Партнеры:
|
|
|
|
Счетчики:
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Бизнес по-чёрномуЮАР становится территорией наших интересов.
Добывать марганец в ЮАР планирует дочерняя компания "Реновы". Не в пример "Норникелю" подчиненные Виктора Вексельберга ведут себя гораздо более основательно, изучают страну, ищут оптимальные пути для вложения капитала. В этой связи необходимо понять, что представляет собой крупнейшая по размеру экономики страна Африки через 11 лет после обретения свободы от апартеида и каковы возможности России в регионе. ВООРУЖЁННЫЙ ОТВЕТ На окраинах Претории, в "белых" кварталах, чисто и светло, много цветов. Из-под цветов выглядывает колючая проволока, находящаяся, по словам местных, под напряжением. Самое распространенное объявление на частных домах и офисах "Armed Response" ("Вооруженный ответ") сопровождается, как правило, лаконичной рекламой какой-нибудь охранной компании. Эти охранные компании дали работу многим белым, уволившимся из армии и полиции после 1994 года. С другой работой для белых в стране есть проблемы, как и с уровнем преступности в стране. Бандитизм как таковой не имеет расовой основы: как везде и во все времена, бедные грабят богатых. Но богатые (пока) - в основном белые, а бедные (пока) -черные. Поэтому черные часто грабят и убивают белых, что также создает основания для разжигания розни. На улицах Претории черные и белые до сих пор не смотрят друг другу в глаза. Впрочем, рассказы о том, что одинокий белый ночью в черном квартале это в лучшем случае ограбление, а скорее всего, труп, оказались некоторым преувеличением. По крайней мере, мне повезло. Основу белого населения ЮАР составляют буры - потомки переселенцев из Голландии. Бур лет сорока за игрой в бильярд говорит короткими фразами, подбирая английские слова: "Кто хотел уехать, уехали. Многие вернулись. Там нас никто не ждет. Это ведь наша страна". Для того чтобы понять, как и кем чувствуют себя буры в этой стране, нужен экскурс в историю. Бур - значит крестьянин, фермер: четыреста лет назад предки этих людей появились на юге Африки не для того, чтобы торговать или порабощать. В первую очередь они возделывали землю и пасли скот. Они не были ничьей колонией, они воевали за независимость с Британией. И в конечном счете победили (хотя Южно-Африканский Союз и был британским протекторатом до 1961 г.). Более того, большинство черных племен, которые составляют теперь основу населения страны, пришли на эту землю в то же время, что и буры, или даже позже буров. Только голландские колонисты двигались с западного побережья на восток, а волны чернокожих скотоводов - от восточного побережья на запад. Поэтому и черные, и белые имеют к этой земле одинаковое отношение, и многое зависит от того, кем было основано то или иное поселение. У АФРИКАНЦЕВ - СВОЯ ГОРДОСТЬ Большинство тех, с кем довелось общаться, верят в то, что Южно-Африканская Республика будет сильной и единой. Несмотря на все противоречия, ЮАР- одна из немногих стран в мире, где есть национальная идея, и есть она потому, что без нее существование страны вряд ли возможно. Большая часть этой идеи лежит в сфере внешней политики и выражается словами "to be (to become) African superpower"- "быть (стать) африканской сверхдержавой". Из этого лозунга следует еще один, даже более популярный - "proudly South African" (примерно: "гордимся быть южноафриканцами"). И что бы ни говорила по этому поводу официальная пропаганда, основным поводом для гордости является континентальное лидерство страны. И это не просто лидерство по объему ВВП или душевому доходу. Это определенное осознание ответственности ЮАР за происходящее на всем огромном пространстве к югу от Сахары. Когда в стране царил апартеид и черные были лишены гражданских прав, белая община была изолирована внутри страны, а страна - внутри континента. Нынешних возможностей для экспансии не было. Теперь, когда белые добровольно уступили власть большинству, исчезли и барьеры, отделявшие ЮАР от остального континента. За время изоляции в стране сформировалась диверсифицированная