Иван Гусев полностью оправдан. Продолжавшееся 15 месяцев уголовное преследование в отношении известного республиканского журналиста, обозревателя газеты "Столица", прекращено высшей судебной инстанцией России.

Напомним суть вопроса. В прошлом году в газете "Столица" вышла статья Ивана Гусева, поднимающая серьезную этическую проблему. Дело касалось судебного разбирательства, на котором в выигрыше оказалась сторона, представленная адвокатом Романом Таратуниным — сыном председателя Верховного суда Карелии Бориса Таратунина. В статье сообщалось, что на определенном этапе деятельность отца и сына пересеклась, и это, по мнению журналиста, подрывало авторитетность судебного решения и выглядело непрезентабельно с точки зрения морали.

Семейство Таратуниных посчитало себя оскорбленным и инициировало возбуждение против Ивана уголовного дела по статье за клевету (статья 129 УК РФ). Республиканская прокуратура ретиво провела расследование. По этическим соображениям, это дело не могло находиться в ведении местных судебных органов. Его рассмотрение было поручено Новгородскому городскому суду, что тот и сделал на выездной сессии. Новгородское правосудие признало Ивана виновным и назначило ему наказание — штраф в размере 150 минимальных размеров оплаты труда. Помимо этого, суд обязал Гусева выплатить 50 тыс. рублей моральной компенсации судье Таратунину и 20 тыс. Таратунину-адвокату. Всего же с учетом судебных издержек Иван должен был выплатить 87 тысяч рублей.

История Ивана Гусева получила поистине всероссийскую огласку, ею заинтересовались крупнейшие журналисты и адвокаты страны. Ни в коей мере не считая себя виновным, Гусев подал кассационную жалобу в Верховный суд РФ. В Москву на рассмотрение жалобы журналист и его адвокат Александр Карпинченко ехали в полной уверенности, что справедливость восторжествует.

Заседание кассационной инстанции, рассматривающей дело, состоялось 5 сентября в 10.00 утра. По словам Ивана, этим утром в здании суда на Ильинке он находился в мрачной компании уголовников. Наконец его вызвали. Для начала — опрос сторон. Прокуратура по-прежнему настаивала на справедливости приговора, Иван же утверждал, что невиновен. Когда судья Каримов начал задавать вопросы, уверенность жалобщиков в благополучном исходе дела несколько поколебалась: разговор велся весьма жестко, никакой доброжелательности судьи не излучали.

Наконец суд удалился на совещание. Вопреки обычной практике Верховного суда, оно заняло достаточно продолжительное время. В свое время новгородский судья 15 страниц приговора писал 40 минут, здесь же совещание длилось не обычные 5-7 минут, а около часа. По словам Ивана, из комнаты совещаний до них доносились обрывки спора, ведущегося на повышенных тонах. Иван с адвокатом скисли окончательно. Оставалась надежда, что хотя бы сумма выплат будет уменьшена.

Оглашенный вслед за этим приговор был ошеломляющ и краток, а по формату занял всего страницу: решение Новгородского городского суда отменить, дело в отношении Ивана Гусева прекратить. Ни причину прекращения дела, ни какие-либо юридические детали названы не были — как объяснили Ивану, все это придет потом. Да это сейчас и не важно. Важно то, что долг и правда оказались для судей важнее корпоративной солидарности.

Значение происшедшего переоценить трудно. Хотя в полной мере ощутить всю его масштабность могут только журналисты. Если бы приговор Новгородского суда остался в силе, понятие "свобода слова" в Карелии, а может, и во всей России, было бы просто ликвидировано. Был бы создан опаснейший прецедент. Судебные тяжбы со средствами массовой информации у нас не редкость, и зачастую они вполне обоснованы. Но преследовать журналиста по уголовной статье — подобного еще не было. Вряд ли бы простому смертному удалось натравить на Ивана прокуратуру. Но председателю Верховного суда республики отказать трудно...

Теперь же сложилась ситуация весьма щекотливая: в труднейшем положении оказался не только председатель Верховного суда Таратунин, но и прокурор республики Панасенко, давший добро на возбуждение дела, и следователи прокуратуры, и карельские судьи, привлекавшиеся в качестве свидетелей, и новгородские судьи, вынесшие приговор. Помимо морального аспекта в скандале — а это, как ни крути, скандал, может возникнуть и профессиональный аспект. В данный момент Иван рассматривает возможность подачи судебного иска за нанесение морального вреда и за незаконное уголовное преследование. По семейству Таратуниных это вряд ли ударит, их дело было предложить завести уголовное дело. А вот республиканская прокуратура вполне может "попасть под раздачу" — ее дело было отказаться.