Когда вся страна отмечала День конституции, обитатели Ладвинского детского дома-интерната праздновали открытие двух новых отделений в своем учреждении. Теперь их не четыре, а шесть. И к ремонту и оборудованию каждого из них приложила руку крестная мать дома-интерната Анна Кристенсен.

238 "детей" от 4 до 40 лет сегодня живут в Ладвинском детском доме-интернате. Какого бы возраста они ни были, они всегда останутся несмышлеными ребятишками. Волей судьбы дети родились с серьезными заболеваниями: глубокой умственной отсталостью, гидроцефалией, микроцефалией, болезнью Дауна, аутизмом, шизофренией, ДЦП. 60 воспитанников дома-интерната прикованы к постели.

По словам директора по учебно-воспитательной работе Людмилы Червячук, для персонала учреждения главное — научить детей самостоятельно обслуживать себя. Но и это удается далеко не всем.

— 167 наших ребятишек обучаемы, — говорит Людмила Эмильевна. — Они занимаются в классах, группах по специальным программам и в соответствии с их возможностями получают образование. Часть наших детей не могут усвоить специализированную программу. Поэтому они занимаются в группах с частичным обучением. Старшие девочки работают в нашей швейной мастерской, где шьют различные несложные изделия для детского дома.

Больным детишкам, зачастую лишенным любви родителей (от кого отказались сами семьи, кого-то забрали от мам и пап, лишив их родительских прав), требуются особые внимание и уход. Государство дает по минимуму: питание, одежда. По президентской программе для детей-инвалидов как-то поступали различные специальные тренажеры. Но этим нужды детского дома-интерната не ограничиваются. И персоналу (более 200 человек), делающему все, что в его силах, со всеми проблемами никогда бы не справиться, не появись в 1995 году в их учреждении лидер общественной организации "Дети городов-побратимов" шведка Анна Кристенсен.

— В Ладвинский детский дом-интернат мне предложил съездить владыка Мануил, — вспоминает Анна Кристенсен. — Когда я попала сюда в первый раз, мне приходилось несколько раз выбегать на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Запах в учреждении был отвратительный. Ужасная ситуация была с подгузниками и памперсами. Приехав в Швецию, я не могла спать в течение двух месяцев — все думала о детях и персонале. И в следующую поездку я уже привезла машину одежды и матрасов.

Когда вместе с Анной стали работать шведские и норвежские газетчики, помогая собирать ей средства для наших больных детей, Ладвинский детский дом вступил в эпоху ремонтов. Одно отделение за другим стало приобретать цивилизованный вид. Анна тщательно следила за работой строителей, которые меняли окна, полы, обновляли стены и потолки. Доставалось нашим работникам немало — старушка с характером. Отремонтированные отделения были полностью оборудованы: начиная от кроватей, заканчивая бытовой техникой и специальными тренажерами. После появления в интернате сухих бассейнов, заполненных вместо воды шариками, некоторые дети стали ходить.

Последним подарком крестной матери Ладвинского детского дома стало открытие 12 ноября двух новых отделений, освящать которые приехал сам владыка Мануил.

— С 1999 года я в Ладве уже 44 раз, — сказала Анна Кристенсен. — Поскольку все вещи для учреждения я покупаю сама, то вижу, что ничего из привезенного мной не пропало. Детям же и персоналу здесь стало гораздо лучше.

Я всегда общаюсь с этими ребятишками. Они не виноваты в том, что родились больными. Они добрые и очень искренние. Эти дети не должны чувствовать себя брошенными и нелюбимыми. Я очень надеюсь, что нам удастся вместе с министерством труда и социального развития Карелии создать фонд для Ладвинского детского дома-интерната, чтобы не только шведы и норвежцы помогали больным детям, но и жители вашей республики обратили свой взор на это учреждение.

Анна Кристенсен сегодня опекает не только дом-интернат из Ладвы, но и петрозаводские детские дома, 21, 22, 23, 47 интернаты и бездомных. Подобных интернатов и детдомов в республике еще немало, и таких меценатов у многих нет. А дети эти не заперты в интернатах навсегда, они будут жить среди нас. Но какими они выйдут из нынешних нищих и убогих учреждений, которые язык не повернется назвать домом?