Газета Русский Курьер

В жизни Фёдора Бондарчука немало "случайных" совпадений. В детстве он был уверен, что салют 9 мая дают в честь его дня рождения.

Его служба в армии началась с красноярской учебки. Через два года из этих мест собрали афганскую "девятку" - 9-ю роту

Но именно из штрафной роты вышло наибольшее число Героев Советского Союза. Режиссер-дебютант попытался понять, что же такого особенного было в этих людях.

- Меня не война интересует, а люди, мои ровесники, которые эту войну выиграли.

Когда наши войска вошли в Грозный, не было ни одной газеты, которая бы не написала: "На войну пошли 18-летние, необстрелянные парни". Но почему-то никто даже не задумался о том, что в течение 10 лет страна посылала своих необстрелянных детей в Афганистан.

Все-таки удивительное это явление - человек на войне! Несмотря на то что постоянно приходится сталкиваться со смертью, вся его жизнь проходит в мире иллюзий, абсолютно утопических, романтических и максималистических.

И постулаты находятся самые фантастические: любовь, братство, дружба - навеки. Пройдет вся жизнь, а ты все так же продолжаешь верить в солдатскую дружбу. Не только я прошел через это, многие питаются этими юношескими иллюзиями всю свою жизнь.

Армия напоминает съемочную площадку, там тоже возникает чувство внутреннего братства с коллегами. Все начинают друг другу помогать: кто-то сбил себе ногу или упал в обморок - все тут же спешат на помощь, оберегают, укрывают пледами. Это же абсолютное счастье. Братство единиц! А представьте ситуацию, когда рядом летят пули? Людей же объединяют светлейшие идеи! Правда, после опьянения счастьем наступает похмелье. И проблема постафганская и постчеченская состоит (может быть, это лишь мое субъективное мнение, но, похоже, я прав) не в том, что люди раскаиваются за совершенные убийства, а в том, что лишаются своих иллюзий.

Мирная жизнь настолько жесткая, что в ней нет места "солдатской дружбе". Государственная машина точно выбрала возраст призывника, когда юношеское сознание создает эту психологическую конфигурацию в армии и тем более при ведении военных действий. Восемнадцатилетний, не задумываясь, пойдет под пули, лишь бы его не назвали трусом, а тридцатилетний скажет: "А хрен с ним, пусть называют! У меня семья! Хорошо, я трус".

Был у меня хороший слоган к фильму, он мне очень нравился: "Это история о том, как наши парни выиграли войну в Афганистане".

- Почему же "был"? - Продюсеры посчитали, что не стоит конкретизировать географию.

Слишком размыто понятие "Я защищаю свою Родину", если находишься в Афганистане. С какой натяжкой звучит это "Исполнение интернационального долга"! Страна, я не знаю, проиграла она, выиграла, провалила кампанию, не получилось - как угодно, но парни выиграли свою внутреннюю войну! В фильме - история семи новобранцев. Это очень разные персонажи, и я ребятам сказал: "Вы несете любовь и товарищество друг к другу. Эти чувства должны идти от вас в зрительный зал". Я сам обжегся этим всепоглощающим чувством товарищества.

На сто человек и одного не найдется, который бы всю жизнь отдавал себя другим и получал бы то же самое. Во всяком случае, это невероятно сложно. Да и поколение сейчас другое.

- А как это поколение относится к войне? - Не знаю... Но фильм о войне снимал режиссер, которому очень хотелось его снять. Который 12 лет проработал в шоу-бизнесе, обожает высокотехнологичное производство, имеет наработанный кинематографический инструментарий и хочет применить новый способ съемки в большом кино! Наши герои - молодые, очень красивые парни, загорелые, накачанные. На них приятно смотреть. Девушки поведут своих парней на наш фильм, чтобы им тоже захотелось стать красивыми, мужественными, надежными.

- Снимали в Крыму, и в съемках участвовали войска украинской армии.

- И теперь в титрах к фильму не только все воинские части указаны, но и поименно каждый офицер и солдат - 300 человек! Обычно в титрах значится только один высокий "генерал-консультант". Но у нас на площадке все так старались ради общего результата - может быть, потому, что та война шла, когда мы были одной страной, и армия у нас была одна. На съемках сложились действительно товарищеские, близкие отношения. Ну, вот пришло время "шапки", так называют киношники банкет в последний съемочный день. И, знаешь, взрослые, сильные, суровые мужики все плакали... - И не было чувства "армии чужой страны"? - Нет, общались по-русски. У нас вообще интернациональная съемочная группа: немцы, финны, украинцы, питерцы, англичане, москвичи... И у меня нет проблем с языком. Вчера ролик к фильму озвучивал на русском и украинском: "Я - Федор Бондарчук. Я снял фильм "9 рота". Посвящаю его своему отцу Сергею Бондарчуку. Посмотрите мой фильм!" - Вы изменились, сняв свой фильм? - Да. Я вообще разный. Сейчас стал меньше обращать внимания на внешний вид. Все лето проходил в шортах и драной майке. Меня даже перестали называть модным словом "метросексуал" и поверили, что я могу сделать хорошее кино о войне.

Война и мир