Один пожар, как известно, равняется пяти переездам. К нашей ситуации эта вывернутая наизнанку пословица имеет прямое отношение. Потому что двум одиноким старикам, живущим в двухэтажной деревяшке на ул. Луначарского, впору бежать из родного дома — халатность и невнимание городских служб довели их до отчаяния.

До взрыва оставалось чуть-чуть…

12 марта в квартире второго этажа дома №18 по улице Луначарского случился пожар. Случай криминальный — хозяин был ограблен и сильно избит, после чего грабители закидали неподвижное тело тряпьем и подожгли. Только благодаря бдительности соседей дом вообще уцелел — если бы огонь добрался до газовых баллонов, последствия взрыва даже прикинуть сложно. А так огонь успел основательно похозяйничать только в одной комнате, но для старой деревяшки и этого много. Крыша провалилась, копоть и сажа проникли во все соседние квартиры, водой залило нижние. Cлава Богу, все остались живы, за исключением главного пострадавшего — он скончался в Больнице скорой медицинской помощи через несколько дней...

Уже на следующий день жители подъезда отнесли заявку в ЖЭУ №4 — пожарные свернули батарею, и вода нескончаемым потоком лилась на первый этаж. Ну а дальше все по уже всем набившему оскомину сценарию. Заявку приняли, заявители ушли — и все осталось как есть. То есть: дыра в крыше, прогнувшиеся потолки, отсутствие света и туманные виды на будущее.

А слесаря все нет

С 12 марта прошло достаточно времени. Измученные жильцы обращались уже везде — и снова в ЖЭУ, и в Службу единого заказчика, и даже в мэрию... — слесаря все нет. Плюнув, наняли частника, который заварил злосчастную трубу, и позвонили нам, в "Карельскую Губернiю", и на телевидение. После сигнала в СМИ активность ЖЭУ №4 сразу повысилась — был прислан человек, который забил в дверь сгоревшей квартиры гвоздь (чтобы не лазали). А через час пришел-таки слесарь и, потоптавшись, ушел обратно — не прорвался, болезный.

В это время квартира на первом этаже уже напоминала сталинградский Дом Павлова. Страшная и влажная духота, воды на полу на три пальца, стены в пузырях и черных подтеках, упавший потолок и мокрые насквозь одежда и мягкая мебель. А ведь живут в ней обычные пенсионеры. Девяносто процентов их немудреного скарба в результате пожара и потопа пришло в негодность, и другого им уже, естественно, не нажить — не те теперь времена.

Погорельцами мы не считаемся...

Другие обитатели подъезда отделались меньшими потерями — у кого кафель отошел, у кого потолки и стены почернели. Общая беда у всех — крыша. Стропила прогорели настолько, что она вот-вот может рухнуть (пока же на чердаке гуляет ветер и плещется талая вода).

Несмотря на коллективные и безответные письма в ЖЭУ и Службу единого заказчика, на 1 апреля (!) руины оставались в первозданном состоянии. Начальник ЖЭУ №4 Владимир Бражнов в телефонной беседе сообщил, что со своей стороны "все, что мог, сделал", и, сославшись на занятость, бросил трубку. Что он имел в виду? Составление акта со сметой на 70 тысяч рублей для ликвидации последствий пожара? Так это делается за три часа... Главный специалист отдела технадзора СЕЗ Кирилл Кириков был очень удивлен, когда мы сообщили ему, что работы на ул. Луначарского, 18 так и не начались: "Подрядчики от фирмы уже должны вовсю трудиться!" Кто же процесс контролировать должен? Или будем ждать, пока на головы прохожих посыплется шифер, а на пенсионеров рухнет потолок?

Пока городские службы "ковыряют в носу", два полубеспомощных старика уже который день подряд, хлюпая резиновыми сапогами по полу родной квартиры, просят соседей согреть им хотя бы чайник — света и воды нет по-прежнему. Надежды на чье-либо другое содействие нет вообще: "Да что толку звонить и ходить — нас везде посылают. Погорельцами мы не считаемся, и переселять нас в квартиру из аварийного фонда никто не станет".