Почему мы так настойчиво каждый раз напоминаем нашим читателям о проблеме статуса Рыбинска и всех обстоятельствах, связанных с этой темой? Потому что именно реформа местного самоуправления высветила для всех нас истинное положение дел в нашем регионе, стала той точкой, с которой может на самом деле начаться возрождение нашего края – или оно не начнется вообще.
В сегодняшнем номере мы публикуем материалы рыбинских журналистов, пристально следящих за развитием событий в этом направлении, и снова приглашаем представителей партий и объединений граждан высказаться о реформе местного самоуправления на страницах «Рыбинской среды»

До встречи в Верховном суде
Шесть рыбинцев еще в январе этого года обратились в Ярославский Областной суд с заявлениями о том, чтобы признать незаконными статьи областного закона №65-З «О наименованиях, границах и статусе муниципальных образований Ярославской области», касающиеся Рыбинска. Среди них – четверо горожан (Юрий Бахвалов, Нина Авдеева, Лариса Ушакова, Владимир Пименов) и два селянина (Марина Морозова и Владимир Крутченский). Их представителями в суде выступили Галина Закиматова, Тамара Зайцева, Ирина Дорофеева, Павел Королев, Олег Крутулевский, Александр Теляков и Владимир Выдумлев. Уже тогда, когда судья Игнатов совершенно незаконно отказал истцам в приеме их заявлений, многократно превысив при этом установленные законом процессуальные сроки, рыбинцы точно знали, что впереди их ждет однозначное отказное решение областного суда. Верховный суд поставил судью на место, обязав принять заявления и рассмотреть дело по существу. Лишь 17 июня, то есть через полгода судебный процесс начался. Причем, в нарушение процессуального закона судья не провел досудебной подготовки и предварительного судебного заседания, что помогло бы значительно сэкономить время и истребовать все необходимые сторонам документальные доказательства.
Отвод судье
В первый же день рыбинцы заявили отвод судье Игнатову, ссылаясь на его непрофессионализм, вопиющие факты волокиты при рассмотрении заявлений, шесть отмен решений судьи Игнатова Верховным судом, заранее сформировавшееся мнение по рыбинской теме, неприязненные отношения к одному из истцов, который встречается в процессе с судьей уже не в первый раз. Судебное рассмотрение не может быть объективным, если у сторон есть хоть малейшие сомнения в беспристрастности суда. Но судья не дал самому себе отвод.
Суд должен пройти в Рыбинске!
Рыбинцы заявили ходатайство о переносе судебного заседания в Рыбинск. Причин тому несколько. Во-первых, процесс имеет огромное политическое значение для Рыбинска, на нем хотели бы присутствовать представители самых разных слоев населения, общественных организаций, партий и движений. Приезжать ежедневно в течение двух недель в Ярославль - такой возможности у рыбинцев просто нет.
Кроме того, заявители намеревались привлечь в качестве свидетелей тех, кто поставил свои подписи в поддержку статуса городского округа, а этих подписей собрано более 50 тысяч.
Судебный процесс в Ярославле потребовал больших материальных затрат – проезд туда и обратно, копирование и распечатка документов, мобильная связь и т.д. Более того, дорога «съедает» драгоценное время, заседания суда начинаются не в 9-10 часов, как обычно, а в одиннадцать, и должны завершаться так, чтобы рыбинцы успели хотя бы на поезд или маршрутку, чтобы поздно вечером вернуться домой. В распоряжении истцов оставалась только ночь, чтобы подготовиться к следующему дню, отыскать, скопировать и заверить нужные документы, написать тексты выступлений, составить вопросы к ответчикам, проанализировать представленные доказательства. И поспать часа три. Больше просто не удавалось.
Приехать в Рыбинск двум чиновникам - представителям ответчиков – губернатора и госдумы области – гораздо легче. Но судья вдруг заявил: «А почему вы думаете, что рыбинцы не будут оказывать давление на суд?» Комментарии, как говорят, излишни – судье, на которого можно оказать давление, нечего делать в суде.
