Идет сезон годовых отчетов. Вот и прокурор республики внес посильный вклад в убеждение народа, что не зря, мол, люди государевы хлеб едят. Читая прокурорский отчет, думаешь порой, что сидит государево око в зашторенном кабинете без телевизора, без газет, а источник информации о состоянии законности для него один: заявления от писучих граждан

Строчите бумаги!

На муниципальном предприятии ЖКХ "Пудожское" на два месяца задержали зарплату. Работники написали заявление в прокуратуру, и "по факту задержки зарплаты" было возбуждено уголовное дело. Не платить два месяца зарплату — уголовное преступление, и значит, вся Карелия в этом плане сплошная уголовщина. Но многие ли пишут заявления?

В карельской глубинке уже давно не ропщут по поводу отключения света. А зря. Инвалидам свет отключать нельзя. Как нельзя не делать в их квартирах ремонт за счет ЖЭУ. И те 11 инвалидов Беломорского района, которые дали о себе знать местному прокурору, получили защиту. Прокурор подал в суд на "введение ограничений на электроэнергию и непроведение ремонта принадлежащих им жилых помещений".

В Сегеже мэрия долгое время не обеспечивала льготников дровами, вынуждая покупать их за полную стоимость. Льготники написали жалобу, и местный прокурор — цитируем докладную записку — "заставил администрацию вспомнить о людях".

Заставить сегежскую мэрию "вспомнить о людях", думаем, было нетрудно: домов с печками в городке раз, два и обчелся. А вот что делать другим районным администрациям, где печной фонд под 80 процентов и столько же "дровяных" льготников? Мэры и рады бы помнить о людях, да нищета бюджетная всю память отшибает.

Так что, когда стоит выбор — самим дрова добывать или в надзорные инстанции писать, — дальновидное большинство выбирает первое.

Не ходите по темным закоулкам

Преступность, говорится в прокурорском отчете, за год выросла по Карелии в среднем на 21 процент. В Лахденпохье — на 46. В Кеми, Муезерке, Питкяранте, Сортавале — на 42.

Больше стали убивать, воровать, поджигать, но — особенно — насиловать (на 43%). Прокурор жалуется, что ограничен в праве возбуждать дела частного обвинения, отсюда, мол, и всплеск преступлений против личности. Договорится жертва с преступником — и забирает заявление. Прокурор ничего поделать не может.

В пяти карельских тюрьмах томятся нынче 4347 заключенных. Это меньше прошлогоднего и соответствует лимиту наполняемости камер (исключение — СИЗО № 1 Петрозаводска: 288 узников на 195 нар).

Силы на исходе

Прокурор честно признается: с раскрываемостью преступлений туго. Процент вроде бы неплохой (62%), но в основе его — "группа очевидных, выявляемых преступлений". Все меньше раскрывается краж (38 из 100).

Если милиция отнеслась к вашей беде безучастно, ступайте в прокуратуру. В прошлом году по республике выявлено 887 случаев незаконного отказа в возбуждении уголовных дел.

Впрочем, заставить возбудить дело милицию заставят, а найти преступника, если та не захочет, не заставит никто. В записке приводится такой факт. В Олонецком районе возбуждено 4 уголовных дела по краже имущества в ОАО "Олонец-лес". Каждая кража — более чем на 50 тысяч. Имущество громоздкое, незаметно вывезти его невозможно. "Несмотря на это, — констатирует прокурор, — мер по розыску похищенного не предпринималось".

Фактов коррупции в 2003 году выявлено 236 (год назад — 149), но цифры, как правильно отмечает прокурор, не отражают реального положения дел.

Коррупция в Карелии крепчает. Почему? Прокурор считает, правоохранительные органы "позиции ослабили" в борьбе со взяточничеством, с коммерческим подкупом, присвоением и растратой имущества со стороны должностных лиц, преступлениями против государственной службы. Одним словом, милиционеры виноваты: недоглядели.