В номере от 27 июля "Карельская Губернiя" рассказала об акции, проведенной Управлением наркоконтроля на турбазе "Эдем" во время дискотеки Sunrise. Кульминация профилактического мероприятия пришлась на раннее утро, когда основная масса отдыхавших стала выбираться домой. Люди в масках начали выводить людей из машин и настоятельно просить сдать анализ мочи в выдаваемые здесь же одноразовые стаканчики. В результате выявили около сорока человек, употребивших наркотики. Управление наркоконтроля отчиталось об успешно проведенной масштабной операции. Однако среди граждан нашлось немало тех, кого возмутили методы, использованные наркополицией в своей работе. Мы привели мнения этих людей. После выхода статьи с нашим корреспондентом пожелали встретиться люди, непосредственно участвовавшие в акции.

Порог стыдливости

И начальник отдела Управления наркоконтроля Алексей Каупинен, непосредственно руководившей операцией, и девушка-психолог из наркологического диспансера, и понятые, которые пожелали назваться просто "дачницами", утверждали, что освидетельствование подозреваемых в употреблении наркотиков лиц проводилось быстро и предельно вежливо. Слов типа "вали отсюда" никто из них от работников правоохранительных органов не слышал. Проверялись только те, кто по каким-либо признакам внушал подозрение. А именно: проявлял боязливость или, наоборот, излишнее возбуждение, краснел лицом, имел красные глаза или расширенные зрачки. Очередей не было, так как время проверки растянули на всю ночь, так что возле машины с тестами накапливалось не более трех, максимум пяти человек. Конечно, никто никого сдавать анализы не заставлял. Вызывавшим подозрение людям просто убедительно предлагалось пройти эту процедуру. Но если кто-то категорически отказывался, то его не неволили. Правда, если мочиться отказывался человек, находящийся за рулем, его лишали прав.

По словам понятых-"дачниц", в том, что людям приходилось мочиться большим человеческим общежитием, практически на глазах друг у друга, нет ничего унизительного, так как "была ночь, темно, и никто ничего не видел". На всякий случай напомню, что в июле в 5 утра в Карелии уже светло. А основная масса проверяемых пришлась как раз на промежуток между 5 и 7 часами утра. Чувствуется, самим "дачницам" не пришлось приноравливаться к стакану в "кромешной темноте" летнего карельского утра. Хотя, вероятно, эти конкретные девушки и правда не видят ничего зазорного в прилюдном отправлении естественной нужды. В конце концов у каждого свой порог стыдливости.

Свой среди чужих

Проверяющие рассказали, что бывали и смешные ситуации. Скажем, некоторые пытались сдавать анализы за своих одурманенных товарищей. Но при этом в одном из случаев анализ уверенного в своей чистоте "спасателя" тоже дал положительную реакцию. А одна пьяненькая женщина трижды пыталась сдать анализ воды. "Не воду" она каким-то образом не уберегла, но все равно очень желала сдать хоть что-нибудь.

Очень многие отдыхавшие на Sunrise были напуганы. Странно, ведь, по мнению представителей наркоконтроля, люди, которым нечего скрывать, не должны бояться "человека с ружьем". Некоторые же, напротив, рискуя перевернуться, пытались уйти на лодках. По мнению девушки-психолога из наркодиспансера, это явные признаки паники, так свойственной наркоманам.

Что касается домика в "Эдеме", где, согласно оперативной информации, должны были употребляться наркотики, то там, по словам Алексея Каупинена, весь пол был усыпан упаковками от амфетамина. Работники Управления наркоконтроля вошли в домик без масок и вежливо стали забирать на сдачу анализов находившихся там людей. Все проходило корректно, мебель никто не ломал, со второго этажа никого не кидали, травмы никому не наносили. Разговоры о "толпе автоматчиков" в масках – плод задымленного травой и забитого таблетками воображения отдыхавших. В подтверждение наркополицейский Каупинен рассказал, что одна из девушек приняла его за своего и воскликнула: "Мне только что позвонили: сейчас сюда менты в масках ворвутся! Бежим!"

Смотри на белочку!

Алексею Каупинену трудно не поверить. Это приятный, светловолосый, доброжелательный молодой человек с широким и открытым лицом. Но после беседы с ним я все же побеседовал с некоторыми гостями из того злополучного домика. По их словам, полицейские сопровождали операцию жестким матом, один из них – широколицый блондин – действительно был без маски, но остальные работали с закрытыми лицами. (Алексей Каупинен утверждает, что его сотрудники не матерились, так как все они — люди с высшим образованием; а если кто и был в масках, то только спецназ, дежуривший снаружи у дверей).

Опять же по словам гостей домика в "Эдеме", один из отдыхавших напился еще в самом начале вечера и в момент прихода наркоконтроля спал. Спросонья он обозвал незваных гостей "микки-маусами". В результате его, кажется, столкнули с лестницы, а потом пару раз стукнули головой о стену. Там рядом с выходом висела картинка с изображением белочки, так стражи законности, приговаривая: "Смотри на белочку", тыкали его в эту картинку лицом. По словам самого парня, он был настолько пьян, что ничего этого не помнит, однако спустя пять дней после происшедшего три его зуба не чувствовали ни холодного, ни горячего, губы были вспухшими и болел бок (первое время он думал, что сломал ребра).

