Выселенные из ветхих домов люди годами не могут получить жилье, положенное по закону

Сегодня у них практически отсутствует перспектива обрести человеческие условия жизни. Дом, где они жили когда-то, уже давно не существует, остался только штамп с "мертвой" пропиской в паспорте. Единственное, на что могут рассчитывать эти люди - переселенческое жилье, временное по сути, но ставшее для них пристанищем на долгие годы.

Радость была недолгой

В дом №23 по ул.Державина семья Евгеньевых въехала в середине восьмидесятых. Радость от полученного наконец хоть какого-то жилья очень быстро сменилась разочарованием: гнилые полы проваливались под ногами, потолки провисли, грозя рухнуть в любой момент, через щели в стенах зимой мело снег.

Куда только ни обращались жильцы дома со своими проблемами - реагировать должным образом никто не торопился. Время от времени появлялись комиссии. Смотрели, качали головами, уговаривали потерпеть. Так продолжалось не один год. Только после вмешательства прессы дело сдвинулось с мертвой точки. Очередная комиссия, обследовав дом с особым тщанием, пришла к выводу, что необходим капитальный ремонт. К этому моменту семья Евгеньевых прожила в злополучном доме 5 лет.

Ремонтные работы должны были занять девять месяцев. За это время предполагалось превратить жалкую 8-квартирную деревяшку с печным отоплением во вполне благоустроенное жилье - в проект заложили перепланировку, проведение горячей воды, установку ванн. Жильцов на период работ выселили в городской маневренный фонд. Семья Евгеньевых была определена в деревянный двухэтажный домишко. Тогда еще люди не знали, что оставляют свои квартиры не на 9 месяцев, а навсегда...

Где эта улица, где этот дом...

Впервые тревога зародилась в их сердцах, когда спустя положенное время ремонт не завершился, а только вошел в начальную стадию. "Не волнуйтесь. Все будет сделано", - успокаивали взволнованных жильцов в ЖЭУ. Время шло. Пролетел год, за ним следующий, между тем до конца работ было еще далеко. Люди успели забыть о первоначально обещанных сроках, лишь с нетерпением ждали: ну когда же наконец? Дом медленно, но обновлялся - отремонтировали крышу, стены, полы. Оставалось только проложить водопровод, когда строительный процесс неожиданно приостановился, а потом и вовсе заглох.

Оказалось, что рачительные чиновники-жилищники только спустя несколько лет после начала работ, удосужившись посчитать, в какую сумму выльется в конечном итоге затеянный капитальный ремонт, поняли, что совершили промах - стоимость запланированного ремонта превышала бы стоимость самого строения. Дальнейшие работы было решено отложить до лучших времен. Однако уставших ждать людей продолжали кормить обещаниями.

Оставленный жильцами и строителями дом довольно быстро стал объектом повышенного внимания тех, кто привык прибирать к рукам все, что плохо лежит. Сначала робко, потом смелее его начали курочить на части. По ночам растаскивались доски, кирпичи, оконные блоки, двери. В одночасье исчезла крыша. С наступлением темноты дом оглашался скрипом и треском - объектом варварских посягательств становилось все мало-мальски пригодное в хозяйстве. На происходящее городские власти взирали с невиданным хладнокровием. Просьбы остановить расхищение оказались тщетными. "Мы не можем охранять ваши дома", - таков был ответ... В прошлом году, в очередной раз появившись на ул.Державина с целью проверить обстановку, Евгеньевы своего дома не нашли. На месте, где он стоял, был пустырь.

Господа хотят отделаться дешево

Куда исчез 8-квартирный дом - загадка. По крайней мере в то, что его целиком разворовали дачники, как утверждают официальные лица, верится с большим трудом. "Темная история", - говорят бывшие жильцы...

Уже девять лет Евгеньевы живут в убогой квартире для переселенцев. Неоднократно они пытались вытребовать себе жилье, положенное по закону - 12 кв.м на каждого члена семьи, однако до сих пор не смогли ничего добиться. "Ваши жилищные условия ничуть не хуже, чем раньше, - слышали они в ответ. - Чего вы еще хотите?" Действительно, нынешняя квартира Евгеньевых, в которой, кстати, им изначально не разрешили прописаться, мало чем уступает прежней - сгнившие трубы, изношенная сантехника, замерзающий каждую зиму водопровод. Это далеко не полный перечень ее "достоинств". Но уверенные в том, что живется Евгеньевым неплохо, чиновники из жилищного комитета теперь, по прошествии девяти лет, предлагают многострадальной семье наконец прописаться и остаться здесь навсегда. Они, похоже, уже забыли, что когда-то обещали ей отремонтированное жилье с горячей водой и ванной. Впрочем, подобная забывчивость вполне объяснима: господа захотели отделаться как можно дешевле.

"Мы остались ни с чем, - делятся Евгеньевы. - Из одного ветхого жилья нас переселили в другое. Никому до нас нет никакого дела. Этой зимой мы полтора месяца жили без воды - замерзли трубы. ЖЭУ палец о палец не стукнуло, чтобы нам помочь. В таких условиях невозможно жить. Если мы пропишемся здесь, то уже никогда не сможем выбраться отсюда".

Что дальше?

Таких семей, как Евгеньевы, в Петрозаводске не один десяток, и с каждым годом их число продолжает расти. На сегодня в городе около трехсот ветхих домов, подлежащих расселению. "Ситуация безрадостная, - говорит первый заместитель председателя жилищного комитета А.Л.Хирвонен. - Маневренный фонд забит, свободного жилья нет. Десять тысяч человек стоят в квартирной очереди, из них примерно 6 тысяч - первоочередники и внеочередники. У нас сейчас одна забота - чтобы действительно нуждающиеся не остались без крыши над головой. Однако многие из них сегодня лишены и этого".

Действительно, ситуация безрадостная. Жилищное строительство в столице Карелии, как и во всей стране, сходит постепенно на нет. В 1998 году за счет средств местного самоуправления было построено только 2 квартиры. При таких темпах люди могут ждать жилье столетиями. Что ждет их дальше - сегодня не знает никто.