Марк Аронович Коган - крупный карельский лесопромышленник, сумевший создать собственное предприятие и добиться его процветания. По поводу своего депутатства в Законодательном собрании Республики Карелия он говорит, что пришел сюда не ради политики, а для решения экономических проблем республики.

- Свое дело я начинал с нуля в 91-м году. Ничего не приватизировал за бесценок, как поступали многие. Сначала у меня в фирме работали четыре человека. Купили "бэушную" пилораму, заработали денег, приобрели оборудование поновее. Цеха строили самостоятельно. И шаг за шагом добивались всего того, что имеем сейчас. Для сведения: сегодня у меня работают шестьсот человек. И это не предел, мы планируем расширяться и дальше.

- У Вас всегда все шло гладко?

- Отнюдь. Поначалу жили очень тяжело. Был момент, когда пришлось втайне от жены заложить квартиру и мебель в банке. Риск существовал огромный. По полной программе пережили бандитские "наезды"... Поднимать производство - тяжелое, но интересное занятие. Видеть рождение цеха - это для меня радость, ни с чем не сравнимое удовольствие.

- Еще недавно в лесной отрасли царил полный упадок. Да и сейчас ситуация оставляет желать лучшего. Как удалось Вам при всеобщем упадке достичь значительных успехов?

- Мы сумели рационально организовать производственный процесс. Оборудование работает 24 часа в сутки. Сами заготавливаем материал, сами перевозим, не прибегая ни к чьим услугам, сами перерабатываем. Стараемся извлекать выгоду из всего. Реализация материалов - почти стопроцентная. Даже опилки продаем, обеспечивая семь котельных Лахденпохского района и города Сортавала.

- Что мешает другим последовать Вашему примеру?

- Там, где грамотно налажено управление, любые задачи решаемы. Конечно, и у нас существует масса проблем. Например, не хватает опытных кадров, готовых работать с современной техникой. СПТУ продолжает выпускать ненужных специалистов. В этой ситуации людей приходится обучать самим. У меня на предприятии работает очень много молодежи. Отбираем толковых ребят, берем на стажировку.

- Насколько Вам помог августовский кризис?

- После 17 августа сложилась уникальная ситуация для подъема производства. Не только в лесной отрасли. Более весомым стал рубль. Почти в три раза подешевело некоторое оборудование, лесовозы. За последнее время мы приобрели тридцать станков. Средств, конечно, на все не хватает. И взять их дополнительно неоткуда. Банковские кредиты с их процентными ставками недоступны. Это просто безумие какое-то. Во всем мире, если твой бизнес-план разумен, если ты создаешь рабочие места, то без проблем получишь деньги под приемлемые проценты. А у нас? В России производством никто не занимается. Все средства, которые поступают в банки, крутятся где-то на стороне, превращаются в доллары, ценные бумаги, но до производства не доходят. Остается рассчитывать только на себя.

Барьеры всякие бывают. Предположим, я готов купить оборудование, сам себя проинвестировать. Однако сегодня это невыгодно. Чтобы ввезти станки из-за границы, требуется заплатить немыслимые налоги и пошлины. Завод построить на нашей территории порой в два раза дороже, чем на Западе.

- Правительство Примакова обещало производственникам ослабить налоговую удавку...

- Когда меня спрашивают, как я оцениваю работу правительства Примакова, его предшественников и преемников, я отвечаю: ни в грош не ставлю ни тех, ни других, ни третьих. Вот уже девять лет я слышу: надо повернуться лицом к производителю, надо снять налоговую нагрузку с предприятий. И что в итоге? Только вводятся новые налоги, но ничего не снимается. Всегда находятся какие-то причины. Понятно, что власть решает свои проблемы. Ей нужны средства на зарплату бюджетникам, пособия и т.д. Тем не менее нельзя получить, не отдавая ничего взамен. Деньги, которые инвестируются в производство, должны освобождаться от налогов. Никого как будто не интересует, что предприятиям необходимы оборотные средства на закуп топлива, на оплату железнодорожных вагонов и т.п.

Кого винить? Главный виновник, с моей точки зрения, это Государственная Дума. То, как она работает, это самая настоящая дурь. Занимается политикой, борьбой за власть, импичментом, еще Бог знает чем, но только не создает законодательную базу для нормального функционирования экономики. Может быть, страна и выкарабкается через сорок - шестьдесят лет. Но разве не жалко потерянного времени?!

- Придя в Законодательное собрание, Вы намеревались что-то изменить в существующем положении вещей?

- Я всю жизнь занимаюсь организацией производства: работал мастером, прорабом, главным инженером, начальником ПМК. Свое предприятие задумал давно, и когда мечта осуществилась, возникло желание убрать с пути все искусственно созданные препоны. Выборы в Палату Представителей для меня были хорошо продуманным шагом. Мне казалось, что я смогу создавать законы, которые помогут производителю. Однако я пережил сильное разочарование, когда убедился на практике, насколько это тяжело. Кто-то из депутатов вообще не понимает проблем промышленников, кто-то их игнорирует. На слушания приходят лишь две трети законодателей. Как результат: три-четыре человека голосуют "против", и полезные предложения проваливаются. Это не значит, что я смирился, нет.

- Вы богатый человек. Что для вас богатство?

- Когда приносишь домой мало денег - жена пилит, гонит зарабатывать. Когда приносишь много и пропадаешь на работе большую часть суток, снова тебя пилят: не надо денег, лучше бы дома сидел. У меня занятость абсолютная. Работаю с половины восьмого утра до половины восьмого вечера, часто без выходных. Несколько лет не был в отпуске.

Финансовое благополучие, конечно, важно. Если ты научился зарабатывать и не страдаешь жадностью, то деньги для тебя становятся лишь степенью свободы. Ты можешь позволить себе многое, в том числе дорогостоящее хобби. Я, например, собираю библиотеку, которая насчитывает уже около восьми тысяч книг. Читающий человек - совершенно другой человек. Говоря в прикладном смысле, чтобы кухарке научиться хорошо управлять, ей надо много читать и многому учиться.

Меня огорчает то, что в российском менталитете прочное место заняло такое чувство как зависть. Если у человека все хорошо, за него никто не будет радоваться. Пришел как-то ко мне на предприятие предыдущий мэр района. Выходец из низов, до избрания на высокую должность он работал уборщиком. А людей за себя он сагитировал примерно так: пообещал сократить мэрию до семи человек, посулил райскую жизнь... Короче, ходит, смотрит. Все работает, крутится, а он смурнее и смурнее становится. Наконец, спрашивает: так почему же у тебя получается, а у меня нет? Он не обрадовался за меня - наоборот, расстроился!.. Если меня спросить, когда в России станет хорошо, отвечу четко: когда человек, выйдя во двор и увидев, что сосед отстроил новую баню, искренне за него порадуется. А не подумает о том, как бы эту баню поджечь. Сколько лет нам для этого понадобится - сто, двести, пятьсот? Не знаю...