Анатолий Илларионович, гаишниками не рождаются?

Как сказать... Когда я родился, дедушка напророчил: Будет офицером! , и не ошибся. В 1956 году я закончил Новочеркасский политехнический институт. Всем отличникам предложили работу в милиции. Тогда как раз укрепляли органы. У меня был выбор: юг, Дальний Восток или Карелия. Я побежал в институтскую библиотеку и проштудировал энциклопедию. Остановился я на крае непуганой дичи, бескрайних лесов, семидесяти пяти тысяч озер... . Когда я рубанул своей девушке, что еду в Карелию, она пришла в ужас: Куда тебя несет? Туда Петр I каторжников гонял... . Но даже протест будущей жены меня не остановил. Так я оказался в Петрозаводске, тут и остался. Хотя ни жене, ни дочке не подходил местный климат.

Но жена все-таки смирились со своей участью?

Мы были знакомы еще с Ростова, можно сказать, со школьной скамьи, и с тех пор вместе. Причем специальности у нас совершенно полярные. Она с трудом переносила транспорт, ее укачивало, а я не переносил продукцию предприятия, на котором она работала. Заведующая лабораторией ликеро-водочного завода и госавтоинспектор вот такая пара. Когда я заходил за ней после работы, у меня голова шла кругом от винных паров. К алкоголю я всегда был непримирим.

Доставалось, наверное, от вас подвыпившим водителям по первое число?

И не только водителям. У меня на это дело особый нюх. Когда ко мне в кабинет приходили люди, выпившие накануне хоть чуть-чуть, я просто их не принимал. Причем независимо от того, какую должность они занимали. Я даже родному брату сказал: Если когда-нибудь у тебя возникнут неприятности из-за этого дела, помогать не стану . Ну и водителей, разумеется, наказывали по всей строгости. Едешь, бывало, по трассе, смотришь, машина на обочине стоит. Остановишься и к кабине. А там водитель со стаканом в руке. Права отбирали безо всяких разговоров.

Строго. Попасть в ГАИ в то время означало иметь какие-то блага?

Через месяц мне, двадцатичетырехлетнему, выделили комнату. На первой должности старшего госавтоинспектора, получал на 5 рублей больше обычного инспектора.

Пять рублей великие деньги. А сколько же была зарплата у госавтоинспектора?

Восемьдесят рублей. В службе ГАИ у нас на двенадцать человек была одна грузовая машина со спаренной кабиной. Очень повезло с коллективом: Кюршунов, Брыкин, Мурзин, Николаев. Ребята стояли друг за друга горой, и меня этому научили. Через какое-то время за мной закрепили мотоцикл и чалнинскую трассу.

Потом снова учился на милиционера, стажировался в союзных республиках. Уже тогда предлагали переехать из Петрозаводска. Мог устроиться преподавателем в Харьковское военное училище, советником в Йемен, на Кубу... У них тогда только формировалась полиция.

Заманчивые предложения...

Удивляет, что не принял? Меня всегда поражали люди, которые скакали с одного места на другое. Это не в моем характере. Если работа, то на всю жизнь, если коллектив, то один. И только две записи в трудовой книжке: принят, уволен. В те годы служба ГАИ находилась на площади Кирова. А в городе было много гужевого транспорта. И арестованные лошади привязывались прямо к электрическому столбу. Телеги, возницы, машины все в одну кучу.

Много чего было. Достаточно сказать, что я работал при четырех министрах внутренних дел.

Первый из них вас и назначил?

В тридцать лет мне предложили возглавить республиканскую ГАИ. Готовил меня сам министр, потому что утверждать должна была Москва и две предыдущие кандидатуры столичное начальство отклонило. А я думаю, какой из меня начальник, когда людям с майорскими погонами отказали? Но вот случилось.

Кстати, о погонах. Во время вашей службы форма часто менялась?

Одиннадцать первых месяцев службы я ходил с погонами рядового. Форма по качеству офицерская, а погоны рядового. Идешь с женой по улице под ручку, кругом шепчут: Смотрите, милиционер девушку арестовал! . Звания тогда присваивались очень долго, все шло через Москву. Это сейчас до подполковников дослуживаются прямо на местах. Зато форма менялась очень часто.

Начинали вы с лошадей, а что потом?

Я застал еще четыре газгена . Это газогенераторные машины, которые работали не на бензине, а на дровах. Впервые размечали проезжую часть уже при мне вручную кисточкой, потом появились каретки, пластик. Затем в асфальт стали укладывать алюминиевые кнопки, технология отрабатывалась очень долго кнопки выскакивали, люди на них скользили. Первые светофоры появились еще до моего прихода. Никаких стаканов тогда не было, гаишник стоял у пульта и переключал свет. На смену им пришли механические автоматы, а потом уже электронные. Был у нас такой инженер-электрик Сергей Перминов, он организовал импровизированную лабораторию в подвале дома. А сейчас все компьютеризировано, целый этаж в ГАИ под это приспособлен.

Изучение причин аварии сейчас тоже автоматизировано, а мы изучали ситуацию по тысяче карточек. Проанализируешь аварию, заодно и для себя сделаешь выводы, как для водителя.

Кстати, водителем я стал только здесь...

Кто экзамен принимал?

Тогдашний заместитель начальника ГАИ Диль и Мурзин. Получил я посредственно навыков не было. Единственное, что умел делать виртуозно, это управлять мотоциклом. Еще в институте подрабатывал на стройке, чтобы купить его. И накопил на Иж-350. Гонял по проселочным дорогам, сначала, конечно, без прав.

