Партнеры:
|
|
|
|
Счетчики:
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Миша в сосновом бору
Сижу, пью пиво, кушаю воблу, размышляю о современном политическом моменте. Жена вяжет, свитер что ли, сразу не поймешь. - Как думаешь, жена, - спрашиваю ее, обсасывая косточку, - правильно ли то, что Михайле Касьянову дело шьют? Как полагаешь, есть ли у него крупные проколы? Мне он, в принципе, был любопытен, проявлял характер. Говорит басом. Жена вяжет. Свитер что ли, или кофточку, сразу не поймешь. Молчит. Я ей опять насчет Касьянова. - Не лезь не в свое дело, - отвечает жена. - Тут государственный интерес. Ясно! Завалить его надо, как белугу. Или хотя бы крылья обкорнать, чтоб в эмпиреи не заглядывал. - За что ж его корнать? Он ведь теперь не у дел. В трех сосенках бродит, дышит полезным кислородом. - Он покушается... Я вскакиваю, нервно шагаю по квартире с кружкой в руке, со штанов сыпется рыбья шелуха. - Да на что же он покушается? - возмущаюсь я. - Если б он действительно покушался, тогда бы делал громкие заявления, объединял оппозицию, Явлинского с этим, как его... Немцовым. А так вот, отдыхаючи, что можно сделать, каких антиправительственных дров наломать? Жена вяжет, кажется, прорисовывается свитер. Хотя пока не разобрать. Сажусь в кресло, делаю глоток, в который раз за неделю перечитываю хинштейновский запрос. - Вот это настоящий мужчина, - говорит жена, не поднимая глаз, - на премьера бочку покатил! Была б я помоложе, так обязательно за него замуж вышла. Есть в нем что-то такое, богатырское, чего всякому российскому мужчине не достает. Не то что ты - сухофрукт. - И не сухофрукт я! - клокочет во мне пламя. - В прежние годы я на партсобраниях такие запросы делал, что самому жутко было! Меня коллеги даже побить хотели в подворотне за мою инициативность, еле ноги унес. Я, дорогая, и сейчас способен на запрос, но у меня нет на руках нужных материалов, ресурса за мною нет, а то бы я такого запросил, в два счета! Жена ехидно усмехается, чем приводит меня в бешенство. От мельканья спиц у меня начинает рябить в глазах. - Молодежь должна с Хинштейна пример брать, - говорит она. - Надо его портреты наравне с Толстым по школам развесить, чтоб первоклассники с пеленок чувствовали нравственные ориентиры. Тогда, глядишь, воров меньше бы наблюдалось, хотя бы не таких масштабных. На всех госдач не напасешься. - Да какие воры! - кричу я в полемическом запале. - И кого это ты вором называешь, Касьянова? Да я тебе за такие слова по морд... - Спохватываюсь, молчу, говорю более дружелюбно: - Душа моя, кто же это тебе сказал, что Касьянов вор? - Прокуратура. - Попомни бога! Она всего лишь папку для дела завела, а дела-то и не будет, верь мне. В Америке нас не поймут, скажут, что мы в тюрьмы лучшие кадры кидаем. Жена пристально глядит мне в глаза, взгляд у нее жуткий, колюще-режущий. - Вот ты сам все и сказал, - говорит она и взгляда не отводит. Я краснею, ничего не понимаю. - Что я такого сказал? Ничего такого. - Он же американский ставленник, - режет жена, - любой дурак это уже понимает. Под ихнюю дудку пляшет, а если, не приведи господь, станет каким-нибудь президентом буро-малиновым, то все мы тоже запляшем, как на сковороде. Выведут нас американцы, как клопов... Удивляюсь я тупости некоторых мужчин. Это уж чересчур. Пытаюсь успокоиться, дышу в кулак, раздуваю щеки. Это чтобы Касьянов был американским ставленником! Где доказательства? На нем, говорят, даже костюм отечественный. Бр-р-р!!! Чего только не навесят на человека эти бабы. Все беды у нас от баб, глупых баб, не занимающихся хозяйством. Вечно они лезут... - Утерла я тебе нос? - ехидничает жена, - что, съел? - Я, между прочим, жрать хочу, - говорю хмуро я, - ставь кастрюли на плиту, кончай вязание. Нужны мне твои свитера. - А это не тебе, - говорит жена, - это я, может, твоему Михайле вяжу свитерок. На нарах, небось, холодновато ему будет. - Дура! - говорю я, расплескивая пиво. - Поглядим.
| ||
|
Если вы заметили орфографическую, стилистическую или другую ошибку на этой странице, просто выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter.
|
Касьянов должен радоваться, что его статья не расстрельная.