25 февраля в Карелию на несколько часов залетал министр здравоохранения, социального обеспечения и спорта Михаил Зурабов. Ждали реформатора с утра. В аптеки, которые он грозился посетить, свозились лекарства, чиновники готовили отчеты, пенсионеры снаряжались на пикет и рисовали гневные плакаты. Но ни в половине одиннадцатого, ни в полдень, ни в два часа дня Зурабов не прилетел. По непрерывно поступавшим из карельского правительства сводкам, он всерьез завис на совещании в Мурманске.

"Динамо" по-министерски

Учитывая, что запланированный ревизионный пробег по объектам должен был состояться независимо от времени прибытия министра, становилось ясно, что вечер пятницы у карельского чиновничества будет безнадежно испорчен. Вышедшие к поликлинике №4 пенсионеры, вдоволь наобщавшись с директором "Фармации", к исходу дня начали замерзать и не солоно хлебавши засобирались домой. Лишь в половине пятого по кабинетам разнеслась весть, что Зурабов наконец закончил свое мурманское совещание, взмыл в воздух и взял курс на Бесовец. К нам Михаил Юрьевич в сопровождении полутора десятков коллег прибыл лишь в шесть часов вечера.

Летучего гостя встречала солидная делегация представителей карельской власти с главой во главе. Среди встречавших царило благодушное возбуждение. Иллюстрируя разрядку накопившегося за день напряжения, Сергей Катанандов даже взвесился на багажных весах. Наконец на посадку вырулил бело-голубой лайнер с неожиданной и какой-то даже символичной надписью "Динамо" на борту. Встречали по-юношески моложавого министра без помпезности и особого лакейства. Катанандов обменялся с ним приятельскими приветами, Валентина Пивненко почти по-матерински ласково сказала: "Здравствуй, дорогой", а кто-то женским голосом ахнул: "Надо же! Без шапки! Холодно ведь!" "Ну не босиком же", — парировал Зурабов и приступил к своей работе на карельской земле.

Он коротко объяснил собравшимся, что, хотя его поездка и не инспекционная, все же одной из ее целей является разобраться в причинах плохого обеспечения карельских льготников лекарствами. Заметил, что в отличие от Карелии, где без лекарств осталась чуть ли не треть пенсионеров и инвалидов, в Мурманске не отоварены всего 1,3 процента от выписанных рецептов. Тем самым он, видимо, дал понять, что, кабы плох был закон, он буксовал бы во всех городах без исключения. Затем Михаил Юрьевич разослал прилетевших с ним специалистов по петрозаводским аптекам, поликлиникам и учреждениям соцзащиты, присовокупив, что эти люди способны "поставить диагноз даже по фотографии". Кроме того, он, как школьника, отчитал бывшего министра экономики РК, а ныне одного из своих помощников Андрея Кригера за то, что тот плохо его слушает и отвлекается на посторонние разговоры. И, наконец, на полдесятого назначил итоговое совещание в правительстве.

Закон или сделка?

О том, что новый закон об обеспечении льготников медицинскими средствами действует в Карелии плохо, жители республики смогли убедиться в ту самую минуту, когда он вступил в силу. Лекарств не хватает: из 84 тысяч выписанных рецептов отоварить пока удалось менее 57 тысяч. Это в два раза меньше, чем в прошлом году, и почти в три раза меньше, чем в позапрошлом. Система, заявленная как более удобная для людей и более рациональная для государства, на деле работает прямо с противоположным результатом. Мало того что пенсионеры теперь неделями мыкаются без жизненно необходимых лекарств, так и государство после вступления в жизнь нового закона стало тратить больше, причем явно с меньшим эффектом. Если раньше бюджет компенсировал карельским аптекам их расходы на льготные лекарства не более чем с десятипроцентной наценкой, то теперь эта наценка оказалась увеличена до сорока семи процентов. Только получать ее теперь должны были не аптеки, а провалившая первые месяцы работы фирма-поставщик "Протек". Иначе говоря, государство предписало само себе тратить на льготные лекарства почти в пять раз больше, но не за счет увеличения ассортимента, а просто из-за раздутой непонятно зачем наценки. Плюс к тому, посредники-монополисты (а таких на всю страну всего шесть) теперь могли не экономить и на закупочных ценах — казна компенсировала практически любые расходы. В итоге сейчас лекарство, поставляемое посредниками в аптеки на продажу, зачастую оказывается дешевле, чем то же самое лекарство, поставляемое ими же для льготников. Для примера: за дорогостоящий онкологический препарат аредия, который возможно купить в аптеках за шесть тысяч рублей, фирма-посредник берет "под льготников" с государства тринадцать тысяч. Где здесь пахнет рациональным использованием средств? Никто не смог нам внятно объяснить тайный смысл этой государевой мысли. Ни руководители аптек, ни юристы, ни специалисты из Фонда обязательного медицинского страхования, ни высшие чины нашего Министерства здравоохранения, социальной защиты и спорта. Все, что они могли сказать, это сослаться на федеральный закон и развести руками.

