Русские горцы

Наш корреспондент только что вернулся из Абхазии, где побывал в затерянном в горах и окруженном со всех сторон горными перевалами селе Псху, живут в котором русские. Сейчас их там осталось 50 семей. Трудности, которые испытывает равнинная Абхазия, изнуренная войной и последовавшей за ней блокадой, именуемой в народе "козыревской", вынудила многих жителей покинуть этот живописный оазис посреди Главного Кавказского хребта. А совсем недавно Псху был густонаселенным местом. Жили и живут там потомки дворян и вольного казачества, бежавшие от советизации. Они сохранили свои обычаи и веру. Вместе с тем тут вывелась редкая генерация русских - русские горцы. Русские, которые ходят по пересеченной местности, исповедуют горский этикет, охотятся на туров (я выдал вас, друзья!). У которых чачи -- море разливанное, но пьют ее только в большие праздники или когда гости.

Эта обширная цветущая долина, к которой подлетает наш вертолет, когда-то гордо именовалась страной Псху. Есть даже книга с одноименным названием. Со всех сторон окруженная горными перевалами и отдаленная от ближайшего населенного пункта на десятки километров, долина вся представляет собой сад. От населения, покинувшего край в прошлом столетии в результате Кавказской войны, остались седые от старости, могучие грецкие орехи, груши и яблони, сорт которых абхазы называют зимним, а остальные народы -- абхазским (первую пробу плодов эти яблони дают на сороковом году!). Притоки реки Бзыбь текут посередине села, орошая каменистую, но жирную почву лугов. Но люди пьют воду только из родников, которые тут в изобилии. На окраине села - святилище, которому поклоняются абхазы, в чьих религиозных представлениях много язычества античного образца.

Еще недавно тут жили абазины, но они уехали. Когда-то они бежали в Абхазию вместе, абазины и казаки, в большинстве своем дворяне. Общая беда советизации заставила их забыть вековые распри. Прибыли в Сухум к кунаку, которого считали абреком, а тут выяснилось, что их кунак не кто иной, как председатель Совнаркома ССР Абхазии Нестор Лакоба. И в прежние времена, когда беженцы у себя на родине помогали ему и укрывали его, он был не абреком, а экспроприатором. Тем не менее кунак посоветовал гостям пробираться на Псху, где, по его предположениям, лет десять они могли быть спокойны.

Равнинные русские имеют шанс оформить российскую пенсию и выезжают за ней в Сочи, прихватив с собой тачку-вторую мандаринов. А жителю страны Псху еще надо добраться до Большой земли. Но жители не унывают, надеясь, что Русь-матушка сама к ним придет через присоединение всей Абхазии к Российской Федерации.

Первое письменное упоминание о Псху принадлежит эфенди Эвлия Челеби. Этот турецкий Марко Поло сопровождал, приходясь ему родным племянником, Мелик-Ахмет-Хана, абхаза по происхождению, вновь назначенного великим визирем Блистательной порты, то есть Турецкой империи, когда последний объезжал вверенные ему провинции. Население урочища Челеби определяет характерно: "Девять тысяч буйных мужей". Ночь выдалась для путешественника тревожная: ему пришлось наблюдать битву в небе кавалерии абхазских и черкесских джинджиков, то есть попросту вампиров. Кавалерии, потому что джинджики были верхом на мертвых быках. С неба на испуганного ученого падали сломанные копья и даже вырванные с корнем пни. Но когда землепроходец, стряхнув с платья пыль от дубовых пней, вернулся в саклю, его ждал ужин с "красным вином отличной доброты", кашей из проса (мамалыгой) и бараниной, которую эфенди макал в острую подливу "асадзбал": деталь, придающая правдоподобность и остальной части рассказа летописца XV века. Князь Маршан вызвался проводить делегацию до Чечни и Дагестана, и Челеби подчеркивает его учтивость и предупредительность. Впрочем, как-то выйдя из себя, сей предводитель буйных мужей санджаком (булавой) выбил несколько передних зубов ученого, но тут же раскаялся и преподнес ему в дар трех прелестных рабынь и ятаган отличной работы. Так что дальнейший путь к Самарканду и Бухаре землепроходец проделал уже в сопровождении дев, прекрасных, как гурии, но, увы, щербатым.

Летом сюда можно добираться на двух ведущих машинах. За Рицей и расположенными над этим озером серными источниками Ауадхара дорога идет по ущелью, взбираясь и огибая два перевала. Но уже в начале сентября тут выпадает снег, и Псху оказывается оторванным почти на полгода от Большой земли. Связь с Большой землей осуществляется только воздухом. Каких-то двадцать лет тому назад здесь было не менее тысячи хозяйств. Летом сюда гнали стада. Прибывало огромное количество отдыхающих и туристов. Тут кипела жизнь. Сейчас это просто село, где осталось пятьдесят семейств. Разница, конечно же, впечатляет.

Продолжение на стр. 18