...И понес он на маленьких плечиках груз вины за то, что появился на свет

Есть инстинкты отцовства и материнства, а есть инстинкт ребенка - потребность быть любимым и оберегаемым. У ребятишек, о которых идет речь, недетское самоощущение: у них нет чувства, что они нужны своей маме, своей семье, а значит, нет чувства защищенности. Кто-то сказал: "Вне семьи человек гол, пуст, жалок, ущербен". Вне семьи даже взрослый самостоятельный человек стократ уязвимее. А что говорить о маленьком, беззащитном перед жизнью человечке?

"МНЕ ПРАЗДНОВАТЬ НАДО, А РЕБЕНОК МЕШАЕТ"

Вечером 31 декабря в детский приемник-распределитель явилась пьяная неряшливая женщина с малышом лет трех: "Возьмите моего ребенка, мне надо идти праздновать, а ребенок мешает. Мне его некуда девать". Что делать - взяли мальчика. Через несколько дней мать с похмельным лицом пришла за ребенком. И побрел мальчонок с ней рядом: другой мамы у него нет. А на маленьких ссутуленных плечиках - как будто груз вины за то, что он появился на свет.

Детский приемник-распределитель официально именуют Центром временной изоляции несовершеннолетних правонарушителей, хотя собственно правонарушителей здесь двое: выдающийся вор-рецидивист Ваня Ананьев 13-ти лет (о нем "Губернiя" писала) и 14-летний автовзломщик Илюша (о нем позже). Остальные дети - это скорее нарушители прав родителей на личную жизнь. И родители стремятся от этих "нарушителей" как минимум отгородиться.

Несколько раз доставляли в Центр 15-летнюю Карину. Мама ее вышла замуж, родила малыша и целиком отдалась своему семейному счастью, где были только младенец и возлюбленный. Карина оказалась лишней. "Мама на меня кричит, я ее раздражаю, а нужна ей только как домработница", - жаловалась девочка. Карина убегала из дому - мать и отчим даже и не пытались ее искать. Возвращалась - встреча была нерадостной. В конце концов мама собственноручно написала: "Прошу определить мою дочь в детский дом".

Братиков-погодков Славика и Мишу суд при разводе родителей определил на воспитание матери. Отец-моряк посылал неплохие алименты. Маме их хватало, чтобы каждый вечер пьянствовать с претендентами на ее руку, сердце, водку и закуску. Претенденты-бомжи находили еще и ночлег. Славик и Миша школу забросили, с утра до вечера гуляли где попало, питались по остаточному после попоек принципу, наконец, простуженные, грязные и голодные, были приведены милиционером в приемник-распределитель. Мальчиков забрал отец. Это редкий для заведения хеппи-энд. Обычно дети матерей-пьяниц оказываются вне семьи - в детдомах и интернатах.

БЮРО ЗАБЫТЫХ ДЕТЕЙ

Если 10-летний ребенок обещал вернуться домой к девяти и не пришел, в десять вы обзваниваете его друзей, в одиннадцать идете на улицу его искать, в двенадцать поднимаете на ноги родню, а в час ночи - милицию. Толика не искал никто... месяц.

Родом Толик из кондопожского поселка. Родители развелись, мать уехала в Петрозаводск за лучшей долей, а Толик и его старший 13-летний брат остались в поселке жить с отцом. Отец, озлобленный на цены, зарплату, жену и правительство, все свое зло вымещал на детях. Будучи пьяным, разбил в кровь лицо старшему сыну за то, что не растопил вовремя печь. Однажды папе показалось, что младший ест без соблюдения принятых в доме приличий, и только ребенок поднес ложку ко рту - изо всей силы ударил его кочергой по спине. "Я долго плакал, мне было очень больно", - говорит Толик. Ребенок не может долго без защиты, и однажды он решил поехать искать маму. Сел в автобус, доехал до Кондопоги, затем на поезде - до Петрозаводска. Маму он нашел (она привозила его с собой в город). Родительница отправила Толика в Деревянку к бабушке, а через пару недель привезла обратно в Петрозаводск в дом нового маминого жениха дяди Саши. Толик не знает, какие проблемы возникли у жениха с невестой, но вдруг дядя Саша заявил: "Мать твоя гуляет, и ты иди гуляй! А сюда больше не приходи". Ночью мальчика доставили в Центр. Заявлений о пропаже ребенка не было ни от отца, ни от матери, ни тем более от дяди Саши. Пытались найти мать - безуспешно. Сообщили отцу - не отвечает. Скоро месяц, как прозябает в приемнике-распределителе "невостребованный" Толик.

