнауле «подозрительных» поселили в 25-й школе на Октябрьской площади. К весне стали распределять поднадзорных на хозяйственные объекты. Жили они тяжело - в наспех построенных бараках, полуземлянках. Многие, по словам Николая Ивановича, помирали с голоду. Как владеющего портняжным делом, Каспришина отрядили на пошив спецовок местным стройбатовцам. В 44-м, то ли срочно понадобилось пушечное мясо, то ли уже не было опасения, что западники переметнутся к немцам, но почти всех земляков Каспришина направили на передовую. Его придержали. В Красной армии к этому времени ввели новую форму с погонами - местным офицерам срочно требовалось обновить гардероб. Молодой портной попал в бригаду, которой командовали два старика-закройщика, что одевали военных еще в царское время и умели шить кители. Победу Николай Каспришин встретил в Барнауле портным «Военторга». Сильно хотелось вернуться на родину, но все-таки не решился: «Войну пережил, и в мирное время под пулю?» На Западной Украине лютовали бандеровцы.

К Сталину Николай Иванович относится без особой вражды, но и без почтения. Лишь однажды на его памяти вождь народов сделал доброе дело. В военторговском ателье портные, чтобы свести концы с концами, до работы и после выполняли частные заказы. Это строго запрещалось. Однажды нагрянул проверяющий...

- Как начал шуровать! Бабенки затряслись, не знают, куда что девать. Я взял их сверток и за портрет Сталина сунул. Проверяющий даже в печку заглядывал, у одной женщины в кастрюле пальто нашел, а за Сталиным поглядеть и в голову не пришло. Нашел бы - посадили.

Лучше всех жили продавцы из «Красного»

фотография (12k)
Ученическая бригада «Военторга» по пошиву кителей и шинелей. Каспришин (второй справа) работал мастером

После «Военторга» Каспришин стал работать закройщиком в первом в Барнауле гражданском ателье «Артель Шевченко». Открыли его в 50-м году, аккурат напротив клуба «Трансмаш». До работы Николай был охочий, мастерство росло, от клиентов не было отбоя. Еще в «Военторге» ему доверяли важные заказы - шил пальто для первого секретаря крайкома партии Беляева, мундир для генерала Козина, обшивал других высокопоставленных чинов. В ателье уже кроил одежду директору ТЭЦ-1, местным элитным литераторам, художникам, директору драмтеатра. «Лучше всех торговля жила. Особенно продавцы из «Красного магазина».

Он и сейчас может запросто пошить костюм. Жалеет только, что поздно наступило время, когда вновь стала возможной частная инициатива.

- Будь я помоложе, развернулся бы! Для мужчины главное - работа. Чтобы на производстве его уважали за мастерство, а дома - за достаток. Я жизнь прожил в работе...

Типичная судьба западника. Он всегда чтил заповеди своих предков: чтобы выжить, надо много и хорошо работать, цепко оберегать нажитое и быть полезным при любой власти.

Виталий ДВОРЯНКИН
Фото из семейного архива и Андрея Каспришина («Алтайская правда»)

Вверх

Уроженец Польши был портным у важных барнаульских персон

Поезд во взрослую жизнь

Капризка

Подпишитесь на анонс

Каталог ресурсов Сибири

 

Copyright © "Комсомольская правда". Перепечатка без соглашения с редакцией не допускается.
© 1999-2003 «REGIONINFO.RU». All Rights Reserved.
Web-design А.Блонский