Ну, и стоило Мальвине запирать это носатое дерево в чулане? Непонятны ни смысл, ни причины. Оно, вишь, не желало учиться, продало за пять сольдо папикарлину азбуку, тыкало носом в чернильницу и не желало давать некту яблоко. И что? Чего добилась Мальвина со всей своей образованностью? Практически ничего. А безграмотное Буратино было вертлявым и шустрым, что в жизни куда важнее.

С точки зрения практического смысла, в учебе нет никакого толку. Иногда я пытаюсь надуть щеки и козырнуть собственной образованностью. Но выдавить из себя удается лишь странное слово "палатализация" — единственный термин, зацепившийся краем за неровности коры головного мозга. Больше того, иногда мне кажется, что палатализаций было две, но что они означают и чем отличаются, я уж не помню... Профессию, которой я сейчас занимаюсь, в университете не проходили, и я долго завидовал тем, кто заканчивал настоящие журналистские факультеты.

— Расскажите, чему вас учили? — приставал я. — Какие таинства ремесла вы почерпнули? Какие давали вам упражнения? Что особенно запомнилось за пять лет учебы?

Коллеги задумывались, что-то соображали, вспоминали, не исключено, что слово "палатализация" отчаянно билось об их подсознание.

— Помним, вьетнамцы очень вонюче жарили селедку в общаге, — наконец вспоминали они.

Юморины, вьетнамцы, дискотеки, колхоз, первые три любовника или любовницы, случай в подъезде — веселая была жизнь. Но о чем именно была теорема Больцано-Коши, мы не вспомним. Больше того, нам это никогда не поможет в нашей будущей жизни.

Чехов, Булгаков, Горин, Арканов, Розенбаум, старик Конан Дойль — зачем они учились на врачей? Писать и петь они наловчились без всякой учебы. 80% крупнейших бизнесменов Америки в лучшем случае заканчивали школу. Впрочем, там у них высшее образование имеет хотя бы материальную подоплеку. Зарплата, на которую претендует голова, принципиально выше того, что могут заработать руки. Но у нас-то зачем мы прем в вузы? К чему историческое образование строителю, чиновнику или торговцу недвижимостью? Может, чтобы в Новый год козырнуть перед гостями подробностями восстания сипаев? Но, боюсь, эти подробности улетучились из памяти тотчас после экзамена. Зачем истязать себя на медфаке, если после железнодорожного техникума (простите, колледжа) мы будем зарабатывать в пять раз больше да еще на халяву кататься в отпуск? Парикмахер, плотник, повар или шофер найдут себе применение в любой стране. В то время, как филологу, историку или инженеру лесному все одно придется переучиваться. Я знал женщину, которая 20 лет промучилась преподавателем вуза, и, лишь устроившись управдомом, обрела душевный покой.

Юморины, вьетнамцы, дискотеки, колхоз, первые три любовницы, случай в подъезде... Неелов, Мальчуковы, Кунильский, Яковлев, Михайлова, Дворецкий. Каюсь, я плохо запомнил то, о чем они говорили. Но запомнил, что это было здорово. Я имел пять лет общения с умными, глубокими, удивительными людьми. Пять лет клевой, расслабленной, школярской атмосферы. Может, в этом было мало практического смысла, но бог с ним. Идти учиться только ради получения профессиональных навыков так же скучно, как играть в футбол только ради накачивания мышц на ногах или ходить на пляж только ради загара. Глупо, граждане. Прелесть в процессе. Расслабьтесь. А результат — дело наживное.

Образование ума не прибавляет

Мы все учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь. Накануне Дня знаний "Губернiя" решила поинтересоваться у известных петрозаводчан, какое у них первое образование и пригодилось ли оно им в жизни

Сергей ЧЕРЕПАНОВ, скульптор:

— Первое мое образование — техническое. Я техник-механик по самолетостроению. Пошел учиться за компанию с товарищами. Не жалею. Я работал по этой специальности — и до института, и во время учебы. Чему-то ведь я там научился. А потом был художественный институт в Ташкенте. Это уже осознанно. Через 5 лет. Я хотел в художественное с самого начала, но робел, стеснялся и пошел туда, куда все пошли. Зато кругозор шире. Время вообще нельзя потратить зря. Все, что происходит, — это опыт. А как сказал Солженицын устами своего героя: "Образование ума не прибавляет".

