Кулинар от рок-н ролла
Старые песни напоминают человеку самого себя, молодого и счастливого |
30 лет назад Андрей Макаревич дал свой первый автограф. Андрей Макаревич не может сидеть без дела. 19 января в Нью-Йорке открылась выставка его картин, а сегодня он начал репетиции концерта, который в апреле состоится в Государственном Кремлевском дворце. На одной сцене выступят группы "Машина времени" и "Воскресенье", представив программу "Музыка ручной работы". Во время одной из репетиций с Андреем Макаревичем встретился наш корреспондент. - Вы появились в эпоху "советской контркультуры". Вам не кажется, что запреты, замалчивание вашего имени сработали на вашу же раскрутку? И, появись вы позже, такой славы не случилось бы? - Мне так не кажется. Рухни советская власть хоть на тридцать лет раньше, мы все равно бы существовали. И тогда, и сейчас мы ориентируемся исключительно на себя, на свое мироощущение. Иными словами, себе хотим понравиться. - На всех ваших концертах ближе к финалу обязательно раздаются крики: "Давай старую "Машину"!" Им, что, новая не очень нравится? - Хотите сказать, что раньше я писал плохую музыку, а теперь - еще более плохую? Стараться делать что-то, похожее на старое, бессмысленно. Все равно не получится. Мы уже совершенно другие, воздух вокруг другой, другие люди. Мир изменился! Поэтому меня и удивляют такие возгласы. Думаю, что часть наших давних слушателей так ностальгируют по своей молодости. - Если так активно просят старое, может быть, у вас молодых слушателей маловато? - Пока слушателей на концертах много, нет необходимости вникать в изучение их возрастного состава. Приходят люди от 15 до 50 и старше. Смотрю в зал и по нарядам понимаю: сегодня билеты стоили дорого. Если вижу студентов, значит, не очень. Кстати, не мы занимаемся ценовой политикой. И люди к нам приходят разные... - Ваша жизнь - неплохая иллюстрация к тезису о путях Господних, которые неисповедимы. На самом-то деле вы архитектор, даже работали в проектном институте "Гипротеатр"... - Было дело, служил, как мог, участвовал в проектировании театров и зрелищных учреждений. Меня окружали очень хорошие люди, авангардные художники, затурканные советской властью. Я очень им благодарен за то, что не возражали, когда мне надо было пораньше убежать с работы или на день уехать в Питер. Но, между прочим, в Новгороде стоит драмтеатр, к созданию которого я приложил руку. В той работе меня всегда привлекала изобразительная часть. Однако от сугубо технической я впадал в ступор: очень плохо переношу цифры, расчеты, сопромат и прочее. У меня же отец - хороший архитектор, график по призванию. Детские впечатления многое определяют в жизни. Я считаю себя художником, который еще и занимается музыкой. И если в ранние годы я не выставлялся, то просто потому, что не до того было. - Ваш отец был архитектором, мама - медицинским работником, а как вы стали музыкантом? - Не зная нот, отец великолепно играл на фортепиано, по слуху разучил Второй концерт Рахманинова! Меня отдали в музыкальную школу, но все два с половиной года учения меня не покидало желание бросить музыку. Придумывал себе болезни, отлынивал, как мог. Родители, наконец, махнули рукой, и музыкальное образование по классу фортепиано закончилось. И вот однажды кто-то из ребят во дворе дал мне гитару. Целую неделю я орал песни Высоцкого и убедил-таки родителей - они мне гитару подарили. Тогда все и началось... В 1968 году я собрал из одноклассников и одноклассниц вокально-гитарный квартет The Kids, с переменным успехом игравший англоязычные номера на вечерах школьной самодеятельности. Мама никогда не верила в перспективность моих музыкальных увлечений, говорила: "Закончи институт, устройся на работу, а в свободное время играй, сколько хочешь". А отец возражал: "Пусть делает, как хочет". Уже в 1976-м "Машина времени" заняла первое место на таллинском фестивале "Песни молодежи-76". Тогда-то