В петрозаводском локомотивном депо орудует группа мошенников

И большинство из них - бомжи. Впрочем, судя по тому, насколько профессионально налажена работа по хищению цветных металлов с тепловозов, не обходится здесь и без своих, деповских.

Темная ночь - вору мать родная. Именно в это время суток "режут" стоящие на запасных путях машины. Снимают, естественно, все, что содержит медь, алюминий и бронзу. Только за март этого года ущерб от деятельности ночных преступников составил более 40 тысяч рублей. Это без учета простоя "срезанного" тепловоза, час которого оценивается в 571 рубль, и без учета стоимости слитого дефицитного топлива, которое выпускается злоумышленниками прямо на землю. А обескровленный и обглоданный стальной зверь может простаивать, пока его не реанимируют, несколько суток...

На прошлой неделе досталось от бандитов и терперу - грузоподъемному механизму. От него после налета ночных пришельцев осталась буквально одна болванка. Ущерб - 7,5 тысячи рублей.

Обозленные железнодорожники периодически устраивают засады на ночных гостей, но, по словам заместителя начальника депо Александра Баркова, количество пойманных бичей обратно пропорционально количеству новых желающих поживиться. Нередко бывает так, что тех, кого поймали накануне, ловят и следующей ночью. Дошло до того, что прямо на вахте украли журнал учета хищений.

Первая кража состоялась, по иронии судьбы, в День милиции - 10 ноября 1997 года. В течение месяца было обчищено одиннадцать машин. Затем поймали одного промысловика, судили. При этом интересна такая деталь - адвокат настоял, а обалдевшие от такой наглости заседатели признали за преступником ущерб только за чистую медь с кабеля, без изоляции, которую подзащитный оставил на месте преступления. Сейчас готовится еще одно дело. Но, как считают работники и администрация депо, выход из этой ситуации может быть только один - ликвидация пунктов приема цветных металлов и установка государственного приемного стандарта с заключением договора с предприятием.

Пока замена ворованных деталей осуществляется за счет списанных тепловозов, но, к страху железнодорожников, процесс списания старых тепловозов идет намного медленней, чем воровство.