«Это ваши проблемы»
Суд отказал рыбинцам и в этом ходатайстве, создав тем самым неравные условия для сторон. «Это ваши проблемы, - заявил судья, - граждане сами решают, обращаться им в суд или нет». С каждым днем судья все жестче закручивал гайки, добавляя истцам проблем, и всем своим поведением показывал, что негоже судиться с властью. Сначала он потребовал приезжать в Ярославль не к одиннадцати, а к десяти часам. Потом стал задерживать заседание так, что рыбинцы просто опаздывали на поезд и маршрутки, а однажды процесс затянулся так, что им и вовсе пришлось заночевать в Ярославле. При этом судья цинично заявлял, что у суда ненормированный рабочий день, и он может сидеть в процессе сколько угодно, хоть до ночи.
В своем ходатайстве депутат областной думы Лариса Ушакова просила суд сделать перерыв, чтобы она могла участвовать в работе депутатских комиссий областной думы, где решались важнейшие для Рыбинска вопросы. Суд посчитал, что эта причина неуважительная, и решил рассматривать дело в ее отсутствие. Судья, который вопреки закону протянул с назначением процесса целых полгода, постоянно обвинял рыбинцев в том, что они затягивают процесс, что у него уже назначены другие дела. В последний день заседания 27 июня судья отказал рыбинцам в ходатайстве сделать небольшой перерыв и дать время для подготовки к выступлениям в прениях, как это делается в любом судебном процессе.
Вопреки положениям процессуального закона судья ограничил время выступления в прениях каждому из истцов двадцатью минутами и постоянно одергивал их во время выступления, напоминая, что они перебирают время. А ведь именно в этих выступлениях предстояло дать подробный анализ всем имеющимся в деле доказательствам, заявлениям ответчиков, позициям сторон. Более того, судья отказал рыбинцам и в их праве на обеденный перерыв. Позавтракав в шесть часов утра или раньше, они сумели наспех перекусить только около шести часов вечера.
Как губернатор выяснял мнение населения
В первый же день заседания суд не стал рассматривать ходатайство о приобщении к материалам дела 50 тысяч подписей рыбинцев, и заставил возить их с собой целую неделю. А потом вообще отказался приобщить их, как и десяток протоколов собраний общественных организаций, партий, представителей села, и десятки публикаций в СМИ – от местных до центральных. Эти материалы красноречиво свидетельствуют о том, что свое мнение по статусу города и района рыбинцы высказали, и сделали все, чтобы это мнение было услышано и учтено в законопроекте губернатором, областными и рыбинскими депутатами. Вердикт суда – все это не имеет никакого отношения к рассматриваемому делу. Между тем, ответчики – представитель губернатора г-н Килипченко и представитель госдумы г-н Соколов - заявили в суде, что, дескать, рыбинцы не представляли эти подписи, что губернатор и депутаты их не видели и никто не знает, что в этих подписных листах. Но оба утверждали, что мнение жителей Рыбинского муниципального округа при разработке проекта закона было учтено. Как? Способов было названо несколько.
1. Путем опросов общественного мнения, кстати, по совершенно другой теме, в которых участвовали (это ничем не доказано) лишь несколько сотен рыбинцев. Они якобы проводились в декабре 2003 года, когда федеральный закон еще никто не читал, и проекта областного закона не было даже в помине (о чем спрашивать?), и в мае 2005 года, когда областной закон был уже принят, и Рыбинск стал поселением - райцентром.
2. На сходах граждан. Только вот ни один из ответчиков так и не вспомнил ни единого схода граждан на территории Рыбинского района, потому что таких сходов просто не было. За исключением, пожалуй, схода в деревне Диково, на котором жители официально просили власть сделать сельским поселением Судоверфскую сельскую территорию. Но областная власть на их письмо ответила, что у нее на это счет совсем другие планы…
3. Мнение населения было учтено через мнение представительного органа – Рыбинского Совета депутатов, который направил в областную думу решение о полной поддержке губернаторского законопроекта. Читатели «Рыбинской среды» помнят нашу публикацию о том, как Рыбинский Совет депутатов принимал это решение: депутаты заперлись в зале под охраной милиции, выставив за дверь журналистов, представителей общественности, профсоюзов. Но принятое ими решение так и не было нигде опубликовано, хотя затрагивает интересы всех жителей округа и подлежит обязательной публикации. Известно, что все «несогласные» депутаты подверглись массированной обработке во властных кабинетах с тем, чтобы голосовали «правильно». Кстати, ответчики так и не смогли назвать статью федерального закона, которая бы предписывала при установлении границ и статуса муниципальных образований учитывать мнение органов власти. Такой статьи не существует. Тем не менее, суд приобщил депутатский «документ» в материалы дела и в своем решении ссылался на него, как на мнение населения.