И лишь где-то в недрах народных мужики глубокомысленно поднимали к небу пальцы и многозначительно сообщали, что-де главный по льготам — министр Зурабов — когда-то возглавлял страховую компанию "Мах", страхующую все медицинские средства на Руси, да и теперь отношение к этой фирме имеет. А сорок семь процентов наценки идут не одному лишь "Протеку", а распределяются между ним, аптеками и страховыми компаниями, коим предписано контролировать правильность функционирования закона. В Карелии такой компанией является "Ингосстрах-М", а в центральной части России и в Москве — как раз "Мах". Где гарантия, что прилетевший к нам на голубом самолете министр просто не использовал временно полученную должность, чтобы выписать самому себе пару процентов со сделки?

"Протек" на обочине

Как и было заявлено, ровно в половине десятого вечера в Большом зале правительства РК началось итоговое совещание. Касательно льготных лекарств люди, "умеющие ставить диагноз по фотографии", сообщили, что основная причина январских трудностей заключалась в неуклюжести распространения медикаментов через склады "Карелфарма". Сейчас лекарства должны доставляться напрямую в аптеки, но и эта схема пока не доведена до ума. Кроме того, не очень хорошо налажена система контроля. В том смысле, что порядка 8 тысяч рецептов не были ни отоварены, ни поставлены на отсроченное обслуживание, а попросту напрочь исчезли из поля зрения отчетности. Не хватает техники. Ну и, конечно, раскритикованный карельскими властями "Протек" из примерно девятисот заявленных наименований смог поставить в республику меньше половины.

А дальше на сон грядущий были приняты прямо-таки революционные решения. Во-первых, министр повелел за 14 дней отоварить все неотоваренные рецепты. Во-вторых, в недельный срок предписал выставить счета Фонду обязательного медицинского страхования, дабы он уже мог начать расплачиваться по этим счетам. И, в-третьих, пресловутой наценкой, судя по всему, отныне распоряжаться будет не "Протек", а карельское правительство. Во всяком случае, Зурабов и Катанандов на глазах у всех подписали соответствующую бумагу. При этом если еще неделю назад "Протек" не хотел делиться с аптеками более чем восьмью процентами, то теперь, согласно новому витку реформаторской мысли, аптеки вправе претендовать на двадцать, "Протек" — на двадцать семь, а о страховой фирме и вовсе на собрании ничего не поминалось.

Внешне все выглядит чрезвычайно человечно. Но наш испорченный опытом всей предыдущей жизни мозг продолжает искать всяческие скверны. Ведь информацию о страховой компании "Мax" уже дней десять назад "просочили" на телевидение. Последнюю неделю в кулуарах шли разговоры об исключении страховых компаний из цепочки большого дележа. Быть может, нормальный бизнесмен Зурабов потому и отправился по стране, чтобы, потеряв страховой процент, передать деньги субъектам Федерации и оговорить степень их благодарности. А, может, верны слухи о скорой отставке министра, и он, уже достаточно заработав, делает красивый жест перед уходом.

Впрочем, чем черт не шутит, и, может, он просто пытается облегчить участь пенсионеров. Ведь такое, наверное, тоже бывает.