Раиса МУСТОНЕН, писатель и сценарист:

— Я столько училась в своей жизни, что какое образованием было первым — и не упомнишь. Все-таки сначала я была ученицей портнихи — шить до сих пор не умею. Потом проучилась три года в горном институте по специальности "обогащение полезных ископаемых". Ни разу полученными знаниями не воспользовалась. Затем окончила Литературный институт им.Горького. Образование, может быть, это и не очень пригодилось, зато встречи и общение с интересными людьми очень помогли. После института были Высшие курсы сценаристов. Они были очень полезными. Кино насмотрелась на всю жизнь. Сейчас сама пишу сценарии.

Мне абсолютно не жалко тех лет, которые я потратили на свои школы. Это не были потраченные впустую годы. Это жизненный опыт. Мне всегда нравилось и до сих пор нравится учиться и работать, постоянно менять обстановку. Жалко, что сейчас люди не могут себе этого позволить — денег никаких не хватит.

Александр ЛУКЬЯНОВ, предприниматель, владелец сети ресторанов и кафе:

— У меня всего одно образование. Я окончил машиностроительный техникум и должен был бы работать на "Петрозаводскмаше". Но если бы в то время я знал, что в нашей стране произойдет перестройка, я бы и там не учился, а сразу пошел в предприниматели. В России, если человек умеет считать, писать, обладает интуицией и практическим умом, он живет хорошо без всякого диплома. Например, я знаю, как должен работать общепит. Я вижу, что делают мои конкуренты правильно и неправильно, с точки зрения клиента. И этого достаточно. Ведь такой вещи, как управление, нельзя научить. Способность управлять либо дана, либо не дана человеку свыше.

Мне жалко тех, кто сегодня получает высшее образование. Эти люди к настоящей жизни не подготовлены, не самостоятельны. Им нужен человек, который будет водить их за ручку. Да и уровень нынешнего образования меня смешит. Когда ко мне на работу устраиваются дипломированные специалисты, мне кажется, что они свои бумажки либо где-то в колхозе получали, либо просто их купили.

Лариса ПОКУТНЯЯ, ведущий специалист Министерства труда и социального развития РК:

— Я хотела стать педагогом. Но судьба распорядилась по-иному: получила образование бухгалтера-экономиста и сразу же стала работать по специальности. Позже я окончила Академию госслужбы, где также получила экономическое образование. Так что я впустую время не тратила. Все, чему меня научили в вузах, мне очень пригодилось.

Надежда ПАВЛОВА, председатель Союза защиты детей:

— По образованию я инженер-энергетик, точнее моя специальность звучит как автоматизация теплоэнергетических процессов. Четыре года проработала депутатом Верховного Совета. Но в первую очередь я женщина, мать, многие проблемы мне знакомы не понаслышке, так постепенно я перешла к вопросам защиты детей. Моя первая специальность, казалось бы, абсолютно отличная от того, чем я занимаюсь сейчас, очень помогает в моей работе. Она научила меня мыслить системно, ведь для того, чтобы реально помогать людям, нужно создавать определенные системы, основанные на фундаментальных принципах.

Владимир ПЕТРОВ, заместитель мэра Петрозаводска, председатель Комитета по вопросам здравоохранения, экологии и социальной защиты:

— В 1974 году я закончил медицинский факультет ПетрГУ, отделение "лечебное дело". По своей специальности проработал до 2002 года. Это моя любимая работа, то дело, с которым я прошел по жизни. Скоро будет 30 лет окончанию факультета, и ни на одну минуту я не жалел о том, что для себя выбрал. Конечно, юношеский романтизм прошел, в реальной жизни оказалось все сложнее, но тем не менее... Сейчас закончил Академию государственной службы, что мне тоже очень помогает.