Елена Каберник не согласна с губернатором
Мы рассказывали читателям о том, что, в соответствии со статьей 11 федерального закона о местном самоуправлении, города, в которых есть вся необходимая инфраструктура для самостоятельного решения вопросов местного значения и ряда государственных полномочий, должны быть наделены статусом городского округа. Одно условие – что аналогичная инфраструктура есть и в прилегающем сельском районе. Рыбинцы в суде убедительно доказали, что вся необходимая инфраструктура в городе есть, что есть она и в Рыбинском районе, на территории которого работают школы, больницы, амбулатории, фельдшерско-акушерские пункты, детские сады, ветлечебницы, клубы, кладбища, есть свое районное предприятие ЖКХ с отделениями в разных сельсоветах, свой центр социальной помощи населению в поселке Песочное, ПАТП-3, которое обслуживает сельские маршруты, полигоны бытовых и промышленных отходов, почты, промышленные и аграрные предприятия, здания сельских администраций и т.д. А значит, Рыбинск и Рыбинский район могут и должны жить и развиваться отдельно.
Рыбинцы представили в поддержку своих требований экономические расчеты, которые однозначно говорят в пользу самостоятельного статуса как для города, так и для района. Оппоненты представили свои расчеты, из которых Елена Каберник, директор Департамента экономического развития и инвестиций Ярославской области делает уникальный вывод, о котором представители власти промолчали в суде, а рыбинцы процитировали: «На наш взгляд, концентрация всех вопросов местного значения города в одних руках (городской округ) позволит обеспечить более эффективное их исполнение, а концентрация доходов должна усилить стимулы для развития собственной налоговой базы города». Замечу, это мнение компетентного специалиста администрации Ярославской области, а не «кучки политических авантюристов», как называет рыбинских инициаторов губернатор.
Ожегов поставил бы двойку
Рыбинцы доказали, что создание одного сельского поселения, в которое загнали 594 сельских населенных пункта, противоречит требованиям закона. А закон гласит (ст.11), что в состав территории сельского поселения могут входить, как правило, один сельский населенный пункт или поселок с численностью населения более 1000 человек (для территории с высокой плотностью населения - более 3000 человек) и (или) объединенные общей территорией несколько сельских населенных пунктов с численностью населения менее 1000 человек каждый (для территории с высокой плотностью населения - менее 3000 человек каждый. Сельский населенный пункт с численностью населения менее 1000 человек, как правило, входит в состав сельского поселения. Все четко и ясно – один или несколько. Российские и областные законы, как известно, пишутся на понятном для всех русском языке. В словаре Ожегова (страничка из которого приобщена в материалы дела) дается толкование слова «несколько» - небольшое количество, немного. Другие словари добавляют – мало, чуть-чуть. Так вот, парировали рыбинцы, можно ли сказать, что, к примеру, 594 километра – это всего лишь несколько километров? Мы можем задержаться в суде еще на несколько дней, но если под словом «несколько» понимать 594 дня, это уже полтора года!
Однако суд посчитал, что в статье 11 нет ограничения по количеству населенных пунктов, входящих в сельское поселение. Более того, суд утверждает, что требование закона учитывать пешеходную доступность при образовании сельских поселений носит всего лишь «рекомендательный характер», хотя в законе нет таких слов, но сказано, что пешеходная доступность может не учитываться лишь на территориях с низкой плотностью населения и в труднодоступных местностях.
