Новая формула заколдованной тыквы

Уставшая от полупустых залов балетная общественность столицы наконец принимает 20 и 21 ноября с. г. в Малом театре премьеру "Золушки" - балета в 2 действиях в постановке Вячеслава Гордеева (театр "Русский балет", что дислоцируется в Кузьминках), с участием приглашенных солистов балета Мариинского театра Майи Думченко и Евгения Иванченко. Уникальная формула новой "Золушки", подобно дорогим, но едва слышным духам, призвана поразить даже разборчивую в своих пристрастиях Москву; позже спектакль поедет по России, к весне - посетит Европу.

На состоявшейся в Marriott-отеле пресс-конференции выдающийся русский танцовщик Вячеслав Гордеев, с 1984 года возглавляющий "Ансамбль классического танца", несмотря на канонаду вопросов, старался не раскрывать всех секретов постановки: иначе какая же это сказка, если все заранее известно? Впрочем, наверняка известен определенно счастливый финал, но до него... Страх, ожидание, тревога - не будем забывать, что С. С. Прокофьев писал "Золушку" во время Великой Отечественной войны, премьера балета состоялась на сцене Большого театра в ноябре 1945 года. Довести зрителя до столь тонкого чувствования, как через улыбку передать всепроницающий страх, а потом снова вернуться к улыбке, чтобы зритель ушел довольный и счастливый, - это даже не сверхзадача, это мечта, доступная очень неоднозначным в своих личностных основах балетмейстерам. Вячеслав Гордеев, почти по-детски увлекшись, стал описывать свой балет чуть ли не по мизансценам, но из его материалистического рассказа о декорациях, свете, художественно-звуковых решениях ни на миг не исчезало движение - он словно бы сам там танцует! Хотя как раз в последнем, то есть в нежелании играть в собственных спектаклях, он качественно отличается от иных постановщиков "Золушки".

Единственное, на что посетовал Вячеслав - это отсутствие живого оркестра: сажать с десяток музыкантов он не хочет, поскольку уйдет весь Прокофьев, а для цельного симфонического оркестра просто нет места. Что ж, посмотрим "Золушку" в записи (у дирижерского пульта Геннадий Рождественский).

Задник декорации представлен сценографом Юрием Устиновым, представляя собой плотную гобеленообразную сетку, которая легко пропускает свет, если он подается сзади, или легко отражает свет, если он бьет прямо в живописное полотно. Это принципиально простое, но в реальности недешевое решение, в отличие от новомодных лазерных или кинопроектных декораций, как раз позволяет играть со зрителем на полутонах, "вытаскивать" едва ли не интимные сцены, прописанные Прокофьевым, но впоследствии утерянные классиками - постановщиками балета.

Все: и костюмы, и декорации, и необычный свет - призвано "навести на резкость" каждое танцевальное па, что дрожит и извивается, следуя музыке, причем не внешней ее составляющей, как, например, бьют барабаны, так надо прыгать кузнечиком им в такт, - нет, Вячеслав исходит из глубинного понимания музыки, слушая ее, по собственному признанию, 24 часа в сутки, - просыпаясь под нее и засыпая... Это дает результат - ликвидируется фальшь, оставляется больше простора для зрительских впечатлений, оценок. Так какими же будут эти оценки?