Для начала - предыстория. Когда в начале 2005 года с введением монетизации льгот право на обеспечение инвалидов слуховыми аппаратами (и иными средствами реабилитации) отошло к фонду социального страхования, я пришла на Садовую, 33. Отстояв в очереди и услышав, какие документы необходимы для получения слухового аппарата для папы - инвалида Великой Отечественной войны, я поняла, что дело это неподъемное для меня, его работающей дочери. На семейном совете мы порешили, что купим папе аппарат за собственные деньги.
Но тут подошло 9 Мая, и отчего-то на волне эйфории Дня Победы папа, получивший многочисленные поздравления, передумал: если положена льгота, надо ею воспользоваться.
А тут к тому же во многих газетах (в том числе и в "Рязанских ведомостях") появилась небольшая заметочка без подписи: мол, уважаемые инвалиды, нет ничего проще, чем получить слуховой аппарат, достаточно обследоваться у сурдолога...
Скоро сказка сказывается...
В сурдологический кабинет рязанской клинической больницы им.Семашко я предварительно позвонила. Обрисовала ситуацию: папа, которому идет 81-й год, лечится на дому, I группа инвалидности. Как же обследоваться? Этот вопрос решаем, отвечали мне. Но сначала вам нужно вызвать отоларинголога из своей поликлиники. Он должен написать вам направление к нам.
Участковый терапевт добавила свой нюанс, выслушав в очередной раз папины жалобы на значительное снижение слуха: нужно предварительно сдать анализы. Очередь на то, чтобы "забрать кровь на дому", оказалась немалой... А время шло... Но вот анализ (один из необходимых) готов. Но тут новая закавыка.
- Наверное, у Николая Ивановича ничего со слуховым аппаратом не выйдет, - с сомнением заметила участковый врач, - очень проблематично вызвать на дом отоларинголога, сейчас просто некому прийти на вызов.
Пришлось через газету, в рубрике "Ваше здоровье", задать вопрос специалистам областного управления здравоохранения: "Правда ли, что в поликлинике ОКБ нет отоларинголога, который бы пришел к инвалиду на дом?"
Через неделю получаю ответ: "Специалист такой есть". С этим ответом иду к участковому терапевту...
Участковый терапевт у нас - очень милая, внимательная и доброжелательная женщина. Она перезвонила мне тем же вечером: "Запишите число, когда к вам придет врач, - от двух до шести". Наконец-то!
"Папа, к тебе врач!"
Звонок в дверь раздался, когда мы уже и не ждали. Кричу папе: "Врач пришла!" Папа радостно оживляется, встает, поправляет воротничок рубашки...
Врач приходит хмурая. Для начала раздраженно выливает на меня свои проблемы: за вызовы на дом ей не платят и, вообще, как она без медсестры будет "чистить уши". Еще и уши чистить - отчего-то испугалась я, в душе радуясь, что папа недослышит, что говорит раздраженная дама. Далее я покорно выполняла команды врача: подержать специальную лампу, светить куда надо, налить воды в лоток, держать крепко и т.д. и т.п. Лампочка отчего-то не хотела гореть, я тут же достала свою, не жалко, лишь бы поскорее...
Все хорошее быстро кончается, но и плохое, к счастью, тоже. Вожделенное направление к сурдологу в больницу Семашко получено. И не важно, что уже наступили осенние деньки, потому что как раз вчера в радиоинтервью специалист фонда соцстраха заверил, что "до конца года все нуждающиеся получат слуховые аппараты".
"Женщина, вам еще справки собирать"
Однако сурдолог охладила мой пыл. Выехать на дом не может, так как занята обследованием инвалидов, работает одна, а вот через четыре недели...
- Но направление к вам из поликлиники действует месяц, меня об этом предупредили, - уточняю я.
- Успеете, - заверяют меня.
Три недели покорно жду, дальше решаю справиться.
- На дом? Помню-помню, - заверяет сурдолог, - а у вас машина есть, чтобы доехать? И у нас нет. Берите такси. Но не раньше, чем через неделю...
"Черезнедельная" новость сбивает меня с ног: "А мы заканчиваем выдачу аппаратов 9 декабря. Сегодня пятое. Если я дам вам заключение, вы все равно не успеете оформить документы. А, попробуете... Хорошо".
В тот же день заключение сурдолога было получено. Положив на стол нужную "бумагу", мы с папой, как зачарованные, не сводили с нее глаз: как бы не испарилась, как пропавшая грамота в повести Гоголя. Тогда мы не знали, что главные мытарства впереди.
