"Заповедник"

— так охарактеризовал "Эксперт" нашу республику. Во-первых, потому что лес. Во-вторых, лесную отрасль и крупные ЦБК контролируют у нас региональный бизнес и региональная власть, а не трансрегиональные корпорации, как у соседей. "Ключевую особенность политико-экономической системы Карелии, — пишет "Эксперт", — которую политолог Олег Реут вслед за Ириной Хакамадой определил как "экономический феодализм", можно описать следующим образом: к наиболее влиятельным группам интересов здесь принадлежат прежде всего средний и крупный местный бизнес, а не федеральные холдинги, которые особого интереса к Карелии не проявляют".

Губернатор

"О том, какую роль играет в жизни Карелии ее глава Сергей Катанандов, — пишет журнал, — пока не сложилось единого мнения. С одной стороны, его называют политиком-феодалом, который "выполол" все ростки оппозиции, добившись по сути авторитарного правления, держит под строгим контролем местную деловую элиту, надолго закрыл территорию для внешних игроков и тем самым серьезно затормозил экономическое развитие региона. С другой стороны, эксперты отмечают, что жесткость Катанандова пошла Карелии на пользу — губернатор сумел не допустить серьезных экономических войн на почве передела ресурсов".

Лесные генералы

Они, прозрачно намекает столичный журнал, вынуждены ходить под губернатором, так как от его кабинета зависит распределение лесных ресурсов. "Неудивительно, — делает вывод "Эксперт", — что правительство Карелии выступает против заложенного в проекте нового Лесного кодекса аукционного механизма распределения участков. В случае принятия этого проекта республиканские власти потеряют инструмент контроля за распределением леса".

"Еще одним инструментом, — пишет "Эксперт", — с помощью которого республиканские власти могут регулировать лесную отрасль, являются принадлежащие им пакеты акций компаний ЛПК. В частности, в собственности регионального правительства находится контрольный пакет акций "Кареллеспрома". Один из флагманов региональной экономики — целлюлозно-бумажный комбинат "Кондопога" во главе с Виталием Федермессером, тоже связан с правительством узами собственности: республике принадлежит 10% его акций. Как говорят в Карелии, "десять процентов — это тот язык, на котором власть общается с Федермессером". Действительно, глава "Кондопоги" опасается, что его ЦБК может стать объектом враждебного поглощения со стороны финансово более мощных структур".

Но даже если правительство не имеет акций предприятия ЛПК, его директор все равно, пишет "Эксперт", "в той или иной степени зависит от кабинета главы республики Сергея Катанандова и предпочитает его поддерживать". Как пример упоминаются фамилии Юрия Спиридонова ("Запкареллес") и Василия Преминина (Сегежский ЦБК). "Нынешний менеджмент компании, — пишет "Эксперт" о "Сегеже", — многим обязан руководству республики — при помощи Катанандова ему удалось получить контроль над предприятием после того, как его покинули предыдущие владельцы — шведский концерн AssiDomain".

Карельские бизнесмены

Их, пишет журнал, "часто трудно отделить от политиков: Карелия остается одним из регионов, в которых сохраняется режим административного предпринимательства".

Из наиболее влиятельных предпринимателей "Эксперт" выделил Леонида Белугу, Девлета Алиханова, Николая Макарова. "Заметной фигурой, — пишет столичный журнал, — является также Василий Попов, владелец Олонецкого молочного завода и предприятий общественного питания в Петрозаводске... Он является активным деятелем карельского "Яблока", депутатом Законодательного собрания республики и считается открытым оппонентом главы Карелии". Упомянуты также мэр Петрозаводска Виктор Масляков, который "раньше был генеральным директором компании "Славмо", над которой он и сейчас сохраняет контроль", и министр сельского хозяйства, он же лидер "Единой России" Владимир Собинский — "совладелец нескольких хлебозаводов".

Карельская политика

Она схематично представлена на "Карте политического влияния в Карелии". Связи между влиятельными фигурами и политическими структурами отмечены сплошной линией ("прямое подчинение, тесная связь"), пунктирной ("неформальная связь") или красной — "актуальное или потенциальное противостояние".

В то время как на политкартах Мурманской и Ленинградской областей масса черно-красных взаимосвязей, на карельской карте и линий мало, и цвета они одного (красная только "Катанандов — Попов"). То ли недоработали московские эксперты, то ли в самом деле все так увидели.

Ключевым политическим конфликтом в Карелии, по мнению "Эксперта", являются отношения между главой республики и ведущим мэром.

"Масляков, — пишет "Эксперт", — с полным основанием может быть назван креатурой Катанандова, однако в последнее время между ним и главой республики появились довольно отчетливо выраженные противоречия. Одной из причин является стремление Маслякова утвердить себя как политика республиканского значения. В Петрозаводске рассказывают о социологическом опросе, который Масляков заказал, чтобы проверить свою популярность в районах республики; о рекламном интервью с ним, опубликованном в журнале "Босс" и явно не рассчитанном на петрозаводскую аудиторию; о стремлении утвердить себя как возможную альтернативу Катанандову в глазах федеральных властей".

Экономика

"Республика Карелия — край пессимистов, — пишет журнал. — При проведении данного исследования корреспонденты общались примерно с 20 местными экспертами, более половины из них отметили, что в экономике региона наблюдается регресс".

Цитируются характерные высказывания.

Александр Чаженгин: "Ресурсы, которыми обладает республика, вырабатываются. Не происходит технологических прорывов. Все чахнет. Здесь становится крайне неинтересно жить и работать".

Вячеслав Смородин (ОАО "Карелнеруд"): "При нынешнем правительстве региона, привыкшем давить на бизнес, ничего нового в карельской экономике не произойдет — она будет примерно такой же, какой является в данный момент. И если вам говорят, что ориентация и методы работы местной власти изменились — не верьте".

Александр Грищенков (министр экономического развития Карелии): "Никто сейчас не удовлетворен результатами хозяйственной деятельности в республике. Если в конце 1990-х годов темпы роста экономики региона были еще более или менее приличными, то потом они снизились. В минувшем году увеличение объемов производства оказалось в пределах одного процента — конечно, это не радует".

"Действительно, — пишет далее журнал, — сегодня карельская экономика далека от благополучия. Эксперты правы и в том, что существует ресурсная проблема и что степень вмешательства местной административной элиты в дела компаний зачастую чрезмерна. Вряд ли в ближайшие годы в республике стоит ждать экономического прорыва".

Прогноз

По мнению авторов исследования, повлиять на расстановку сил в республике можно только извне. А именно "более активная деятельность в республике федеральных компаний и распространение неподконтрольного региональным властям бизнеса". "Агентом изменений политического режима республики, — пишет далее "Эксперт", — может стать и федеральная власть. Сейчас ничто не позволяет делать выводы о возможном неприятии Катанандова в Кремле. Однако если это произойдет (Катанандову, например, могут припомнить активное участие в лужковском "Отечестве" в 1999 году и явные федеральные амбиции), то электоральные перспективы нынешнего главы республики к выборам 2006 года могут оказаться под сомнением. Едва ли оппозицию Катанандову способны составить местные бизнесмены, объединившиеся в какую-либо коалицию. Зависимость регионального бизнеса от властей слишком велика, а интересы различных его представителей слишком разнятся для выработки общей позиции".