Сколько весят карельские балерины?

После скандала с балериной Волочковой, когда ее упрекали в излишнем для сцены весе, меня мучает вопрос — есть ли какие-то нормативы на вес танцовщиц балета? В том числе и в нашем музыкальном театре. А заодно расскажите, существуют ли границы возраста.

Начнем с менее интимного, то есть с возраста. Чаще всего артисты балета могут по праву называться пенсионерами уже в 38-39 лет. То есть, как правило, балетное училище они заканчивают в 18-19 лет, затем 20 лет стажа — и они могут смело ездить в троллейбусах за полцены. Впрочем, отказываться от сцены они не всегда спешат: например, стаж заместителя балетмейстера Музыкального театра Ирины Тольской исчисляется 32 годами. Длительность сценической жизни артиста зависит от внешних данных и состояния здоровья. От последнего особенно: стирание суставов, артрозы, артриты, болезни позвоночника — постоянные спутники этой красивой профессии. Причем понятно, что мужчинам тяжелее вдвойне в буквальном смысле: ибо, помимо подпрыгиваний и подбрасываний самого себя, это же самое приходится делать и с партнершей. "Я рекомендую солисткам весить 47-48 килограммов, тогда у партнера будет шанс дожить до пенсии, — говорит Ирина Александровна, — а вообще, на сцене нет предела худобе". Однако эта рекомендация официально в нашем театре не зафиксирована, хотя в других подобные нормы существуют: предельно допустимый вес солисток балета (кордебалет никто не взвешивает) не должен превышать 48-52 килограммов. Все мои попытки узнать вес самой худенькой и самой пышненькой артистки нашего балета вызывали у Ирины Александровны неприятие: мол, без взаимосвязи с ростом и особенностями конституции (например, тяжелые кости) цифры могут быть неправильно истолкованы читателями. Единственное, что удалось узнать, что с весом в 55 килограммов у нас балерина есть. "А весом в 60?" — осторожненько поинтересовалась я. "Это уже другая профессия, — сурово отбрила меня Ирина Александровна, — это для танца живота...".

Удивительно, но иногда депрессия развивается прямо за пару минут разговора. Сегодня у меня день отказа от ужина.

Кто платит священникам пенсию?

Официально у нас церковь отделена от государства. Обладают ли в таком случае служащие церкви обычными государственными социальными правами и льготами, принятыми для светских граждан, как то полис на медицинское обслуживание, номер ИНН, пенсионное страховое свидетельство и т.д.?

Отделение церкви от государства я себе представляла, грубо говоря, таким образом: мы вам ничего не даем, но и ничего не просим, вы сами по себе — мы сами по себе. На самом же деле невмешательство государства в дела церкви невмешательством назвать трудно как минимум в экономическом ключе. Во-первых, если церковные здания и сооружения не являются памятником культуры, они, как и любые светские предприятия, платят налог на землю. Во-вторых, сотрудники церкви, как и все простые смертные, платят подоходный налог. "То есть государство очень даже в курсе тех доходов, которые имеют служители?" — удивилась я в разговоре с пресс-секретарем карельской епархии Ольгой Сидловской. На что Ольга Ивановна, страхуясь, отправила меня к бухгалтеру епархии, и та информацию подтвердила. Не попадают в поле налогообложения лишь пожертвования, а также суммы, получаемые за проведение обрядов и церемоний. "Но не надо думать, что нам до жиру", — прокомментировала пресс-секретарь и пояснила, что у церкви много расходов, в том числе и традиционных: за тепло, воду и отнюдь не божий свет.

Соответственно, поскольку церковь является практически полноправным участником социально-экономического механизма в государстве, ее работники наделены всеми соответствующими правами: и на государственное пенсионное обеспечение, и на медицинское обслуживание. А вот, кстати, с ИНН (индивидуальный налоговый номер, кто не в курсе) отношения почему-то сложные. Поскольку дело это добровольное, то служители церкви присвоение себе такого номера не жалуют. "Я, например, отказалась, — сообщила Ольга Ивановна, — что это такое, когда вместо имени мне навязывают номер?". Вероятно, в нем встречаются шестерки. А если три подряд? Бог не простит.

В мандаринах одинаковое количество долек?

Доедая последний мандарин из новогодних запасов, младшая дочка решила сосчитать количество долек. А муж вдруг заинтересовался — оно всегда одинаковое? Проверять опытным путем опасно для здоровья: цитрусовых за каникулы наелись на год вперед.

Зато своим здоровьем решили пожертвовать сотрудники редакции. А одна коллега и вовсе совершила подвиг: приобрела аж два килограмма и пересчитала дольки в каждом мандарине. Результат научно-пищевого эксперимента таков: число долек неодинаково, но варьируется несильно: от 9 до 11. "Нечетных" мандаринов больше, чем "четных". Состояние здоровья семьи моей коллеги — удовлетворительное. А половина гонорара — за мной.