Газета Русский Курьер :: Тенденция, однако...

Полвека назад Никита Хрущёв развенчал Сталина. За это время страна пережила две попытки модернизации - Горбачёва и Ельцина. Оба раза с печальным для большинства результатом. Теперь это самое большинство ностальгирует по сталинскому "порядку"

Почему нам больше не нужна хрущёвская "оттепель".

На закрытом заседании XX съезда КПСС 25 февраля 1956 года Никита Хрущев выступил с докладом "О культе личности и его последствиях". И хотя Хрущев критиковал не систему в целом, а только личность Сталина, доклад положил начало массовой реабилитации политзаключенных в СССР и "оттепели", а заодно вызвал антисоветские выступления в Польше и Венгрии. Хрущев - давний персонаж политических анекдотов. Однако страна ему обязана многим. В том же 1956-м он отменил закон, запрещавший самовольный переход на другую работу, повысил зарплату в госсекторе, снизил пенсионный возраст некоторым категориям работников, вдвое увеличил пенсии по старости, отменил обязательные государственные займы, обдиравшие население, выдал паспорта колхозникам. Милли-оны людей из коммуналок с длинными полутемными коридорами, напоминавшими тюремные бараки, переехали в отдельные, хотя и малогабаритные квартиры.

Анна Ахматова писала, что одна Россия вышла тогда на волю из лагерей, а другая Россия ее встретила. Эта встреча была крупнейшим откровением и катарсисом века. В этот период были открыты многие ныне существующие толстые журналы: "Урал", "Юность", "Вопросы литературы", которые образовали поле для дискуссий. Незнакомое ранее чувство свободы породило по-своему уникальное поколение людей - правозащитников, ученых, художников и писателей, которых принято называть "шестидесятниками", - Окуджаву, Ахмадулину, Вознесенского, Евтушенко, Рождественского, всех не перечесть. Известный литературный критик Наталья Иванова относит к этой категории всех, кто творчески раскрылся в эти годы, - и Синявского, и Искандера, и Пастернака, которого травили как раз при Хрущеве. И Бродского, и Глазкова, который писал про Сталина: "Он был в стране отцом любимым и мудрецом из мудрецов. Однако счел необходимым детей оставить без отцов". И все же подлинные "шестидесятники" не были диссидентами и революционерами, они были сторонниками поступательных действий. Ведь на Красную площадь в 68-м вышли всего 8 человек... Пражской весной шестидесятые и закончились, за ними последовала эпоха застоя, которую Михаил Горбачев назвал "неосталинизмом".

Как ни странно, но в год полувекового юбилея ХХ съезда есть все основания говорить и об откате к однопартийной системе, и о чрезмерной централизации власти, и об инертности общества, которое, похоже, утратило желание творить собственную историю. "Мы опять переживаем неосталинизм, - тревожно заявляет депутат Государственной думы РФ Владимир Рыжков. - При Горбачеве и Ельцине десталинизация продолжалась. При Ельцине КГБ разделили на несколько управлений. Сейчас идет постоянное укрепление этого ведомства. По телевизору идут сериалы, прославляющие подвиги силовиков. Историки признаются, что началось засекречивание архивов сталинского периода. На Аллее Неизвестного солдата у Кремлевской стены вместо города-героя Волгограда появился Сталинград". Правда, "неосталинизм" по Рыжкову получается не шибко серьезный. Согласитесь, если любой политик может с высокой трибуны тыкать власти, поучать ее и даже хамить, а ночью спокойно спать, не поджидая "воронка", то мы явно имеем дело с какой-то экзотической версией "неосталинизма". Впрочем, бросаться ярлыками всегда было популярной забавой среди российских политиков и интеллектуалов.

