По правилам хорошего тона Питер положено любить. Там гулял гоголевский Нос и сходил с ума Двойник Достоевского. Там ночью светло и мосты разводятся, словно семьи. Серость и сырость там принято называть особой питерской атмосферой. А неудобство расположения вменяется сравнивать с Венецией.

От архитектуры там веет Европой, что привлекает к городу западников и отталкивает славянофилов. В нем хотят видеть символ нового, молодого и прогрессивного в противовес старому, длиннополому и бородатому. Дворы там похожи на колодцы, что ни дом, то памятник архитектуры, и даже стоящая против дворца Петропавловская тюрьма является предметом гордости и символом продвинутости. "Дорогие экскурсанты, отсюда, знаете, никто никогда не убегал. А в этой уютной камере Николай Гаврилович Чернышевский задавался своим вечным вопросом. А вот во дворике посажен странный, лысый шемякинский Петр". И верно, куда ж его такого обритого, кроме как в Петропавловку? Да боже мой, тут даже в "Крестах" проводят экскурсии. А каменные кони, львы и сфинксы сроднились с населением, будто обычные комоды или трюмо.

"Музей под открытым небом", "Северная Пальмира", "Как я рад! Как я рад! Я поеду в Ленинград!" — даже Бармалей мечтал прогуляться по Питеру.

Отношение к Петербургу — это лакмусовая бумажка, по которой публика легко определит уровень вашей культуры. Покритикуйте Аничков мост, и все — вы уже нам не друг. Мы ведь не можем дружить с такими убогими недоумками. Да в конце концов Питер — чуть ли ни главный источник гордости петрозаводчан. "Мы, знаете ли, из-под Питера. Да. На каждые выходные. Конечно. Эрмитаж вместо завтрака. Да нас и заложили одновременно. Петр Алексеевич. Лично". И как-то сразу масштабнее себя чувствуешь. Круче.

И 300 лет нам одновременно накатило. У них, конечно, там все поразмашистее. Колыбель революции все-таки, северная столица, родина президента. Так мы и не претендуем на их-то размах. На сорок-то миллиардов. Мы ж все понимаем. Один только забор вдоль новой президентской трассы каких небось деньжищ стоил. Там, за забором, домишки косенькие, сортирчики уличные, деревеньки убогонькие. Не сносить же все это. Где ж тогда людям жить? А так заборчиком прикрыл, перед ним опилочек насыпал, красочкой зелененькой под цвет травки покрапил — и вот уж красота готовая. Все, как и 300 лет назад. Лишь бы глазу монаршему услада была.

Вот только с названиями я, по серости своей, путаюсь. Москве 850 перевалило, а она как была Москвой, так и стоит, не шелохнется. Римляне давно превратились в итальянцев, Париж пережил якобинцев, Лондон — Кромвеля, а тут чуть какая заваруха, чуть не уследил за новостями, и вот ты уже живешь на Петроградской стороне в Петербурге Ленинградской области. И поди объясни какому-нибудь любознательному дитяте, почему Ленинградский проспект — это еще хорошо, а Ленинград — уже плохо.

Ну да мелочи. Глупые, несерьезные придирки. Питер положено любить. Что мы и делаем.

Невский, пиво, эрмитаж, молодость...

Почему-то мы чувствуем его особенно родным и близким — и лет нам одинаково, и один у нас отец-основатель, и вообще до Питера рукой подать. Петербуржцы, скорее всего, таких же теплых ответных чувств к Петрозаводску не испытывают... Ну и ладно. Наверное, наибольшее количество железнодорожных билетов в Петрозаводске продается именно до Питера. И именно в Питер — покорять столицу — время от времени уезжают петрозаводчане, когда родной город начинает "жать в плечах"... Мы поинтересовались, какие ассоциации возникают у жителей Петрозаводска, когда они вспоминают Санкт-Петербург? И хотели бы они видеть этот город столицей России и почему?

Лео СЕВЕЦ, музыкант группы "Мюллярит":

— Там пиво было клевое в 1980 годах, "Адмиралтейское", стоило оно дороже, чем "Жигулевское", копейки 54, кажется. И там я впервые познакомился с художником Филоновым. И еще ментовка там жестокая, 5-е отделение, всем хиппи просто волосы вырывают. Но это из плохих ассоциаций, а хорошие именно такие, как я сказал. Столицей? Так мы уже видели его столицей в исторических хрониках. А сейчас я хотел бы видеть столицей Бараний берег.

Галина РАЗБИВНАЯ, министр образования:

— Вдохновляет, мне приятно ощущать, что мы соседи. У меня там много друзей. Очень хорошее, доброе отношение к этому городу. Но Петрозаводск я люблю больше. Первое впечатление — там замечательный Дворец творчества детей и юношества, хорошо известный в стране и в мире, где очень много талантливых подростков и где очень талантливый коллектив. Второе — это, конечно, Эрмитаж. Думаю, что в области образования и культуры Петербург вполне мог бы быть столицей. Вообще Москва как столица меня устраивает, другой вопрос, устраивают ли люди, которые там работают... Но как культурная столица Петербург мне кажется весьма подходящим городом.

Георгий ТЕРАЦУЯНЦ, руководитель и дирижер академического хора ПетрГУ, заслуженный работник культуры России и Карелии:

— У меня одна ассоциация — это моя родина. Я там родился в 1929 году и прожил до 1962 года. Там учился и начал работать. Поэтому о Санкт-Петербурге у меня самые теплые воспоминания. И сейчас я снова туда поеду на празднование 300-летия. Столицей бы видеть его не хотел. Потому что, мне кажется, Санкт-Петербург и так столица: культурная, интеллигентная. А видеть там правительство, чиновников не хотелось бы.

Юрий АНДРЕЕВ, заместитель главного врача БСМП Петрозаводска:

— Самые приятные ассоциации. Невский проспект, в первую очередь. Санкт-Петербург — это годы учебы, это друзья, это молодость, а ее вспоминать всегда приятно. Очень красивый город, я его люблю больше, чем Москву. Наверное, столицей я бы видеть его не хотел, Питер ценен именно таким, какой он сейчас. А столица вообще должна быть в каком-то отдельном маленьком городе, где были бы только чиновники — и все.

Опрос провела Саша Домина