От сдававших анализы мы узнали, что поначалу все происходило действительно весьма корректно. С 1 часа ночи до 5 утра было проверено несколько уезжавших, и им в принципе не на что пожаловаться. Говорят даже, что все происходило куда гуманнее, чем на аналогичных мероприятиях в Питере. Но после 5 утра, когда из "Эдема" потянулась основная масса отдыхавших, на месте проверки образовался затор. Пробка рассасывалась часа два. Рассказывают, что кто-то, будучи не в силах выдоить из себя ни капли жидкости, выпил полбутылки минералки и бутылку "Спрайта", лишь бы только накапалось на анализ. Может, его никто бы и не заставил, но как должны были вести себя проверяющие, если он не рискнул их ослушаться? Еще многие видели, как из одной машины человека буквально выволокли, пихнули на землю и, кажется, слегка толкнули прикладом автомата. Во всяком случае раздались шум и возгласы: "Зачем вы его бьете?" Стоящий здесь же светловолосый широколицый молодой человек, похоже, руководивший операцией, лишь извинительно разводил руками. Я спросил у Алексея Каупинена, видел ли он что-то подобное? Полицейский ответил отрицательно и добавил, что у его людей автоматов не было.

Охота в заповеднике

А теперь пришло время отделить "котлеты от мух". После прошлой публикации о профилактическом мероприятии в "Эдеме" у некоторых сложилось представление, что автор выступает против борьбы с наркоторговлей или как минимум с симпатией относится к наркоманам. Объясняю: мне очень грустно от того, что многие люди не в состоянии получать радость от жизни без употребления дополнительных стимуляторов, и я одобряю борьбу с теми, кто наживается за счет человеческой слабости. Вопрос в методах.

Скажем, перед началом футбольного матча болельщиков тщательно обыскивают, чтобы те не пронесли на стадион алкоголь или оружие. Это — типичный пример ПРОФИЛАКТИЧЕСКОГО мероприятия. В нашем же случае немногие могут вспомнить, чтобы их машину тщательно обыскали на въезде. Кого-то останавливали, заглядывали в салон и пропускали дальше. Лишь в одной из въезжающих машин действительно нашли партию амфетамина. Собака, способная унюхивать наркотики, использовалась только одна. А ей, во-первых, после каждых 15 минут работы нужно полчаса отдыхать, а, во-вторых, по словам Алексея Каупинена, эта овчарка невзначай может и жвакнуть.

В общем, зная, что на подобного рода дискотеках многие курят и глотают, работники Управления наркоконтроля дали им возможность сделать это, а потом триумфально разоблачили их в содеянном. Мы же полагаем, что если наркополиция действительно проводила ПРОФИЛАКТИЧЕСКУЮ акцию, то есть хотела предотвратить употребление наркотиков на дискотеке, она должна была более серьезно осматривать въезжающих, а не, как говорится в одном анекдоте, "охотиться в заповеднике".

Шутка про черный список

Мы не знаем, кто из опрошенных нами людей был ближе к истине. Побывав на турбазе в "Эдеме", я узнал, что пресловутая картинка с белочкой цела и лишь слегка покосилась после вечеринки. Говорят, кабы об нее кого-нибудь ударили хоть раз, она бы развалилась. Может, и правда, никто не бил того пьяного парня. А, может, били рядом о стену. По идее по подобному факту нужно проводить расследование. Но в том-то и дело: для расследования нужны официальные жалобы, а их нет. Зубы уже проходят, бок почти перестал болеть, все живы – зачем лишний раз раздражать людей, наделенных властью? Парень считает, что если его кто и бил, то подобное поведение работников правопорядка – норма. По его словам, в городе, из которого он приехал, если бы он пожаловался на милицию, то в следующий раз милиционеры просто подбросили бы ему пакет марихуаны и посадили. Это, как он считает, в порядке вещей.

Человек, отмечавший в том домике день рождения, после выхода моей предыдущей статьи стал избегать встреч со мной, полагая, что я его подставил и теперь у него будут неприятности. Домику, который он снимал, причинен материальный ущерб: у кожаного кресла порвана обшивка и сломаны ножки, выбита пара кирпичей у камина, пострадала лестница. Кто в этом виноват? Нападавшие или отдыхающие? По словам дирекции "Эдема", жилец взял погашение ущерба на себя и отказывается от претензий к Управлению наркоконтроля. Он отказывается от этих претензий добровольно или после "дружеской" беседы с полицейскими? Во всяком случае, когда я пытался объяснить одному из сотрудников наркополиции, что написание предыдущего текста принадлежит мне, а не тому человеку, полицейский, улыбаясь, поинтересовался: "Так вы предлагаете вычеркнуть его из черного списка и вписать туда вас?" Я догадываюсь, что сказано это было шутя, но ведь не у всех столь развито чувство юмора. Кто-то может и испугаться.

Чувствовали ли себя оскорбленными и униженными люди, вынужденные мочиться? Били ли кого-то из них прикладом? Или это все лишь плоды одурманенного наркотиками воображения? Шанс установить правду есть только в том случае, если обиженные начнут подавать жалобы в прокуратуру. В начале прошлой недели мне говорили, что таких жалоб как минимум семь. Но ни в Республиканской, ни в Прионежской прокуратурах информацию не подтвердили. Люди или бояться, или просто не хотят связываться, наученные всей нашей предыдущей историей. Мы все уверены: законным образом ставить под сомнение безоговорочную правоту власти – все равно что бодаться с дубом. Психология рабская, и XXI век ей не помеха…