А это точно не про нас
Ответчики заявляли, что права сельских жителей Морозовой и Крутченского не нарушены, так как они живут рядом с городской чертой. А как же права бабы Мани, которая живет в арефинской глуши или в деревне Бавленка, от которой в один конец за день не доберешься! Или для них область примет другой закон? Требованиям пешеходной доступности максимально соответствуют территории бывших сельсоветов, в которых расстояние от любой деревни до сельской власти – не более 15 километров (за очень редким исключением).
Ну и врать…
На этот счет у областной власти, у областной прокуратуры и у суда, совсем другое мнение. В решении читаем, что «основная масса населения Рыбинского района живет в поселках-спутниках, расположенных от города на расстоянии не больше 20 км». Ну что ж, жители Арефина, Ананьина, Дюдькова, Октябрьского, Заболотья, Тихменева, Погорелки и десятков других сел и деревень сполна оценят такие решения и власти, и фемиды.
А вот еще один «перл» - зачем, говорят представители госдумы и губернатора, приближать власть к населению там, где его, населения, нет. И «режут» статистикой – дескать, в 124 деревнях вообще отсутствуют жители, в 291 деревне их 10 и меньше. Кто же лучше самих селян знает, что если из деревни уходит власть - закрываются школы и больницы, уходит торговля, рушится аграрное производство, уезжают люди. Что и случилось с рыбинской деревней. Губернатор и госдума, убирая власть из сельсоветов, намерены опустошить еще немало сел и деревень. Рыбинцы напомнили в суде, что согласно Конституции права человека и гражданина, в том числе и право на осуществление местного самоуправления в соответствии с законом, принадлежит не основной массе рыбинского населения, а каждому жителю пусть даже самой отдаленной и пустой деревни. Власть должна быть доступной для каждого. А вот суд посчитал в своем решении, что достаточно того, что этим правом обладает «основная масса».
Рыбинцы спросили ответчиков, а разве на территориях Пошехонского, Брейтовского, Первомайского, Большесельского, Некоузского и многих других районов нет безлюдных или малонаселенных деревень? Конечно, есть, и побольше, чем в Рыбинском. Тогда почему там созданы три-пять, а то и восемь сельских поселений, а в Рыбинском районе всего одно? Почему такой геноцид по отношению к Рыбинску? Суд снял этот вопрос (как и другие вопросы по Переславлю, который стал самостоятельным городом), дав возможность представителям власти не отвечать, потому что это, оказывается, к делу по Рыбинску не относится. Кстати, отвечая на вопросы рыбинцев и суда, г-н Килипченко сознался, что права жителей отдаленных деревень все-таки нарушены областным законом. Но суд об этом «предусмотрительно» забыл.
Рыбинцы заявили ходатайство о привлечении в качестве соответчиков областной прокуратуры и областного управления юстиции, экспертными заключениями которых трясли в госдуме авторы губернаторского варианта закона. Рыбинцы знали, что с юридической точки зрения это ходатайство не подлежит удовлетворению. Но этот ход позволил выяснить интересные подробности. Когда очередь дошла до прокуратуры, оказалось, что в ее компетенцию не входит выдача экспертных заключений на проекты законов, что это была всего лишь «добрая воля» стражей закона. А поэтому за свои «экспертные заключения» прокуратура не несет никакой ответственности. Вот такой расклад. Так что, навязывая явно абсурдный закон, его авторы просто-напросто развели депутатов областной думы.
До встречи в Верховном суде…
Изучив протокол судебного заседания, рыбинцы поняли, что во многих местах он очень сильно поправлен, что в нем появились определения, которые суд вообще не выносил, и исчезла информация, которая свидетельствует о явном пренебрежении судьи, высказываемом к заявителям и многочисленных нарушениях норм процессуального закона.
Сегодня группа рыбинцев готовится к Верховному суду, в который они направили свои кассационные жалобы. Кстати, 6 июня Верховный суд отменил еще одно незаконное определение судьи Игнатова, которое он вынес при рассмотрении заявления еще одного рыбинца - Евгения Ивановича Никитина - все по той же теме.

Марина Морозова