Когда у поступившего гепатитного пациента был выявлен положительный анализ на ВИЧ-инфекцию, в районной больнице случился небольшой переполох, но, после того как с подобным результатом оказались еще несколько человек, туда срочно выехали специалисты республиканского центра "Анти-СПИД". В итоге обнаружено шесть молодых людей с инфекцией ВИЧ-СПИД. Для маленького северного района с численностью населения несколько тысяч человек — это приличная цифра. Хотя, как говорит руководитель центра Александр Гаврилов, он не стал бы драматизировать ситуацию.

Дальше — просто некуда

Период условного здоровья, когда человек не ощущает себя больным, длится годами. Сейчас экспертами установлена средняя продолжительность этого периода — 17 лет. Все эти годы невыявленный больной заражает массу людей вокруг себя.

— Во всем мире, для того чтобы определить реальную картину, количество зараженных людей умножается на 10, — говорит Александр Александрович. — В нашей стране, я уверен, надо умножать на 100. Потому что этот коэффициент зависит и от того, эффективно ли здравоохранение, в каком состоянии общество. Приведу один пример. Когда мы выявили первую в республике женщину, больную ВИЧ-СПИДом, на следующий же день в Петрозаводск приехали сдать кровь ее бывшие партнеры. Больная им об этом ничего не успела сказать. Мы тоже об этих людях ничего не знали и их к себе не приглашали. Кто-то разгласил врачебную тайну. Потому у нас и не идут больные советоваться с врачом. Человек, доверившись, может лишиться всего. Поэтому он скрывает до самого края, дальше которого — просто некуда.

ВИЧ — это первый случай, когда человечество встретилось с медленной инфекцией. И хотя очень много информации об этом заболевании, нет понимания в обществе, куда это все приведет. Проблема распространения ВИЧ — отнюдь не только медицинская. Это социальная беда, она связана с разрушительным поведением людей. Если говорить о наших северных поселках, то они готовы были к подобному разрушительному поведению. Здесь тоже появилось много лишних людей. В свое время парни были востребованы, служили в армии. И там впервые попробовали наркотики. Некоторые, вернувшись домой, обнаружили, что никому не нужны. Им сложно устроиться на работу, реабилитироваться. И здесь снова на пути встретились наркоторговцы.

А ситуация на севере республики отягощена тем, что крупный очаг ВИЧ-СПИДа сложился совсем рядом — в Кандалакшском районе Мурманской области. На сегодняшний день там около 200 случаев болезни, и заражение идет через употребление наркотиков. Похожая ситуация и в Приладожье, и в Костомукше. В Карелии на сегодняшний день зарегистрирован 101 больной ВИЧ-СПИДом — официально. Некоторые же инфицированные молодые люди хвастались, что имеют по восемь партнеров, и отнюдь не только наркоманов.

Когда "замутить" — главное в жизни

У зависимых героиновых наркоманов есть единственная цель в жизни — найти, чем уколоться. Иногда для этого нужно до двух тысяч рублей в день. Одному осилить такую сумму сложно. Поэтому несколько человек группируются, чтобы объединить ресурсы. "Замутить" — это значит на сленге больных наркоманией найти еще одного, у которого что-то есть. И это ведь не так просто. Наркотиков в республике действительно много, но любому не продадут. Здесь необходимы соответствующие отношения.

Первым по иерархии вводит наркотик самый опытный. Он проверяет, как развел. Говорит: все нормально. Тогда уже употребляют остальные. Момент проверки и опасен. Когда игла проникает в вену, для того чтобы понять, там она или нет, поршенек с раствором отводится немного назад, чтобы в шприце появилась кровь. Наркоман видит, что попал, и делает себе укол. Этот шприц потом переходит и к другому, с оставшейся, возможно, зараженной кровью.

— У нас есть сведения, что в Кандалакше могли заразить весь приготовленный для продажи раствор, — говорит Александр Гаврилов. — Разводили сразу десятки доз, проверяли их на себе. Оптовик должен быть уверен в качестве, сохранять собственный имидж. А потом из общего раствора, в который попала частичка крови больного человека, заряжали шприцы на продажу. Вот такая технология. И мне думается, выхода другого нет, как учить людей безопасному приему наркотиков, чтобы они не заражали других. У нас нет соответствующих учреждений здравоохранения, мы не можем помочь в лечении наркоманов, давайте же хотя бы научим их безопасному поведению.

Но представьте реакцию, например, глав самоуправления районов, если я предложу им подобный вариант. Как ни парадоксально звучит, но власти предержащие не видят большой проблемы в ВИЧ-СПИДе. Инфляция — да, поиски мазута — непременно, а эта, увы, вызывает только ухмылку. Весь мир обеспокоен данной ситуацией, это качественно новое явление. А мы говорим: да нам наплевать на все, отрицаем проблему своим невниманием.

Выход один — одиночество

— Вы считаете, что ВИЧ-инфекция — болезнь молодых? — спрашиваю Александра Гаврилова.

— Скорее всего, да. Это авангардная молодежь. Нынешнее телевизионное поколение. У наркоманов есть культовые фильмы, они собираются, колются, смотрят картину, рассуждают, философствуют. У меня такое впечатление, что это некий протест, уход от нынешних реалий. Конфликты между поколениями были всегда. Не всегда конфликт разрушителен, он и прогресс вызывает. При единственном условии, когда есть диалог между поколениями. Диалог — самое главное. Когда он потерян и люди говорят на разных языках, не понимая друг друга, хорошего результата не получится.

— И больных ВИЧ-СПИДом ждет только смерть?

— Есть уникальные факты, когда мы сохраняем здоровье человека за счет поддерживающего лечения. Сохраняется работоспособность больных людей. Но наши возможности слабые. В мире уже изобретены прекрасные препараты, которые прошли испытания и которые могут держать концентрацию вируса в крови на минимуме. Вся Европа назначает эти лекарства с первого дня выявления ВИЧ. Мы же следим за состоянием иммунитета, и только когда он падает, имеем право назначить препараты. В принципе, человек может сам их приобрести, но это стоит более тысячи долларов в месяц.

Вся помощь больным строится в амбулаторном режиме, специализированные отделения не создаются. Мы через лаборатории в районах и ответственных врачей организуем постоянный медицинский контроль, кроме того что проводим психотерапевтические, реабилитационные мероприятия. И наступает момент, когда нужно назначать противовирусные препараты. У нас был пока один такой больной, а если это возникнет в Карелии в массовом порядке, люди могут остаться без помощи.

— Какая была реакция у молодых людей, у которых обнаружили инфекцию?

— Безусловно, они очень сильно переживают, ведь в большинстве случаев для них выход один — одиночество.

— Но, может быть, это станет толчком для того, чтобы расстаться раз и навсегда с наркотиками?

— Конечно, для больного героиновой наркоманией сообщение о диагнозе ВИЧ-СПИДа — это сверхстресс. Но не такой, который бы заставил его отказаться от наркотиков. У меня пока таких примеров нет.