Скажу сразу: подзаработать денег в качестве переписчика мне не удалось. Низкая зарплата и слишком расплывчатый график труда сразу же охладили мой журналистский энтузиазм. И не только мой. Переписчиками согласились быть те, кому выбирать было особо не из чего: студенты и люди низкого достатка.

Чтобы почувствовать себя в роли переписчицы, я прилепилась к настоящему переписчику. Взять меня с собой согласился только Костя. На его скудный заработок я не претендовала. А для него полторы тысячи рублей за три недели непыльной бумажно-ходячей работы были просто сказочным везением.

Костя категорически запретил мне даже заикаться, что я — газетчик: побоялся, что моя профессия напугает и без того не слишком доброжелательно настроенных к вторжению государства в их частную жизнь людей. Его вотчина — три пятиэтажки недалеко от вокзала. Чуть больше двухсот квартир. Больше пятисот людей.

Мы представлялись студентами: эти объяснения ни у кого не вызывали сомнений и мои документы никто не проверил.

Косте очень нравился строгий черненький портфельчик: "Плохо, что после переписи придется все отдать обратно: ничего на память не останется".

Люди и их домашние животные относились к нам ровно и терпимо. Хотя переписчицу с соседнего участка все-таки покусала собака типа дога. В какое умиление приходили при виде нас грозные и строгие на первый взгляд одиноко проживающие старушки и пожилые пары! Сердобольные люди норовили сунуть нам хотя бы конфетку или яблочко. Потому что многочисленные предложения выпить чаю мы отвергали сразу: не положено, да и времени нет. Помню, что в первый день переписи некий товарищ с похмелья предлагал нам испить с ним рюмочку, благо погода была паршивая. Но мы гордо объяснили, что на работе не пьем.

Первые переписанные нами граждане — внук с бабушкой — надолго останутся в моей памяти. Их квартира оказалась чуть ли не единственной роскошной квартирой из всех, которые я посетила. Евроремонт, новехонькая мебель, все чудеса бытовой техники на кухне. О роде занятий хозяина — огромного плечистого красавца — мы могли только догадываться.

В основном же живут наши люди скудно. Закопченные стены, продавленные стулья и диваны, фиалки на подоконниках и давно забытые книги в шкафах вперемежку с лекарствами — обычное дело.

Костя все удивлялся тому, что так мало попадалось одиноко живущих мужчин. Такое ощущение, что дома наполнены стареющими женщинами с тоской в глазах и шумными худенькими детьми.

Приятнее всего ходить было с утра и до обеда: люди казались добрее. А под вечер в темные подъезды без фонарика лучше совсем не заходить. Впрочем, вздумай на нас кто-то напасть, мы бы отбивались фонариком и свистели в свисток. Другие способы защиты для переписчиков не предусмотрены.

Уровень подозрительности и бдительности граждан к концу дня увеличивался: нас встречали недоуменными фразами: "Что это вы на ночь глядя пришли?". Но отказов не было. Раз Костю послал подвыпивший товарищ, да в другой раз дверь квартиры нам просто не открыли. Многие разочаровывались, что так мало задавалось вопросов. Много недовольных было в первый день, когда в "Новостях" показали, как переписывается Путин. У него на это ушло 20 минут.

Перепись закончится 16 октября. Потом два дня будет длиться контрольный обход — банальная проверка Костиного и моего труда. А затем полученная информация будет полтора года обрабатываться и обобщаться.

Никак не могу ответить сама себе на ставший уже риторическим вопрос: зачем же нужна нам эта перепись?

Косте и тем, кто принимал в ней участие, она принесет реальный результат — деньги. Госкомстат обеспечил себя работой еще на следующие полтора года — время подсчета результатов. А наша страна выполнила требования международных организаций, таких, как ООН.

А мы? В будущем, когда мы уже и думать забудем о прошедшей переписи, нам радостно сообщат, сколько нас с вами жило в России и в ее регионах на время Х. На 0 часов 9 октября 2002 года. И как выглядел среднестатистический россиянин в начале XXI века.

Сдается мне, уж коли я ходила переписывать, что у нас в Карелии это будет женщина бальзаковского возраста с высшим образованием, говорящая по-русски, живущая с родителями на скудную бюджетную зарплату. Мать-одиночка с ребенком школьного возраста.

Что касается меня, то я свое любопытство удовлетворила. Потраченного времени не жаль. И пример есть: сам Антон Павлович Чехов в переписи 1897 года простым переписчиком работал. Бесплатно. Впрочем, у богатых и журналистов — свои причуды.