экономика с собственной технологической и ресурсной базой. Эта экономика готова к региональной экспансии. Политическая и экономическая доктрина континентального лидерства оборачивается национальной идеей и уже в этом качестве обретает функциональную завершенность. Можно сказать и иначе: внутреннее напряжение, которое существует внутри ЮАР, начинает трансформироваться в энергию внешней экспансии. Возможность превратить Африку в зону своего политического и экономического доминирования примиряет черных и белых, заставляет их сотрудничать. Положение ЮАР в этом смысле напоминает Россию: и та, и другая страна может быть единой, только распространяя свое влияние на соседей и сателлитов. Единственная альтернатива - не быть вовсе. Амбиции южноафриканских элит не ограничиваются Африкой, это совершенно очевидно. Если некоторые белые по инерции еще чувствуют себя анклавом Севера на Юге, то для черных миссия ЮАР заключается в том, чтобы быть лидерами Юга. И многие белые, особенно те, кто связан с управлением крупнейшими корпорациями страны, начинают разделять эту идеологию. Конечно, лаврами лидерства на Юге придется делиться с другими странами -- Индией, Китаем, Бразилией. Но у ЮАР есть то, чего нет у них, - технологическое преимущество в ряде отраслей, огромные запасы ресурсов, прежде всего металлов, и нарастающее доминирование в регионе с населением, которое уже через 12-15 лет превысит 1 млрд. человек. В этом "клубе Юга" южноафриканцы ждут и Россию. РУССКИЕ ПРИДУТ? Во время холодной войны США и Европа относились к Претории нейтрально. Осуждали, но не вмешивались и, более того, в различных формах с ЮАР сотрудничали. Советский Союз вел гораздо более прямую и понятную политику: Москва поддерживала освободительное движение черных. В нашей стране учились многие из победителей 1994 года, в том числе и нынешний президент Табо Мбеки. Однако Михаил Горбачев в последний момент пошел на установление дружественных отношений с уходящим правительством белых, чем поверг в удивление даже их самих. Черные южноафриканцы, искренне любившие Россию, были удивлены еще больше. Нам же выстраивать эти отношения пришлось практически заново уже при Путине. Пока удалось немногое. Отечественным инвесторам порой не хватает тонкого понимания того, что здесь происходит. Например того, что южноафриканцы придают политике и идеологии огромное значение в силу причин, о которых мы говорили выше. Недавно руководители ЮАР, Индии и Бразилии создали политический клуб, который назвали IBSA, по первым буквам из названий стран. Неизвестно, с какой стороны к этой аббревиатуре предполагалось присоединить R, но приглашение присоединиться к клубу Россия так или иначе получила. Ответом был вежливый отказ с обещанием подумать. Один из южноафриканских экспертов-политологов говорил мне в Претории: "Мы, кажется, понимаем, почему Россия не хочет вступать в IBSA. Это наверняка просьба Вашингтона, который видит в существенном усилении этой организации угрозу сложившемуся миропорядку. Россия слишком дорожит своим местом в G8, но зачем оно вам?". Политологу можно, конечно, возразить, но бесспорно то, что наши позиции в отношениях с ЮАР зависят от того, кем и как сама Россия хочет видеть себя в мире. А целей этих пока нет, но думать о них уже необходимо. post@ruscourier.ru
| ||
|
Если вы заметили орфографическую, стилистическую или другую ошибку на этой странице, просто выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter.
|
В рамках межправительственных комиссий Трутнев уже несколько лет работает с ЮАР, Намибией и Анголой, занимаясь продвижением интересов российских компаний Отношения с ЮАР последнее время занимают в российской внешнеэкономической политике особое место. Крупные, хотя и бессмысленные инвестиции "Норильского никеля" в размере 1,16 млрд. долл. были вскоре дополнены более реалистичными и продуманными проектами сотрудничества. Например, дочернюю вертолетную компанию в ЮАР открыла российская UTAir. На ее базе, возможно, будет создан центр гуманитарных перевозок и сервисной поддержки для всего юга Африки.