Газета Русский Курьер :: Шнапс допили и сдались

Партнеры:

Счетчики:

Шнапс допили и сдались

Даже спустя 60 лет мир открывает всё новые тайны, связанные со Второй мировой войной

Как последнее подразделение вермахта скрывалось от капитуляции в Арктике.

Одно из подразделений вермахта формально продолжало войну до сентября 1945 года. Мне довелось недавно ознакомиться с этой историей на чудом уцелевших кинокадрах, разысканных на заполярном острове. Для одного из "героев" начиналась она в весеннем Париже 1943 года.

18-летний солдат Зигфрид Цапка служил в оккупированной французской столице радистом взвода метеослужбы. Однажды в штаб части поступил секретный запрос - требовались добровольцы-радисты для выполнения "длительных особых заданий в условиях Арктики". Восторженный поклонник фюрера Зигфрид немедленно сообщил о своем согласии. Вскоре вместе с другими юнцами его отправляют в альпийское высокогорье, где в специальном тренировочном лагере обучают лепить снежные избушки, выбираться из ледниковых трещин, обходиться скудным провиантом и даже отражать атаки белых медведей.

Все одиннадцать кандидатов выдержали испытания. Остались они "верными фюреру и фатерланду" даже после того, как преды-дущая группа, отправившаяся на арктический остров на подводной лодке U-354, попала под бомбежку и погибла в море на 74-й широте. Новички могли отказаться, но они на двух кораблях добрались в августе 1944 года до острова Нордост севернее Шпицбергена. Их щедро снабдили не только метео- и радиоприборами, но и стройматериалами, запасом продовольствия, даже шнапсом, который солдаты принимали ежедневно перед сном, в расчете на год.

Так появился лагерь Haudegen на необитаемом арктическом острове. Под руководством командира, между прочим, человека не военного, а профессора географии Вильгельма Деге, солдаты собрали хижину в 50 квадратных метров, натянули маскировочные сетки и даже на случай атаки с моря заминировали кусок побережья, начав под покровом полярной ночи передавать закодированные метеосводки. В интересах абсолютной секретности все остальное, в том числе и обоюдная связь с родными и близкими, было строжайше запрещено.

Чтобы отвлечь юнцов от тоски по дому, разумный профессор быстро наладил учебу: преподавал литературу, физику, математику и даже музыку, благо удалось прихватить пару скрипок. Понемногу Вильгельм Деге, не разделявший идеологии нацистов, приступил и к критическому анализу библии фашистов - сочинения фюрера "Майн кампф". Сообщения из Германии становились все реже, правда, в одной из последних радиограмм спрашивали, готова ли станция проработать еще год? Ответили согласием, в основном потому, что удалось наладить охоту на оленей и тем пополнить запасы продовольствия.

Однако 2 мая 1945 года радист Хайнрих Эрих перехватил сообщение о смерти Гитлера, и впервые на острове подняли в знак верности фюреру флаг со свастикой - видимо, демократические убеждения профессора еще не оказали убедительного влияния на подчиненных. 8 мая, узнав из передачи английского радио о капитуляции Германии, решили событие отметить, но не шампанским, а горьким шнапсом "Штайнхегер" по случаю горького происшествия.

Через несколько дней связь с Большой землей полностью прекратилась. "И побежденным, и победителям, - вспоминает радист, - было не до нас". Вильгельм Деге забросил научные предметы и проводил все время с подчиненными в дискуссиях о демократии. Станция отправляла в эфир метеосводки без адреса и кода, не получая в ответ никаких откликов. Близилась полярная зима, настрадавшиеся от вермахта олени куда-то запропастились, продовольствие и шнапс, рассчитанные на год, таяли по мере таяния этого срока.

Решили сколотить лодку и добраться до Шпицбергена, но получилась - сам видел на кинокадрах - уж слишком ненадежная посудина. Тем временем британцы, чуть освоившись в Норвегии после военных хлопот, стали подумывать, как вывезти с острова немецких солдат. Никто добровольно плыть за ними не хотел, опасаясь встретить яростное сопротивление гитлеровских фанатиков-самоубийц. В конце концов, согласился норвежский ученый и мореплаватель Людвиг Альбертс. Не без опаски, на рыбачьем баркасе, с командой в восемь человек он добрался до Нордоста и, к великому изумлению, увидел на берегу своего знакомого по научным встречам Вильгельма Деге. Они обнялись и искренне троекратно расцеловались, чему и мне удалось через шестьдесят лет стать свидетелем благодаря кинокадрам.

Общая попойка продолжалась два дня. На третий день норвежец в задумчивости произнес: "Но ведь вы должны капитулировать?" Профессор положил бумагу на стол и написал: "Сдаемся безоговорочно". А что оставалось делать, ведь все было съедено и выпито, тем самым как бы подведен судьбоносный итог арктическому бытию, не упоминая уже о такой мелочи, как полугодовое крушение Третьего рейха. Вильгельм Деге, боясь, что их конфискуют англичане, закопал дневники и кинопленки, которые тридцать лет спустя отыщет его сын, тоже ставший ученым.

Автор: Рудольф Колчанов