Пересказать эту историю мы можем только лишь с оговорками и недомолвками, поскольку уголовное дело по факту превышения должностных полномочий еще не завершено. Примечательно, что один из главных героев инцидента, сотрудник Лахденпохского РОВД, фамилию которого мы назвать не можем, год назад, работая в Беломорске, уже почти привлекался к уголовной ответственности за "служебный беспредел". Суд над ним так и не состоялся. Чудесным образом человек, признанный виновным, наказания избежал. Более того, продолжил работу в правоохранительных органах в соседнем районе, где через несколько месяцев вновь оказался замешан в происшествии.

Пятнадцатилетнего Максима в отделение РОВД привез отец, совершенно не подозревая, для чего сына вызывают в милицию и какими последствиями все это обернется. Привез в 9 утра, обратно же забрал шесть с половиной часов спустя. Вместе с известием о том, что отпрыск уже написал "явку с повинной", где признался в недавно происшедшей в Лахденпохье краже. Папа — человек строгий, сам сотрудник ГИБДД, только спросил: "Ты это сделал?" Максим же в ответ расплакался и сказал: "Папа, если бы тебя два часа били, ты бы тоже признался во всем, что хочешь". Только тут отец и заметил у сына синяки и кровоподтеки на шее и подбородке. Мальчик был весь бледный, его тошнило. Максима доставили в отделение скорой помощи, а впоследствии госпитализировали. В больницах он провел около месяца, диагноз — "травма головы с ушибами головного мозга 1-й степени". Плюс многочисленные синяки, кровоподтеки, ушибы. В таком состоянии вышел подросток из отделения милиции после "беседы".

Допрос

Происшедшее внутри стен органов правопорядка мы опишем сухими цитатами обвинительных протоколов и показателей свидетелей, ибо художественные изыски бывают излишни. Вот выдержки из показаний избитого подростка. "Я сидел согнувшись на стуле, и они (сотрудники Лахденпохского РОВД — прим.авт.) стали меня просто избивать. <...> При этом М. наносил мне удары в левый бок и грудь, а П. — в правый бок и грудь. Я сидел, согнувшись от боли, и пытался закрываться руками. Я не считал, кто и сколько наносил ударов, но били они меня вместе. Затем П. нанес мне один удар в область головы справа, а М. нанес мне один удар кулаком в лоб". Далее, по словам Максима, он упал на пол, ударившись подбородком об стул, на полу получил еще два пинка от "стражей порядка". Затем потерял сознание и очнулся уже на стуле. Избиение продолжилось. "М. сказал: "А где же наши почечки?" и при этом стал наносить удары в левый бок". Напарник, по словам Максима, бил справа. Затем мальчика ударили головой о стену и оставили "думать", а сами отправились в магазин за булочками к чаю. Пока пили чай, рассказывали Максиму, что отца и мать уволят с работы, если он не признается, а его все равно посадят. "Я понял, что когда они доедят, то вновь будут меня бить, и, испугавшись этого, сказал: "Пишите, что хотите, мне все равно". На этом избиения прекратились. Максим подписал все, что от него требовалось.

Добавления о том, что по закону несовершеннолетних вообще можно допрашивать только в присутствии родителей, а допрос должен длиться не более трех часов, выглядят здесь жалко.

"Не надо пытать человека до беспамятства"

Мать потерпевшего рассказала, что на стенах Лахденпохского РОВД развешаны изречения и цитаты, некоторым образом характеризующие отношение сотрудников к собственной работе. Один из таких листочков она привезла в редакцию. "Сострадание является, безусловно, благодатнейшим чувством, но оно должно быть умеренным, не превращаясь в слабость. Это вовсе не означает, что надо пытать человека до беспамятства" (цитата из Ярослава Гашека).

Родители не побоялись вступить в судебное разбирательство с органами. Кстати, в Лахденпохском РОВД лежит еще одно заявление на тех же сотрудников от другого, восемнадцатилетнего подростка, инцидент с которым произошел в тот же день. От Андрея требовали признания в другой мелкой краже. Процитируем опять же постановление о привлечении в качестве обвиняемого: "П., применяя специальное средство палку резиновую, нанес С. (пострадавший — прим.авт.) не менее двух ударов в левое плечо, не менее трех ударов по левому колену и не менее двух ударов по левой ноге, а М., действуя по согласованию, удерживал в это время руки С., чтобы тот не мог оказывать сопротивления".

Повторение пройденного

Жительница соседнего Беломорска Ирина Белоконенко, узнав о происходящем (карельские районы невелики и известия в них распространяются быстро), не поленилась приехать и найти семью пострадавшего мальчика, чтобы тоже дать показания по этому делу. Ибо с непосредственным участником событий знакома не понаслышке. Два года назад ее семья пострадала от неправомерных действий того же сотрудника правоохранительных органов (о чем "Губернiя" в свое время писала). Тогда факт превышения служебных полномочий со стороны сотрудника милиции был признан всеми возможными инстанциями, даже МВД Карелии. Однако без каких-либо последствий для самого виновника. "...жалоба признана обоснованной, о чем вам было сообщено, — гласит официальный ответ за подписью министра МВД Дмитрия Михайлова. — В настоящее время привлечь к ответственности оперуполномоченного М. не представляется возможным в связи с истечением срока давности наложения взыскания". Виновника происшествия просто перевели работать в соседний район. Не факт, что и на сей раз пострадавшим удастся добиться справедливости.

Расследованием инцидента сейчас занимается прокуратура Лахденпохского района.