Впереди - крутой поворот
В родную поликлинику ОКБ я вошла с гордо поднятой головой: главное испытание - позади. Святая наивность. Отоларинголог, на прием к которому меня направили, изучив заключение сурдолога, написала свое заключение. И направила меня на КЭК (до сих пор не знаю, как расшифровывается эта аббревиатура). КЭК проводится по определенным дням. Прихожу ранним утром, и 12 декабря получаю решение КЭК: "Обеспечить слуховым аппаратом". Потом никак не могу попасть с этим решением к отоларингологу (которая и направляла на КЭК). В конце концов переступаю порог уже знакомого кабинета. Отоларинголог опять что-то пишет. И вновь отсылает в тот же 80-й кабинет, где был КЭК, но уже за другим направлением. Прием: понедельник, вторник, пятница с 8.30 до 9.00. Но сначала нужно зайти в кабинет 46 и получить еще одну подпись.
В 80-м кабинете меня строго спросили: "Почему на решении КЭК нет еще одной подписи? Должна подписаться отоларинголог".
- Отчего же она не подписала, если должна была? - задала я резонный вопрос.
- А это вы у нее спросите. Я вас к ней отсылаю, - непреклонна дама в белом халате.
Всё. Чаша моего терпения переполнилась. "Ну и волокита, - не выдерживаю я. - Это разве инвалид смог бы выдержать такое хождение по мукам? Обязательно опишу свои мытарства!"
- А вы меня не шантажируйте (?!)... - отвечает дама. - Возьмите и купите своему инвалиду аппарат за деньги.
Делать нечего. Я вновь возвращаюсь, униженно бормочу очереди, что я только за подписью, а не на прием, выслушиваю возмущенное: "Нахалка, без очереди лезет". Врач удивляется: "Да ничего я не должна подписывать", но все же ставит подпись. Ну а дальше еще один кабинет, последняя подпись и печать...
Потом - поездка в поликлинику №2 на другой конец города. И очень душевное (другого слова не подберешь) общение с работниками госслужбы медико-санитарной экспертизы. Моментально приняли документы. Оказалось, что нет двух ксерокопий (что они нужны, меня не удосужились предупредить в поликлинике ОКБ). Тут же их сделали. Через 15 минут выдали индивидуальную программу реабилитации.
В фонд социального страхования на Садовой, 33 я пришла, предварительно сняв с каждого документа по ксерокопии (для надежности). Выложила на стол медицинскую карточку папы, документы, ксерокопии. Ксерокопии не понадобились. А одного документа не оказалось. Но дотошный специалист обнаружил его подшитым в медкарточку, удивившись при этом, зачем его туда подшили.
И вот 27 декабря получаю направление для папы в Рязанскую клиническую больницу им.Семашко для выдачи слухового аппарата. Правда, оговорено, что получить его можно будет где-то в феврале. Есть надежда, что к тому времени аппараты поступят.
К Зурабову не поеду!
Итак, подведем итог моих хождений. Он неутешителен.
На оформление документов, на вызов врача потрачено 10 дней моего отпуска. Приплюсуем сюда бесчисленные отпрашивания с работы.
Каждый раз, когда я высказывала недоумение длительной процедурой разрешений и сборов подписей (в рамках одной и той же поликлиники), меня отсылали... к Зурабову. Вот, мол, этот нехороший министр и придумал всю эту чехарду, ему в Москву и жалуйтесь.
В фонде соцстраха тоже подтверждают, что цепочка сложная, а именно: сурдолог, медико-социальная экспертиза, фонд соцстраха, получение и подбор аппарата. Но, думаю, там и не подозревают, какие подводные камни из пяти собственных правил предлагает поликлиника, в которой нужно оформить лишь один документ - направление на МСЭ. Это уже не придумки Зурабова, а местная инициатива медицинских работников, которые не знают, что существует правило "единого окна". На практике это, по моему разумению, должно выглядеть так: инвалид (или лицо, его представляющее) приносит врачу направление от сурдолога, и врач (отоларинголог или участковый терапевт) далее самостоятельно ведет "дело" инвалида, то есть собирает разрешения от КЭК, все подписи и выдает больному готовое направление на МСЭ. Сделать это работнику поликлиники, не выходя из ее стен, намного проще, чем инвалиду (как правило, пожилому и глухому).
Кстати сказать, такой подход демонстрируют в службе медико-социальной экспертизы: принимают документы, необходимое тут же ксерокопируют (за свой счет), составляют программу реабилитации, со всеми подписями и печатями. И все это за 15 минут. Ни нервотрепки, ни претензий со стороны инвалидов. Оперативно работают и специалисты ГУ "Рязанское региональное отделение фонда социального страхования Российской Федерации".
И только в медицинском учреждении, к которому человек "приписан" полисом и где, по сути, и должны проявлять милосердие, инвалида гонят из кабинета в кабинет: сегодня, завтра и послепослезавтра... Получит ли инвалид средство реабилитации, не получит ли, поликлинику это не интересует. Она - лишь промежуточный пункт и порядки устанавливает свои собственные. Очень неудачные для инвалидов.
|
