В мастерской члена Союза художников России Ирины Теремовской довольно тесно, но стены тотчас раздвигаются, едва вы бросите взгляд на ее картины. Кижи, озаренные небесным светом, на фоне старинной храмовой иконы... Летящие в золотой утренней воде дельфины... Мир древнего Египта... Сегодня никто не верит, что в первом классе у Ирочки Харченко из Сортавалы была одна-единственная тройка... по рисованию. И не случись у первоклассницы одной судьбоносной встречи, все в жизни Ирины могло пойти по-другому. Но судьба привела на открытый урок рисования в Сортавальской школе художника Кронида Гоголева. Взглянув на один из рисунков Иры, живописец сказал: "Этой девочке надо учиться в художественной школе".

Трепетный огонь творчества

— Кронид Александрович — это не просто учитель, он человек, чью философию, чей дух, чье мировосприятие ты полностью принимаешь, — говорит Ирина Теремовская. — Более того, они становятся единственным мерилом всего окружающего. Художнице вообще везло на встречи с отличными педагогами и замечательными людьми. Так случилось и в 1977 году, когда она вместе с родителями переехала из Сортавалы в Петрозаводск и стала учиться у Натальи Борисовны Баженовой.

Но правду говорят, что у нас в России, чтобы стать настоящим мастером, обязательно надо пройти через длинный ряд неурядиц, сомнений и терзаний. Возможно, это Господь проверяет тех, кого щедро одарил, на стойкость, жизнелюбие и верность избранной стезе. Не миновала чаша сия и Ирину. После школы раз за разом поступала она в московские и питерские вузы, но каждый раз терпела поражение. Увы, далеко не всегда те, кто вершат судьбы юности в приемных и экзаменационных комиссиях, способны разглядеть в провинциальной девочке, как в нашем случае, трепетный огонь творчества.

Но юность обладает чудесным даром — смотреть только вперед и верить в свою звезду. Немалую роль при этом играет и поддержка близких людей, а они у Ирины были и есть. Это, в первую очередь, родители, школьный товарищ Юра, ставший чуть позже ее мужем и верным помощником во всех делах, и педагоги, учившие ее не только живописи, но и умению не бояться трудностей. Та же Наталья Баженова посоветовала и помогла Ирине поступить во Владимирский педагогический институт имени Лебедева-Полянского.

Неоценимый опыт

Древний Владимир поразил Ирину с первых шагов. К примеру, факультет, на который поступила Ирина, находился в здании старой гимназии, а напротив него скромно и величественно стоял Успенский собор, построенный в XI веке. "Владимир — это устоявшаяся школа живописи, графики. Это стародавние традиции, без знания которых практически невозможно двигаться вперед, — вспоминает Ирина. — Мы с подругой Наташей бывали в студиях и мастерских художников, на выставках, нам все было интересно".

Получив 70 рублей стипендии, Ира с подругой оставляли на пропитание по рублю на день, а остальные деньги тратили на приобретение книг, на поездки в Москву, где по 7-8 часов выстаивали в очередях за билетами на выставки импрессионистов, модернистов, абстракционистов и других течений в живописи... Свою учебу Ирина закончила в Ленинградском институте им. Герцена. Этот период жизни тоже был посвящен, помимо постижения секретов мастерства, знакомству с питерской школой живописи. А потом пришлось уехать в деревню с молодым мужем Юрой, получившим распределение в Тумбскую школу Муезерского района. Этот период жизни произвел на Ирину очень тягостное впечатление, и единственное, чем утешала и утешает себя она, это то, что все в этой жизни дает нам неоценимый опыт, который невозможно почерпнуть ни в одной, даже самой умной книге.

"Не буду писать то, что называю "лажей"

Сейчас с творчеством Ирины Теремовской уже знакомы любители живописи во Франции, Голландии, Германии... А в Петрозаводске? Ни одной большой персональной выставки в своем городе — это опять не что иное, как подтверждение известной фразы: "Пророков нет в Отечестве моем". Впрочем, Ирина не унывает, она давно сделала вывод, что в нашей жизни, как в популярной ныне телепередаче "Слабое звено", очень часто к пьедесталу пробиваются посредственности. Но зрителей это не обманывает, люди хорошо видят, кто действительно чего-то стоит, а кто просто использует момент в борьбе за выживание.

— В юные годы я думала, что обязательно пробьюсь, чего бы мне это ни стоило, но быстро поняла, что люди вокруг зачастую вовсе не такие, как в книгах. Что нужно искать компромиссы, уметь договариваться. Что ж, готова и на это. Единственное, в чем никогда не буду идти на компромисс, — это мое творчество. Никогда не писала и не буду писать то, что называю "лажей"! — так говорит Ирина Теремовская сейчас, и столько силы чувствуется в словах этой хрупкой на вид женщины, что они не вызывают никаких сомнений в искренности сказанного.