Евгений Ясин: "Есть основа для оптимизма"

Новый год, новый век, новое тысячелетие - время прогнозов. Люди не очень серьезные либо очень доверчивые ищут в газетах откровения астрологов. Картина получается страшноватая: совпадут Белая и Черная Луны, проявит себя во всей мрачной красе недружественный России Год Змеи, и уже в апреле грянет кризис.

Однако обратимся лучше к профессионалам. В опубликованном недавно докладе известного экономиста - научного руководителя Государственного университета - Высшей школы экономики Евгения ЯСИНА читаем иное: "До горизонта на два года - тихая вода".

- Евгений Григорьевич, устояло ли это мнение в свете событий последних дней - падения цен на нефть, сотрясений на Московской межбанковской валютной бирже?

- Я не изменил свою точку зрения. Случившееся в канун Нового года носит конъюнктурный характер. Вот вы говорите о ценах на нефть, а они уже начинают подниматься. Ну, правда, подешевел рубль. Но так будет все время. Экономика не гарантирует спокойную жизнь, она то и дело преподносит какие-нибудь сюрпризы. И ничего страшного в этом нет.

- А угроза "технического дефолта" в связи с несговорчивостью наших кредиторов из Парижского клуба? Все же три с лишним миллиарда долларов надо найти помимо бюджета...

- Тут разговор особый. Конечно, часть долга придется заплатить - никуда не денемся. Но возможность такая есть. По моим данным, у нас выправляется положение с вывозом капитала. Похоже, российские компании все больше и больше хотят вкладывать внутри страны. Отношения собственности в основном определились, управленческие кадры устоялись, исключая корпорации с большой долей государственного капитала. Инвестиции в уходящем году возросли на 20%. Увеличивается производство - больше сумма собираемых налогов. Вот основа моего оптимизма.

Что же касается переговоров о реструктуризации долга - сами подставляемся. Вот господин Илларионов утверждает: не надо, мы можем платить. Да, в будущем году, видимо, смогли бы, и, конечно, важен прецедент - начать возвращать советский долг. Но в делах такого рода чем позже начинаешь диалог с кредиторами, тем больше теряешь. Считаю, немедленно надо предпринимать максимальные усилия в этом направлении, несмотря на все возражения наших оппонентов. Выдвигать все новые аргументы, подкрепляющие необходимость пересмотра условий уплаты. Работа нервная, тяжелая, но от нее не уйдешь. Премьер Касьянов правильно делает, выдвигая предложения о совместных инвестициях в счет задолженности, к этому придется возвращаться снова и снова. Потому что за пределами двух лет, о которых я говорил, отнюдь не "тихая вода". Пиковые нагрузки по платежам ожидаются уже в 2003 году. Ну да ведь нам и давали понять: станет тяжело - приходите, обсудим. Будут переговоры, будет в конце концов и реструктуризация.

- А есть ли у вас уверенность, что, в случае если нынешние планы почему-либо не сработают, президент Путин не сделает выбор в пользу иного курса? Некоторые пугают даже мобилизационной экономикой.

- Ну, к мобилизационной экономике, к экономике советского типа вернуться уже нельзя. А поворот в сторону более сильного государственного регулирования - это возможно. Поясню: для роста нам нужен финансовый рынок. Если он не заработает, рано или поздно придется вмешиваться государству, чтобы инвестировать средства туда, где без этого не обойтись. Здесь снова всплывает проблема реструктуризации банковского сектора. Без этого серьезного источника частных капиталов не будет.

Могут появиться и политические причины: в случае каких-то заторов снова начнут обвинять либералов, предлагать кандидатуры "правильных" людей на их место... Но, по-моему, такое маловероятно. У меня есть ощущение, что Владимир Владимирович получил некий заряд еще в пору работы в Санкт-Петербурге и убежден в правильности либерального курса экономики не в меньшей степени, чем в необходимости александровского гимна для новой России.

- Что, на ваш взгляд, реформаторам следует отстаивать в первую очередь и несмотря ни на какое давление?

- Самое главное, на чем они должны настаивать, - выравнивание условий конкуренции и дерегулирование экономики. То есть следует упорно добиваться создания обстановки для эффективной работы малого и среднего бизнеса, которому сейчас труднее всего. Выравнивание условий означает снятие субсидирования, в том числе и перекрестного, предприятий, компаний, которым сейчас стараниями и центральной, и местных властей оказывается предпочтение. Каждый, кто выходит на рынок, должен иметь равные возможности. И как можно меньше препятствий для проявления и развития предпринимательской инициативы. Хотя понятно, что некоторые ограничения не исключаются. Это ключевой вопрос, от его решения зависит, будем мы двигаться к свободной экономике, к открытому обществу либо замерзнем на какой-то стадии.

Ну а если брать шире, я бы сказал, мы вступаем в период, когда после экономических реформ настает время реформ правовых. И здесь главное - преобразование судебной системы. Уже сделанное в сфере экономики и государственного строительства должно быть подкреплено тем, что американцы и англичане называют еnforcement - принуждение к соблюдению закона. Пока мы живем в стране, где отношение к правовой сфере нигилистическое: можно поговорить о законности, а потом сделать "по понятиям". С этим надо кончать, иначе просто нормальной жизни не будет.