А то, что в начале 1990-х годов алкогольный бизнес в России был гораздо прибыльнее, чем нефтедобыча или наркоторговля?

Такие интересные факты можно найти в книге, тема которой близка и родственна, как это ни печально, почти каждому жителю России. "Веселие Руси. История алкогольной проблемы в России" — так называется работа петрозаводского историка Ирины Такала, вышедшая в свет в Санкт-Петербурге в прошлом году.

СУХОГО ЗАКОНА НЕТ, НЕ БЫЛО И НЕ БУДЕТ

Теперь у пропившего всю зарплату мужа есть довольно весомая отговорка перед злобной женой — он смело может все валить на родное государство. Главная проблема вечно злоупотребляющего народа, по мнению Ирины Такала, в отсутствии грамотной алкогольной политики.

Как показывает практика, сухой закон, который в разное время вводился в некоторых странах, ни к чему хорошему не приводил. В России сухого закона никогда не было, хотя мифы такие существуют. Обычно во всех книжках пишут, что в Советском Союзе с 1914-го по 1925 год был сухой закон. На самом деле, хотя продажа водки и была запрещена, в советское время даже в период радикальной борьбы за трезвость — а пьяниц в Красной армии в годы гражданской войны иногда расстреливали — все равно разрешалась торговля слабыми алкогольными напитками, сухим вином и пивом.

По сути российское государство алкогольная отрасль всегда интересовала исключительно как источник дохода. В царское время прибыль от продажи алкоголя составляла до 40 процентов всех доходов государства, в советские времена — до 25 процентов. От проблемы алкоголизма государство сознательно отстранялось. Изредка возникающие в стране трезвеннические движения — а было и такое! — развивались только в нужном государству направлении, а если и выходили из-под контроля, их быстро прикрывали. Как, например, крестьянские антиалкогольные бунты, которые прокатились по всей России в 1850-х годах. Крестьяне громили кабаки, пытаясь изгнать виноторговцев, спаивающих народ. Царское правительство силой подавило эти бунты.

РОССИЯ — ВОДОЧНАЯ СТРАНА

Есть винные страны, где больше всего издавна употребляли виноградное вино. Это Франция, Италия, Испания, Южная Америка. Есть страны пивные, где растут злаковые культуры и хорошо налажено производство пива: Германия, Польша, Чехия, некоторые области России. На севере — в Скандинавских странах и в России — с древних времен пили мед, который добывали в дуплах тогда еще не вырубленных деревьев; медовый напиток был основным. В XVI веке человечество научилось готовить крепкие алкогольные напитки. И если в винных и пивных странах предпочтение все равно отдавалось традиционным вину и пиву, то в северных странах вместо меда люди стали употреблять что-нибудь покрепче. В России это было хлебное вино, первое название водки, которое бытовало до 20-30-х годов ХХ века. Таким образом, Россия превратилась в водочную страну, так же как и Скандинавские страны, Финляндия.

Вообще же активное пьянство, по словам Ирины Такала, начинает нарастать во всем мире не так давно — примерно с XVI века. То есть всего 400 лет пьянства. В общем, действительно немного, при том что слабоалкогольные бродильные напитки насчитывают около 30 тысяч лет.

В КАРЕЛИИ ПИЛИ МАЛО. КОГДА-ТО...

В конце XIX — начале XX века в Карелии крепкие спиртные напитки почти не употреблялись. Карелы пили квас, чай, реже — кофе. Из спиртных напитков им были известны вино и водка, а в древности — пиво. Самогон никакого распространения не имел. Какое-то время жителей Олонецкой губернии от алкогольного засилия спасали отдаленность и неосвоенность края, отсутствие дорог, крупных промыслов и производств. Правда, по числу питейных заведений Олонецкая губерния оказалась в первой пятерке по России — 207 питейных заведений в 1859 году на почти 300 тысяч человек. Однако бойкой торговли спиртным не было, потому что в губернии не было винокуренных заводов, а по количеству привозного вина Олонецкая губерния была на последнем месте в стране. В 1859 году в Олонецкой губернии было самое низкое в стране душевое потребление сорокаградусного полугара — 1-0,25 ведра на человека (1,2 л абсолютного алкоголя). Это в три раза меньше, чем в целом по России.

