Галину Разбивную называют самым неординарным министром образования. На протяжении нескольких лет ходят разговоры, что ее вот-вот освободят от поста министра. Тем не менее она продолжает рулить карельским образованием. Накануне Дня учителя мы встретились с министром и поговорили о том, что ждет нас в ближайшем будущем

Директор школы стал начальником котельной

— Галина Анатольевна, накануне 1 сентября говорили, что более двух десятков школ не откроют своих дверей для учеников...

— Все карельские школы открыты. Но есть предписания пожарных с замечаниями по некоторым учебным заведениям. И сейчас мы обучаем коллективы школ и детей, как себя вести в экстремальных ситуациях, меняем электропроводку, приобретаем огнетушители. В интернатах и детских домах устанавливаются сигнализации.

А еще меняем котлы в котельных, батареи, ремонтируем кровлю в 50 школах. Вообще за последние четыре года денег вкладывается в учебные заведения раза в четыре больше.

— Но в Карелии есть и аварийные школы, на ремонт которых никаких денег не хватит. Что будет с ними?

— Практически в каждом районе найдется по одной такой школе. Их нужно закрыть. И некоторые такие учебные заведения уже закрылись или переехали в другие помещения.

— Сейчас в Олонецком районе бьют тревогу из-за закрытия Коткозерского интерната...

— В аварийном интернате жить нельзя, поэтому школьники будут жить в детском саду. А вообще ребятишек сейчас мало, поэтому размещать их можно даже по частным квартирам. Неужели деревенский житель не примет ребеночка из соседней деревни? А интернат, на мой взгляд, — это самое худшее, что может быть в образовании.

— Говорят, во многих районах директора школ становятся по совместительству даже начальниками котельных...

— В Медвежьегорском районе уже 14 котельных находятся на балансе школ и 51 рабочий-сантехник передан под начало районного управления образования. Я считаю, что это — неправильное решение. Эти котельные отапливают не только школы, но и почту, и магазины. С другой стороны, я больше доверяю своим директорам, чем работникам ЖКХ. Руководитель учебного заведения более организованный человек, и сейчас многие из них учатся профессии коммунальщика.

Прошлой зимой ко многим нашим руководителям образовательных учреждений отнеслись несправедливо — в районах замерзли целые поселки, а в числе виновников звучали только имена директоров школ. Мы разбирались по каждому учебному заведению отдельно и вины директоров не обнаружили. В прошлую зиму на балансе школ было 60 котельных — и ни одна из них не пострадала.

— Но директору, погрязшему в решении хозяйственных проблем, школой некогда теперь заниматься...

— Да, сегодня руководителям достается. Мне говорят: "Увольняй директоров, заморозивших свои школы!" А что, очередь стоит на эти места?! Никто сегодня не хочет быть директором. А мне хочется, чтобы во главе образовательного учреждения стоял не только крепкий хозяйственник, но и добрый компитентный человек, который бы по-человечески относился и к ребенку, и к учителю. У нас есть методики, нам необходимо возродить человеческое отношение к ребенку.

— Сейчас говорят о повышении зарплаты учителям...

— Эти копейки даже инфляцию не перекроют. Так что не надо об этом громко говорить. Учитель как был нищим, так и останется бедным.

Кого сократят?

— Известно, что во всех учреждениях культуры республики грядет сокращение на 10 процентов. Учителей ждет такая же участь?

— Сейчас хотят провести сокращение кадров и в образовании. Существует предписание Минфина республики о сокращении психологов, социальных педагогов, логопедов. Лет 15 назад эти специалисты, может быть, и не были так остро нужны в школах, но сейчас ситуация кризисная и без них мы работать не можем. Дети требуют логопедического, психологического сопровождения. Семья ребенка нуждается в социальном педагоге. Это специалисты с высшим образованием, которые за очень маленькую зарплату ведут огромнейшую работу. Сокращать их сейчас — безумие.

Я написала письмо главам местного самоуправления с просьбой сделать все для того, чтобы сохранить эти должности, но при этом не ставить их в штатном расписании, как "прочие" — вместе с уборщицами, вахтерами, что уже делают в некоторых школах по предписаниям районных финансовых органов. Это унизительно по отношению к специалисту, который является сегодня чуть ли не главным в социально нестабильном обществе, где требуется помощь ребенку и его семье. И я надеюсь, что наша республика не допустит уничтожения этих работников.

