Пьеса знаменитого бразильского драматурга Гильерми Фигейреду "Лиса и виноград (Эзоп)" с большим успехом прошествовала по театрам всего мира. Героическая комедия о древнегреческом мудреце Эзопе, подарившем нам удивительный иносказательный язык, не может оставить равнодушным. Наконец и петрозаводчане смогли насладиться постановкой замечательного произведения о свободе и рабстве, о чести и любви.

Стоило только подняться занавесу, как зрительный зал взорвался аплодисментами. Сценография Виктора Скорика поразила своим великолепием: белоснежные колонны, вода, падающая из золотой чаши в бассейн, роскошная утварь дома философа, голубой небосвод. На этом чудном фоне и разыгралась трагедия, лейтмотивом которой стало слово "свобода".

Игра актеров почти не разочаровала. Эзоп в исполнении Константина Пилипенко вызывает сострадание и восхищение мудрым, мужественным человеком. Все монологи баснописца выстраданы актером. В них и пафос, и глубина, и искренность. Но чего, несомненно, недоставало нашему Эзопу, так это иронии по отношению к своему господину Ксанфу. Волей режиссера этот персонаж не является сильной личностью, способной вступить в словесный поединок с баснописцем. В исполнении Станислава Бершадского Ксанф неумный, подлый, жадный человек, пекущийся лишь о том, чтобы о нем плохо не сказали люди на площади. Непонятно, как у такого "философа" могли быть ученики? В пьесе этот персонаж не обделен умом и не выглядит на фоне своего раба Эзопа таким ничтожеством, как в спектакле. Ну а полный крах философ терпит на глазах зрителя, когда Эзоп неоднократно повторяет: "Ксанф, выпей море!". Так что битвы титанов мысли в спектакле явно не получилось.

Агностос (Владимир Елымчев) и Мели (Ольга Лукашева) — не главные роли, но довольно яркие. Немногословный капитан стражи был очень искренен в сцене, когда он должен дать ответ дельфийским жрецам и тем самым решить судьбу Эзопа. Ольга Лукашева старалась убедительно сыграть образ служанки, влюбленной в своего хозяина. Но ни о каком соперничестве со своей хозяйкой Клеей и речи не могло быть. Актриса "Творческой мастерской" Наталья Мирошник блистательно справилась с ролью древнегреческой красавицы, отдавшей свое сердце уроду баснописцу. Избалованная, но не обделенная умом фарфоровая кукла в первом действии и влюбленная, способная на безрассудства, взрослая женщина во втором, Клея пленила публику, заставив поверить в искренность своих чувств к рабу.

Порой казалось, что режиссеру Юрию Цуркану не хватило времени, чтобы спектакль получился более живым. Некоторые сцены слишком затянуты, как пир Ксанфа и Агностоса. Иные недоработки сбивали зрителя: смену декораций принимали за антракт. И тем не менее спектакль о человеке, не готовом для жизни и любви, но созревшем для свободы и умирающем за нее, все же получился.