Но затем карелов в некотором роде постигла судьба колонизированных индейцев. Чем больше земля осваивалась эмигрантами из средней России, тем шире развивался алкогольный бизнес и росла популярность алкоголя среди населения. Осенью 1897 года в Петрозаводске начинает действовать первый государственный винный склад, где изготовлялась водка. В 1913 году по уровню потребления Олонецкая губерния переместилась с последнего на 49-е место среди 74 губерний. Карелы полюбили "огненную воду", как когда-то индейцы Северной Америки.

В отношениях северных народов к алкоголю есть своя специфика. Есть народности, которым в силу биологических особенностей нельзя употреблять алкоголь. Например, специалистами было подмечено, что ненцы и эскимосы спиваются очень быстро, фактически с первой рюмки. Потому что в силу ферментативных особенностей организм не может бороться с негативным воздействием алкоголя, поступающего в организм. Поэтому среди ненцев около 60-80 процентов алкоголиков. У финно-угорских народов тоже есть чисто биологическая предрасположенность к алкоголизму.

СТО ГРАММ С УТРА — ВЕСЬ ДЕНЬ СВОБОДЕН!

На вопрос: "Что вас больше всего поразило в вашем исследовании?" Ирина Такала ответила: "Честно говоря, я совершенно не ожидала, что книга кончится так мрачно, что будет такой печальный финал. Но когда я занялась изучением 1990-х годов, оказалось, что ситуация сейчас просто катастрофическая".

За последние сто лет когда-то непьющие карелы по потреблению алкоголя "вышли на российский уровень". Ура, нам есть чем гордиться.

"Об истинном положении дел в алкогольной сфере и о степени распространенности пьянства и алкоголизма в России и в Карелии после 1991 года можно только догадываться, так как состояние медицинской статистики не позволяет создать реальную картину", — говорится в книге "Веселие Руси. История алкогольной проблемы в России". Более или менее правдивое представление о ситуации можно все же составить по ряду показателей, которые трудно скрыть от учета, таких, например, как динамика алкогольных психозов, цирроз печени. С 1990 года в Карелии резко выросла заболеваемость алкогольными психозами. В 765-тысячной Карелии сегодня на 100 тысяч населения приходится почти 167 больных алкогольными психозами.

Неудивительно, что сухие цифры республиканского комитета по статистике отличаются от данных экспертов-медиков. К примеру, по официальной статистике, среднедушевое потребление алкоголя в Карелии в 2001 году — 7,8 л абсолютного алкоголя (спирта). Это 19,5 литра, или 39 бутылок водки в год. Эти цифры кажутся детскими играми по сравнению с данными экспертов-медиков. В год, пишет Ирина Такала, каждый житель Карелии, включая женщин и детей, выпивает 20-25 литров абсолютного алкоголя. В переводе на водку это 50-62,5 литра, или 100-125 бутылок водки. Это в среднем 10 бутылок водки в месяц или 2,5 бутылки водки в неделю. Повторюсь — НА ЧЕЛОВЕКА!

По подсчетам специалистов, алкогольный бизнес в начале 1990-х годов был самым выгодным занятием в России. Он был гораздо прибыльнее, чем нефтедобыча или наркоторговля. Отмена государственной монополии на алкоголь привела к абсолютной его доступности для населения. И к потере реальных доходов для государства. В конце XX века алкогольный бизнес приносил всего 2-3 процента бюджетных доходов (сравним с 40 процентами в царское время).

Вывод из исследования алкогольной истории России у карельского историка таков: страну может спасти только грамотная алкогольная политика государства. Сейчас же Ирина Такала занялась культурно-антропологическим аспектом алкогольной проблемы в России, видимо, не оставляя надежды понять, почему именно русская нация считается самой пьющей нацией в мире.