— Кроме психологов, логопедов и социальных работников, кто-то еще попадет под сокращение? Сегодня многие боятся слова "оптимизация"...

— У нас оптимизацию понимают как ликвидацию. И это неправильно. Оптимизация в сфере образования нужна. У нас далеко не всегда умеют считать деньги, например, когда отапливают пустующие помещения. Есть кадры, которые когда-то были достаточно вольно набраны: некоторые школы распухли от заместителей директоров. И в этом надо навести порядок. А к настоящим специалистам мы не должны прикасаться. Им нужно создать комфортные условия для нормальной работы.

Иногда нас обвиняют, что количество детей сократилось, а число учителей прежнее. Но классов-то меньше почти не стало! Пока эти классы есть, будут и учителя. Тем не менее каждый год детей становится меньше в среднем на шесть тысяч, и учителей становится меньше. Просто 24 процента учителей — это люди пенсионного возраста, они будут выходить на заслуженный отдых — это естественный процесс, и никакого специального сокращения специалистов проводить неследует.

— А число школ тоже сократится?

— Сейчас идет процесс перехода средних школ в основные — девятилетки,так как нецелесообразно иметь множество средних учебных заведений, не всегда готовых готовать давать хорошие знания старшеклассникам. Будутразвиваться и просто начальные школы (1-4 класс) с особыми условиями, с хорошим питанием и медицинским обслуживанием. Все это делается для улучшения качества условий обучения.

— Не первый год в стране идет модернизация образования. А в каких экспериментах участвует сегодня Карелия?

— Я считаю, чем больше экспериментов, тем больше проблем. Экспериментировать в образовании — дело неблагодарное. Эта сфера очень ранимая. Дети и родители относятся к этому слишком настороженно. Мы вошли в число регионов, которые ввели Единый госэкзамен для того, чтобы потом, когда ЕГЭ будет обязательнымдля страны, не оказаться белыми воронами. Но процедура ЕГЭ нас не очень устроила. Мы написали свои предложения в Министерство образования России и надеемся, что к ним прислушаются. Хотя наши дети сдали экзамен неплохо.

12 школ республики участвуют в эксперименте по новой структуре и содержанию общего среднего образования, где со второго класса дети начинают изучать информатику и английский. На этом эксперименты в Карелии заканчиваются.

Правительство опять ударит по нищим

— А о чем сегодня больше всего болит голова у министра образования Карелии?

— Основная наша проблема — училища профтехобразования. Сейчас их в республике 21. Они финансируются из федерального бюджета. Там обучаются около 10 тысяч подростков. Минфин России переводит профтехучилища на карельский бюджет. Из 270 миллионов, выделяемых на содержание этих учебных заведений, из федерального бюджета нам дадут только 70, остальные 200 мы должны найти сами. Но таких денег у нас нет. И с 1 января нам придется "распустить" две трети учащихся профтехучилищ. Я считаю, что это преступление!

Если бы такое решение российское правительство приняло по высшему образованию, я бы не очень волновалась. А кто сегодня учится в профтехучилищах? Это дети из бедных семей, социальные сироты, ребята с проблемами в поведении и обучении. Получается, что государство опять наносит удар по самым незащищенным людям — нищим, безработным, неполным семьям. Куда пойдут эти дети? На улицу?

— Ну а Вы что-нибудь делаете, чтобы не допустить уничтожения училищ?

— Мы были в Москве в Министерстве образования России, в Минфине, но взаимопонимания с чиновниками высокого уровны пока не нашли. Но сдаваться мы не собираемся. А в следующем году в Карелии — бум выпускников. Мест в профтехучилищах понадобится еще больше. И в это время принимается решение об их сокращении!

— В последнее время все чаще говорят, что к новому году в кресле министра образования республики будет сидеть другой человек...

— Все пять лет, что я здесь работаю, кто-то пытается меня снять с работы. Хотя официальных подтверждений этому пока не было, я готова к тому, что меня могут в любой момент попросить.

— И Вы покинете свой пост без сожаления?

— Нет. Я не хотела бы уходить именно сейчас, потому что создана замечательная команда в министерстве и мне нужно, чтобы за этими специалистами остались рабочие места . Если их уберут из министерства, я не гарантирую, что у карельского образования будут развитие, качество и заступники. Могут придти те, кто будет послушно выполнять стандарт, сокращать, ломать.... Хотя уверена, что в Карелии есть люди, которые способны стать хорошими министрами.