Партнеры:
|
|
|
|
Счетчики:
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Дедушкины браздыПервый президент России отметил своё 75-летие.  Дача Бориса Николаевича Ельцина в Барвихе. Солнечное морозное утро 1 февраля. Экс-президент не спеша прогуливается по дорожкам. На нём тёплый тулуп, на голове мохнатая шапка. Иногда поднимается лёгкий ветерок, с веток осыпается снег. Чирикают воробьи. Тишина, красота. - М-да... - произносит Борис Николаевич, с удовольствием втягивая покрасневшим носом холодный воздух, - лепота, понимаешь! Борис Николаевич движется вразвалочку, груз прожитых лет уже не так давит на его плечи. Борис Николаевич размышляет. - Однако мне семьдесят пять! - говорит, остановившись, президент и смотрит, щурясь, на солнце. - Вовремя я того, Володе передал бразды... А то бы сейчас, понимаешь, не ходил бы тут, не глядел на воробьёв. Борис Николаевич сует руку в карман тулупа, вынимает горсть семечек и сыпет их на дорожку. Воробьиная стая тут как тут, поднимается драка. - Вот, черти, все вы такие, - посмеивается Борис Николаевич, адресуясь непонятно к кому, - порвать готовы друг друга ради, понимаешь, куска пирога. Вовремя я того, с браздами распрощался. Вовремя! Не глядел бы я сейчас на этих воробьёв. - Боря, телеграммы! - кричит с порога дома Наина Иосифовна. - От кого? - деловито осведомляется Ельцин, неторопливо подходя к дому.. - Друг Гельмут прислал, от Клинтона есть, Жириновский поздравил, Зюганов, другие персоны. Телеграмм целый ворох. - Хорошо, хорошо... - усмехается Борис Николаевич, принимая телеграммы. - Тут мне Фрадков звонил, говорит, счастлив, и всё такое, здоровья желал... Президент вразвалочку опять удаляется под сосны, усаживается на скамеечку, читает наугад телеграмму. От Жириновского. "Борис Николаевич! Уверен, что сейчас Вы глубоко сожалеете о том, что стали Президентом. Это не принесло счастья ни Вам, ни Вашей семье, ни России..." - Гм, - морщится президент, жуёт губами, читает дальше. "Вас больше никто не проклинает и не ненавидит. Теперь Вы просто добрый дедушка, и это - счастье. Вы сбросили с себя тяжелую ношу - обязанность управлять страной и избавились от страшной миссии - быть частью силы, что вечно хочет блага, но вечно совершает зло." - Это кто ж меня проклинает? - задаётся вопросом Борис Николаевич и недоумённо глядит себе под ноги. - За что? Ну с приватизацией некоторая осечка вышла, не доглядел, а ведь в остальном - свобода, пользуйся! Телеграмма Жириновского летит под ноги президента. Зюганов пишет: "Поздравляю, конечно, но за такие реформы, что вы учинили в многострадальной России, вас бы, будь вы не здесь, а в США, давно бы усадили на электрический стул!" Зюганов падает под ноги президента. Подлетевшие воробьи осторожно пробуют телеграммы на вкус. - Кыш, кыш! - машет рукой Борис Николаевич. - Этого нельзя кушать, тут, понимаешь, столько яда розлито, что не будь я свердловской закалки... Прочту-ка я что-нибудь положительное. Гельмут Коль пишет: "Дорогой мой камрад Борис! Гутен таг! Желаю тебе здоровья и всяческих успехов! Благоденствуй! Я тут, например, в Германии, благоденствую. С утра кофе пью, в обед нам фрау Марта подаёт свиную ножку..." - Я кофе теперь не пью, - улыбается президент, - да и водку тоже... стараюсь не пить. Ай да Гельмут, настоящий друг! Надо будет махнуть к нему на Рейн, набраться впечатлений. Телеграмма друга Гельмута заботливо прячется в глубоком кармане. - Так, а что же Билли? - вопрошает Борис Николаевич, поднося поближе к глазам послание из Америки. "Мистер Борис Николаевич! Поздравляю от лица всего нашего американского сообщества. Но хочу сказать, что меня тут тоже травят помаленьку. Подкузьмила меня эта кукла Моника, куда ни явишься, непременно намекнут, язви их в душу... Только тем и спасаюсь, что в саксофон дую." - Держись, Билли, - улыбается президент, - с бабами надо всегда держать ухо востро! На то они, понимаешь, и бабы, чтобы нас, президентов, в смущение вводить. Борис Николаевич медленно поднимается, идет к дому. Снег скрипит под его ногами. Следом за ним летят воробьи. Подойдя к крыльцу, президент заглядывает в окно, на кухне хлопочет жена. Он, улыбаясь, стучит по стеклу. Наина Иосифовна оборачивается и тоже улыбается. - Вовремя я того, бразды передал! - говорит громко президент. Жена показывает руками, что не слышит. - Я говорю, - повышает голос Борис Николаевич, - вовремя я от этих браздов избавился! Супруга согласно кивает головой. - Ну ладно, - вздыхает президент, - пора собираться в Кремль, к другу Владимиру. Посмотрю, как он меня, старика, чествовать будет... Автор: Игорь Пей-Разумовский
| ||
|
Если вы заметили орфографическую, стилистическую или другую ошибку на этой странице, просто выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter.
|