На первых порах своего председательствования Сергей Леонидович безапелляционно бросал в сторону карельских сел: "Работать надо!", "В деревне может голодать только лодырь и бездельник!" Поездив по весям своей вотчины, председатель категоричность свою умерил и точку зрения переменил: не выжить селу без государственной поддержки, как и не противостоять, когда государство его, село, уничтожает.

Депутат ЗС Людмила Афанасьева вернулась с семинара-совещания председателей аграрных комитетов законодательных органов субъектов России. Вести из Москвы, что привезла Людмила Николаевна, вряд ли для кого новость, однако обсуждения в депутатских рядах республики заслуживают куда большего, чем выборы и перевыборы собственной парламентской верхушки. Сельское хозяйство Карелии шагает рука об руку с российским. Семимильными шагами к своему логическому (по логике реформ) концу. Вот цифры, что объявила своим коллегам Людмила Афанасьева.

По урожаю зерновых мы скатились до уровня 20-х годов, по поголовью крупного рогатого скота - до 1954 года. Практически каждый постперестроечный год отбросил село на 5 лет назад. Полная продовольственная зависимость от Запада. (К примеру, доля импортного мяса в торговом обороте Москвы - 95 процентов.) Если западные поставщики - по экономическим ли причинам, по политическим ли - "перекроют краник", в России наступит голод. 88 процентов сельхозпредприятий всех форм собственности - убыточные. За 8 лет доля бюджета, предназначенная на дотации сельскому хозяйству, уменьшилась в 18 раз. В годы застоя, говорит Афанасьева, Сортавальский совхоз-техникум (Людмила Николаевна до избрания депутатом была его директором) получал по 16 новых тракторов в год. А в минувшем году Минсельхоз выделил 32 трактора на всю Россию!

Разгул дикого рынка привел к диспаритету цен (на промышленную продукцию цены увеличились в 7-8 раз, на сельхозпродукцию - только в 2), поспешная приватизация - к "растаскиванию" пахотных угодий. Когда приватизировался сортавальский совхоз "Большевик", говорит Афанасьева, пахотные земли распределялись между членами коллектива по паям. Паи перешли по закону их детям и внукам, многие из которых уже уехали за границу, а новым работникам пай дать не с чего - и земля принадлежит уже вовсе не тем, кто ее обрабатывает... А тем, кому принадлежит, "батраки" обязаны заплатить еще и дивиденды с проданного урожая. Некоторые пайщики "Большевика" взяли да и вышли со своими гектарами из хозяйства, оставив часть стада без кормов.

Что предпринимается в Москве? По словам Афанасьевой, Госдума и Совет Федерации приняли "Закон о паритете цен...", который простил бы сельхозпредприятиям долги за прошлый год в федеральный бюджет и внебюджетные фонды и позволил бы с 1 июля платить за энергоносители 50 процентов. По этому закону сельхозпроизводители могли бы получать и льготные кредиты. Но выступавший на московском совещании зам.министра финансов России сказал, что правительство этот закон не пропустит, потому что денег на него нет, а Центробанку никто не указ: он сам решает, кому давать кредиты, а кому - нет. Центробанк ориентирован на прибыль - а какая она с сельского хозяйства?

"Побывав в Москве, - говорит Людмила Николаевна, - я поняла, насколько далеки и депутаты Думы, и господа из правительства от проблем села. Они живут своей столичной жизнью. Остается надеяться только на наши республиканские власти".

"Сортавальский совхоз-техникум, - продолжила Людмила Николаевна, - выпустил в этом году 158 специалистов, 29 - с красным дипломом. Куда им идти? Некуда. Бывшая моя студентка Алевтина, мать двоих малышей (отец утонул), работала прежде в совхозе "Искра", которого больше нет. При встрече со мной упала мне Алевтина на плечо, заревела белугой и говорит: "Мы ведь, Людмила Николаевна, к богатому соседу на поденщину ходим. Дома и во дворе у него приберу, воды наношу - на буханку хлеба дадут..."