И все же... По данным Агентства национальных новостей, за 2003-2005 годы в 30 российских населенных пунктах восстановлены памятники Сталину, в том числе в Калининграде, Махачкале, Самаре, Беслане. Музеи вождя народов планируют открыть в Волгограде и Владикавказе. Да и к антисталинскому ХХ съезду отношение в обществе заметно меняется. Вот данные "Левада-центра": в 1989 году ХХ съезд КПСС причислили к самым значимым событиям века 10% опрошенных россиян. Каждый третий считал таковыми сталинские репрессии, каждый четвертый - перестройку и гласность. Через 10 лет к самым значительным событиям отнесли упомянутый съезд всего 4% россиян, репрессии сочли важнейшим событием 11%, а перестройку - только 16%. В 2000 году каждый пятый у нас считал, что Сталин был самым выдающимся русским лидером атомного века, и только 3% респондентов назвали Хрущева. А два года назад больше половины опрошенных (53%) отдали свой голос Сталину, который "сыграл в жизни страны положительную роль". Тенденция... Но объясняется она не тем, что махровые сталинисты ни с того ни с сего стали поднимать голову. Просто последние 15-20 лет, пытаясь покончить с тоталитаризмом, наши политики едва не покончили со страной и народом. Недаром, по данным "Левада-центра", 70% опрошенных россиян негативно относятся к эпохе "реформатора" Ельцина. И, естественно, на этом фоне экономические и внешнеполитические достижения, сделанные страной в эпоху "отца народов", выглядят более значительно, вызывая ностальгию даже у тех, кто не жил в те годы.

Создание адекватного образа прошлого в массовом сознании невозможно в принципе. Массовое сознание мифологично по своей сути. Такова его природа. Однако в России образ прошлого часто определяет и настоящее, и будущее. Это заметил кто-то из американских историков. Для среднего американца представления о США как о великой стране связаны в первую очередь с настоящим, а не с прошлым. Тогда как Россия сегодняшняя словно пребывает в коллапсе, но уж прошлым-то всегда может гордиться. В российском сознании живут то мифы о благополучной Российской империи, чье величавое течение было прервано революцией, то легенды о великой Сталинской державе, которая только благодаря ему и победила в великой войне. "Один из уроков нашей истории состоит в том, чтобы преодолеть увлечение крайностями, - сказал в эксклюзивном интервью "РК" Михаил Горбачев. - Коммунистическая диктатура и репрессии - одна крайность, чудовищные авантюрные предложения, в объятия которых мы бросились очертя голову (вроде шоковой терапии) - другая. Фактически это одно и то же большевистское насилие. Мы угробили нашу страну, положили ее на лопатки, разорвали на куски". Президент СССР знает, о чем говорит: именно им была запущена цепная реакция распада. Сегодня он полагает, что спасение - в реализации социал-демократического проекта, который, по Горбачеву, восстановит социальную справедливость в России. Что-что, а социал-демократический проект, из которого у нас почему-то рождаются в основном большевики, в ближайшем будущем стране точно не грозит.

Кстати, писатель Глеб Горышин в разгар перестройки предрек, что люди забудут миллионы сталинских казней, зато будут помнить сталинский "порядок", мощь великой страны и великого вождя, которого никто не смел, как Хрущева, называть пренебрежительно. А о Хрущеве будут сочинять анекдоты. "Какие вещи Хрущев не успел сделать? Построить мост вдоль Москвы-реки, объединить унитаз с ванной, пол с потолком, сделать уборную проходной, разделить министерство транспорта на два: "Туда" и "Обратно".

Надо признать, что в народном сознании такого события, как ХХ съезд КПСС, не существует. Хранит память о нем разве что вымирающая интеллигенция. Лояльное отношение к Сталину обратно пропорционально образованию: чем оно выше, свидетельствует тот же Левада-центр, тем меньше человек сталинист. По словам главного редактора журнала "Знамя" Сергея Чупринина, на последней московской книжной ярмарке разразился скандал из-за тенденциозных просталинских книг, коими были переполнены ярмарочные стенды. Почувствовав коммерческий успех темы Сталина, ее подхватили крупнейшие издательства, за что и попеняли им журналисты. И в этом тоже раздвоение сознания борцов за либеральные идеалы: рынок - это, дескать, хорошо, а когда рыночным товаром становится ностальгия по Сталину - это плохо.

Как бы там ни было, Россия все еще нуждается в интеллигенции как носительнице культуры и исторической памяти. Именно такую миссию несли и "шестидесятники". В этих людях блестящее гуманитарное образование сочеталось с верой в идеалы добра, в них не было того мертвящего прагматичного цинизма, которым грешит новая генерация интеллектуалов. Они обладали созидательной энергетикой, которой так не хватает нашему современнику. За это и достается. Евгению Евтушенко в наше время в стихотворении "Шестидесятники" даже пришлось оправдываться: "Мы для кого-то были "модными", кого-то славой мы обидели, но вас мы сделали свободными, сегодняшние оскорбители".