Седина в космосе, бес в ребре

Недавно вышедшая в московский прокат пародийная комедия "Шестой элемент" кишмя кишит реальными историческими лицами, начиная от скатившихся в зенит больших политических звезд и заканчивая поныне действующими маститыми деятелями культуры. Но ярче всех - небезызвестный комик Лесли Нильсен, который помимо исполнителя главной роли на сей раз выступил еще и соавтором сценария.

Он внес немалый вклад в развитие американской поп-культуры. Правда, именную звезду на Аллее славы Лесли Нильсену открыли не в Голливуде, а почему-то на родине, то есть в Канаде.

Но ведь все-таки открыли, а значит, было за что. Нильсен еще в 50-е годы покорил сердца американских телезрителей, которые, гнездясь в мягких креслах, наблюдали его во множестве разнохарактерных сериалов необременительного содержания. Успел поработать диджеем на радио и принять участие в куче развлекательных передач. А потом, сыграв несколько серьезных ролей в полнометражных картинах, познакомился с братьями Цукерами - и пошло-поехало. После цукеровского "Аэроплана!" Нильсен стал местечковым князьком в жанре кинопародии. В "Голом пистолете" он выставил в идиотском свете все имеющиеся на тот момент серии про Джеймса Бонда, а позже перекроил незыблемые образы Санта Клауса и Дракулы на шутовской манер. Американцы его обожают. А вот нам любовь к Лесли Нильсену дается куда сложнее, потому что этот актер часто практикует специфический юмор, хорошо смотрибельный там и совершенно непонятный по нашу сторону Тихого океана. Например, Мистер Магу, персонаж из одноименного мультика, которого Нильсен в собственном лице перетащил на широкий экран и над которым угорала вся Америка, нам кажется сомнительным недоразумением, способным вызвать разве что кривую усмешку.

С новым фильмом "Шестой элемент" (режиссер Алан Гольдштейн), который в очередной раз стал бенефисом заслуженного комика, те же проблемы. Путаницу усугубили отечественные дистрибьюторы, дав оригинальному заголовку вольный перевод. В англоязычном варианте фильм называется 2001: А Space Travesty, что, вне всякого сомнения, отсылает нас к небезызвестной "Космической Одиссее" Стенли Кубрика, тоже "2001" (2001: А Space Odyssey). Само по себе такое поведение, конечно, - хамство несусветное, и простить его можно только из снисхождения к нильсеновским сединам. Но все искупает то обстоятельство, что и "Пятому элементу" Бессона влетело по первое число, а это щепетильными киноманами переживется гораздо легче. Финальная сцена у Гольдштейна набирает обороты на концерте трех величайших оперных теноров - Доминго, Каррераса и Паваротти соответственно. Во время их патетических рулад маршал Членс в исполнении Нильсена разделывается с клоном Билли Клинтона, транспортированного в Вашингтон из космоса с планеты Вегиталия и внедренного в высшие эшелоны бренной власти США коварным профессором по имени Взад. Над этими оригинальными именами нашим бедным переводчикам тоже, видимо, пришлось изрядно попотеть. Потому что Лесли Нильсена в "Шестом элементе" зовут уж очень мудрено - Ричард "Дик" Дикс. Мало того, что "Дик" - это сокращенное от "Ричард", так это еще и одно из ласковых наименований, которым мужское население Америки иногда величает свое достоинство. Так что в русской версии получилось грубоватого и без учета англоязычной ажурности.

Это уже не первый полет бедняги Нильсена в космос и не первое секретное задание, с которым он успешно справляется. Но облик его здесь по-прежнему неизменен. А нам по-прежнему разрешено довольствоваться скудным арсеналом шуток, замешанных на нелицеприятных особенностях человеческого организма и понятных людям со всех концов света. Американцы не виноваты, что мы не понимаем их самобытной иронии. Мы тоже не виноваты. Что ж поделать, не доросли еще. Все-таки семьдесят лет за железным занавесом прожили.