Военная недостача

Сколько бы экспертов ни билось над военной реформой, путь у российской армии только один. А именно - глобальное сокращение. Никакие другие меры прокормить военных не позволят.

Гибель "Курска" вызвала взрыв не только общечеловеческих, но и специфических деловых эмоций.

Радетели военно-промышленного комплекса, уловившие в обещании президента возродить армию и флот и укрепить государство прямое указание на грядущий рост военного бюджета и связанных с этим оборонных заказов, немедленно оживились. Уже припомнили, что даже Ельцин собирался поднять долю расходов на оборону до 3,5% валового внутреннего продукта, уже обсуждается возможность пустить на те же цели найденные главой Счетной палаты Сергеем Степашиным 160 млрд. руб. ожидаемых в будущем году дополнительных доходов казны.

Конечно, здесь сплелись и коммерческий расчет, и политические интересы (недаром так активизировался лидер Движения в поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки коммунопатриот Виктор Илюхин), и искренняя озабоченность нынешним положением наших Вооруженных сил.

Армия, которая в течение года может позволить себе приобрести лишь пару самолетов и несколько танков, не в состоянии поддерживать должную боеспособность.

Военная промышленность, средний уровень заработков в которой чуть не вдвое уступает общероссийскому, теряет лучшие кадры. Только в 1997 году за рубеж уехали, по данным президента Лиги содействия оборонным предприятиям Анатолия Долголаптева, 100 тыс. человек. ВПК пока выживает только потому, что работает не столько на собственную армию, сколько на экспорт. Понятно, что его трудно считать надежной базой национальной безопасности.

Между тем латание накопившихся прорех способно поглотить гораздо больше средств, чем в состоянии выделить государство под давлением сколь угодно сильного военно-промышленного лобби.

К примеру, в наших ВВС требуют капитального ремонта более полутысячи самолетов и вертолетов, не считая отдельных двигателей и прочих агрегатов. Только на это понадобится более 10 млрд. руб. В прошлом году на эти цели было выделено 1,5 млрд.

Размазывание ограниченных средств на все армейские нужды (каждая из которых, разумеется, представляется неотложной) приводит лишь к тому, что удовлетворяются они частично, кое-как, и положение только усугубляется.

В последние две недели у президента была возможность глубже, чем прежде, вдуматься в проблему. Еще прошлой осенью, будучи на том же Северном флоте, у судостроителей Северодвинска, Владимир Путин говорил, что недопустимо резать на металлолом уже заложенные корабли, призывал строить подводные лодки, самолеты, делать ракеты. Теперь он сказал, что необходима более компактная армия и меньший флот.

И это единственно разумный подход. Платить больше и аккуратно, но меньшему числу военнослужащих. Заказывать меньше вооружений, но своевременно и лучшего качества (образцов такого оружия, не пошедшего в производство из-за финансовых ограничений, немало).

Вообще, расходы на оборону с чисто экономической точки зрения непродуктивны. Но в нашем случае они могут оказаться полезными, если достаточную их долю тратить на выплату долга оборонным предприятиям за уже выполненные заказы и на погашение задолженности армии перед теми, кто снабжает ее энергией, горючим, продовольствием. Хорошо известно, что это огромные суммы, тяжким бременем лежащие на всей нашей экономике.

В одном из сравнительно недавних документов, подписанном руководителями крупнейших оборонных предприятий, назывались такие цифры: правительство не доплатило по государственному оборонному заказу промышленности около 40 млрд. руб., а кредиторская задолженность самих предприятий превысила 100 млрд. Это в стране, претендующей на то, чтобы ее экономику считали рыночной. Что же касается армейского долга, то его оценивают в 50 с лишним млрд. руб.

Если государство всерьез начнет рассчитываться по своим обязательствам перед военными и оборонкой, волна расчетов прокатится по всей экономике - ведь это своего рода цепочка. Быть может, тогда генералы перестанут посылать автоматчиков на подстанции, чтобы энергетики не отключали ток в расположении частей, а губернаторы не будут перехватывать чужие составы с мазутом для оставшихся без топлива электростанций.

ВАЛЕРИЙ БЕГИШЕВ