С автомобилями удалось подружиться?

Ну конечно. Объездил всю Карелию. А рядом с водителем сидеть не могу, какой бы он ни был опытный. Откуда знаешь, что у человека на уме? Поэтому, уже будучи начальником ГАИ, управлял автомобилем сам, а водитель рядом сидел, на случай, если что сломается. Начнешь засыпать, руль передашь, не успеешь оглянуться, уже не на той дороге или еще хуже в кювете. Такие уж дороги были. Никаких знаков. Местный люд подскажет, как ехать, по приметам: тут береза, там мостик, дальше затонувшая машина: так и добирались вслепую.

Кстати, сразу после того как меня назначили начальником ГАИ, к нам приехала комиссия из Москвы. В результате проверки составили акт: В Карелии автомобильных дорог нет . Оказывается, ни одна дорога до этого не строилась как автомобильная.

А на личный автомобиль я очень долго копил деньги. Сначала был горбатый Запорожец , но я его брату отдал. Уже двадцать один год служит мне УАЗик верой и правдой.

Вы были счастливы в профессии?

Да. Госавтоинспекция единственная служба, которая касается без исключения всех. Вышел на улицу, ты пешеход, сел в машину пассажир, управляешь автомобилем водитель.

Мне довелось сделать первые движущиеся съемки, когда мы только начинали агитацию и пропаганду, руки дрожали с аппаратом. На телевидении выступал одним из первых, жена мне потом сказала: Здорово ты кричал . А я волновался, думал, чем громче говоришь, тем слышнее будет.

Много ездили. Приезжаешь куда-нибудь в глубинку, там начальника ГАИ в глаза не видели. В клубе собирается весь поселок. Часа два рассказываешь, показываешь разбитые машины... Им интересно. Если пьяный вваливался, его без разговоров выкидывали из зала.

Потом пришли диапроекторы, с ними я вообще не расставался. Карелия одной из первых начала снимать фильмы. Шел такой фильм по всей стране, а мне потом однокашники говорили: Видели в титрах капитана Мордасова .

Люди, с которыми вы работали, поддерживали ваш энтузиазм?

Конечно. Я старался встретиться со всеми молодыми ребятами, которые приходили к нам на работу. (Кстати, начальник главного управления ГАИ МВД РФ Владимир Федоров считает Анатолия Илларионовича своим учителем, долгое время работал он под его началом). Если человек не видел ничего дальше своего носа, мы быстро с ним расставались.

Анатолий Илларионович, я понимаю, что за время вашей работы аварий была масса. Может быть, вспомните самую крупную из них?

Самая крупная, пожалуй, костомукшская. Город тогда только строился. Икарус Скания с финскими рабочими въехал на нашу территорию. Водитель отвлекся, и автобус врезался в КрАЗ, стоящий на обочине. Девять человек тогда погибли, остальные были в очень тяжелом состоянии. Дело было еще при Косыгине. Он приносил соболезнования родственникам погибших. С должностей сняли всех: от начальников до самых низов. Нашу службу спасло только то, что этот участок дороги обслуживал финский полицейский. Водитель тоже был не наш, его судили и наказали условно. Очень большие неприятности были тогда у той финской школы, которая выдавала ему права...

Контроль за действиями ГАИ тогда строгий был?

Иногда мне казалось, что даже излишне. Строго было с оружием. Это сейчас с пистолетами ходят даже постовые, а раньше оружие выдавалось только в самом крайнем случае, и то за провинности наказывали всех, невзирая на лица.

Представительницы слабого пола были у вас в подчинении?

У нас был целый женский взвод под командованием мужчины. Принципиальней их не было. Пьяные сталкивали их с подножек автомобилей, а они держались до последнего. Пока не задержат, не успокоятся.

Был как-то такой случай. Прошло много времени, и я, к сожалению, уже не помню фамилию девушки. Прибегает она в отделение, руки трясутся. Задержала пьяного водителя. Тот кинул ей 33 рубля и убежал. Вычислили мы эту машину, принадлежала она одному из сортавальских предприятий. Выехали на место, собрали всех водителей, побеседовали. А потом попросили остаться того самого лихача. Расписался он в получении тридцати трех рублей, а права мы изъяли.

С угрозыском вам приходилось сотрудничать, задерживали особо опасных преступников?

Вообще, страшные моменты стараюсь не вспоминать, но, к сожалению, было и такое. Дежурил я как-то по министерству, и поступило сообщение: в Деревянном идет стрельба. Выехали. В доме, где проживали четыре семьи, заперся преступник. Застрелил из ружья своего отца за то, что денег на бутылку не дал, и выстрелил из окна в прохожего. Потом нанес в дом канистры с бензином и собрался его поджечь.

Добирались до него через чердак. Надо было как-то спасать людей. Участковому пришлось применить оружие. Потом, когда преступника уже повязали и отвезли в больницу, он грозился еще и мать застрелить, когда из заключения освободится... Спасибо судьбе, самому стрелять в людей мне никогда не приходилось.

Анатолий Илларионович, такая жизнь за плечами. О многом мы поговорили, еще больше осталось недосказанным. Напоследок раскройте тайну, какая награда для вас самая дорогая?

Действительно, всего было много: и нареканий, и наград. Мне повезло быть первым инженером, первым полковником и первым заслуженным работником МВД СССР. Но самая дорогая из них, пожалуй, это то, что я еще жив.

Мы поздравляем вас, Анатолий Илларионович, с 65-летием. Дай вам Бог здоровья и долгих лет жизни.