"Таких случаев у нас полно, - говорит сотрудница Центра Ирина Милованова. - С большим трудом находим родителей детей, которые попадают к нам, по нескольку раз посылаем им сообщение, а те и не торопятся ехать за ребенком. Сами же они детей не ищут и о пропаже их не заявляют".

Недавно трагически оборвалась жизнь одной такой "ненужной" родителям девочки. Ей было всего пятнадцать лет. В Центре девочку знали давно - не раз ее, безнадзорную, доставляли сюда. Она убегала из дому, так как отчим постоянно обижал ее, часто наказывал физически. Мать, вместо того чтобы понять дочь и помочь ей, старалась не замечать происходящего. Однажды в беседе с воспитательницей Ириной Миловановой девочка сказала: "Моя мама мне не дарит подарков даже ко дню моего рождения, а отчиму каждый месяц покупает что-нибудь новое. Она меня не любит, наверное". Убежав в очередной раз из дому, она больше не вернулась. Ее тело обнаружили в лесу около трассы. Убийцу девочки не нашли.

"КОГДА ГОЛОДНЫЙ, ИДУ ВОРОВАТЬ"

В свои 14 лет Илюша закончил 5 классов, хотя мальчик, говорят, к учению способный. Ночует у знакомых, в подъездах и подвалах. Собирает бутылки, просит деньги у прохожих, убирает за небольшую плату мусор в кафе на набережной. Эдакий петрозаводский Гаврош. Однако у нашего "отверженного" есть папа и мама. Но у папы "есть тетя Наташа", а мама бывает дома раз в неделю. "Мама не работает, - говорит Илюша. - Где она, я не знаю". Илюша заботится о себе сам: "Я часто бываю голодный. Когда очень хочется есть, иду воровать. Наворую - поем".

В День города Илюша вскрыл ножницами два "ВАЗа" и один "Опель", наворовал автомагнитол, гаечных ключей, чехлов для сидений и запасных колес, сбыл все за 500 рублей, наелся мороженого, напился пива, накупил продуктов впрок. Милиция нашла его спящим в подъезде. Его ждет спецучилище - что-то вроде детской тюрьмы. Такую судьбу он получил в дар от своих родителей.

Кстати, многих прошедших через Центр детей по нескольку раз возвращают в семьи, но те вскоре приходят обратно в казенный дом. Здесь, говорят, мы сытые. Нам не надо думать, где завтра добыть еду.

ОНИ НЕ ГОВОРЯТ ПЛОХО О СВОИХ РОДИТЕЛЯХ

14-летняя Катя бежит в приемник-распределитель из родного Кемского района третий раз. Ее возвращают, она убегает снова. Добирается автостопом, без денег и еды.

"Отправьте меня в интернат, только не домой", - просит девочка. - "Почему, Катя?" Ответ на вопрос выуживали по крупицам. С трудом выяснили, что мама с папой заставляли Катю попрошайничать на трассе. Катя со слезами противилась, ее наказывали. Дети охотно говорят о себе, братьях и друзьях, но на вопрос о родителях, о том, почему они не хотят с ними жить, - только слезы. "Дети никогда не скажут плохо о своих родителях, - говорят воспитатели Центра. - Им просто стыдно за них".

14-летняя Даша возражала: "Я не согласна с тем, что у нас семья пьющая". Но потом случайно проговорилась: "Мама бьет нас, только когда трезвая. А пьяная она знает, что может убить, и старается нас не трогать". У Даши две сестры и маленький братик от другого маминого замужества. "С отчимом у меня отношения очень хорошие, а мать меня ненавидит за то, что я похожа на отца", - считает девочка. От материнских побоев она бежит то к подругам, то к бабушке. Домой не хочет возвращаться ни в коем случае. Бабушке 75 лет. По закону по причине возраста она не может быть опекуном, а следовательно, не может рассчитывать на опекунское пособие (которого, кстати, уже много месяцев не платят). А что может старенькая бабушка на свою пенсию?

Бабушки любят своих внучат, и многие забрали бы их к себе от непутевых родителей. Но это было возможно лет десять назад, когда бабушка могла вырастить внука даже на одну пенсию. Сегодня бабушки говорят: "Нам не вытянуть, нам не прокормить". Ребенок оказывается в детдоме. Вне семьи и вне родни.

Людей озлобила сегодняшняя жизнь. Безработица, безденежье и безысходность ломают их. Спиваются и вырождаются целые поселки: ни работы, ни зарплаты, ни будущего. Злобу и отчаяние родители вымещают на детях. Про многих воспитанников сотрудники Центра говорят: "Умный ребенок. Видно, что когда-то им занимались, но, вероятно, что-то произошло в его семье".

Мы знаем, что произошло, ведь семья не отделима от общества. И пока в этом обществе что-либо не изменится, наше повествование будет бесконечным.

(Имена детей изменены.)