я и подписал свой первый автограф. - Так вы пришли в рок-н-ролл, запели, а потом вдруг решили попробовать себя в новой ипостаси - стали вести кулинарное шоу "Смак". Помню, когда программа начиналась, вы даже изменили внешность, ликвидировали рок-н-ролльную шевелюру. - Если хотите знать, программа "Смак" - самый рок-н-ролльный поступок в моей жизни. Я никогда не зависел ни от какого образа, ни от какого имиджа. Напротив, мне смешно видеть некоторых коллег, которые заковали себя в образ лет двадцать назад и все не могут из него выйти. Я осуждений не страшусь и абсолютно свободен в поступках. Не нравится - не смотрите. - Но ведь и увлечение кулинарией должно иметь какой-то первоначальный посыл. - По молодости у меня часто собирались друзья, иные подолгу жили. Поэтому от необходимости закусывать после репетиций приходилось много фантазировать на кухне. И даже сейчас я чаще делаю праздники чревоугодия исключительно для друзей, а сам ограничиваюсь чем-нибудь простым вроде яичницы или бутерброда. Хотя, как истинный гурман, люблю японскую, китайскую и грузинскую кухню. - Вы далеки от политики, но тем не менее были членом президентского Совета по культуре? - Политику всегда терпеть не мог и старался держаться от нее подальше. А в президентский Совет по культуре я и сходил-то всего пару раз, а потом понял, что организация эта формальная, никаких прав и полномочий не имеющая. И перестал. - А как складываются отношения с коллегами по цеху? - У меня, по-моему, со всеми хорошие отношения. Хотя были, конечно, нюансы. В 80-е годы, когда у нас появилась возможность играть на сцене, это вызвало определенную ревность у тех, кто оставался еще в подполье. Некоторые завопили: "Машина времени" продалась!" Что имелось в виду - непонятно. - В прошлом году у вас было много значительных событий. А к чему готовитесь в нынешнем? - Весной с "Оркестром креольского танго" собираемся поехать на гастроли по США. А "Машину времени" зовут в Германию. Будет много концертов и в России, конечно. Это что касается творчества. А в остальном... Совсем скоро отправлюсь с телепроектом "Подводный мир" на съемки в Папуа-Новую Гвинею. Соскучился по океану. - Откуда, кстати, у вас еще и эта страсть? - Когда мне было лет семь, увидел фильм Кусто и заболел подводным миром. Умолил родителей подарить ласты и маску. И уже при первом погружении захотел поохотиться! Не удивляйтесь, это нормальный инстинкт мужчины, охотничий инстинкт передался нам от пращуров. С тех пор под водой я видел уже все: китов и акул, необыкновенных рыб и даже затонувшие корабли. Но период, когда хочешь просто плавать и восхищаться, прошел. Надо заняться чем-то прикладным, например подводной археологией или фотографией. - А что это за уникальная бригантина, которую вы нашли, путешествуя по Днепру? - Я создал фонд "Запорожская бригантина", чтобы поднять со дна Днепра боевую бригантину петровских времен. Все началось весной 1999 года, когда Днепрогэс осуществил массированный сброс воды в старое русло Днепра. И вот в одном из подводных котлованов сотрудники Института подводных исследований обнаружили деревянный корпус старинного парусника первой половины XVIII века. Судно это оказалось не чем иным, как одной из двадцати русских бригантин Днепровской гребной флотилии. Оно участвовало в военных действиях против турок, даже "ходило на Очаков"! В 2003 году с моим "Подводным миром" я делал о нем фильм. А прошлой осенью мы его подняли. Сейчас завершается реставрация. После чего этот раритет передадим Историческому музею на острове Хортица. - Вы сказали, что собираетесь с гастролями в Америку. Ходят слухи, что там у вас произошел какой-то неприятный инцидент и поэтому вы долгое время обходили стороной Штаты... - Был конфликт с устроителями по причине их крайнего непрофессионализма, помнится, в Лос-Анджелесе. Но теперь мы едем по приглашению других людей.
Автор: Николай Болгаров
В начало сайта
|