За последние шесть лет заболеваемость сифилисом выросла в 150 раз

Закон "О защите населения Республики Карелия от заболеваний, передаваемых половым путем", ставший предметом обсуждения депутатов ЗС, вызвал неоднозначную оценку у общественности. А ряд его статей заставили заговорить наблюдателей о попытке законодательно закрепить откровенно репрессивный подход к больным венерическими заболеваниями и их половым партнерам.

Чтобы подробнее узнать о новом законе, мы встретились с одним из его разработчиков, главным врачом кожно-венерологического диспансера Александром Архиповым.

- Александр Владимирович, неужели у нас все так страшно, что необходим даже специальный закон?

- В Карелии, так же, как и в целом по России, сложилась катастрофическая ситуация с заболеваниями, передаваемыми половым путем. Необходимы самые решительные меры, а для этого нужна законодательная база. На уровне Российской Федерации никаких подвижек в этом направлении нет, поэтому каждый регион вынужден выживать самостоятельно.

В Карелии давно назрела необходимость в законе, который регулировал бы деятельность кожно-венерологических служб. За основу мы взяли закон, разработанный в Свердловской области.

- Что стоит за словами "катастрофическая ситуация с венерическими заболеваниями"?

- За предыдущие шесть лет заболеваемость сифилисом в Карелии выросла в 150 раз, а ведь это самая страшная болезнь, лечением которой занимается дерматовенерологическая служба. К сифилису нужно относиться очень серьезно. К этому выводу я пришел после того, как на одном из моих дежурств (я тогда еще был начинающим врачом) погибла женщина с третичным сифилисом. Она умерла из-за мощнейшего кровотечения, с которым врачи не смогли справиться, несмотря на то, что долго боролись за ее жизнь.

Сифилис поражает все органы и системы человеческого организма: головной мозг, печень, аорту. Возможны различные поражения центральной нервной системы, когда человек становится психически ненормальным, такие больные обречены на лечение в психоневрологических диспансерах.

Только за прошлый год на территории нашей республики было зарегистрировано 2264 заболевания. Это означает, что в Карелии практически ежедневно выявляется по нескольку случаев заражения свежим сифилисом, нередко острозаразным и достаточно опасным для окружающих. Нам приходится иметь дело и с бытовым сифилисом, когда заражение происходит неполовым путем.

Сейчас мы стали регистрировать такие формы сифилиса, с которыми не сталкивались уже много лет. В Карелии появились случаи врожденного сифилиса, некоторые из них закончились смертью новорожденных детей. Также нами было зарегистрировано несколько случаев мертворождения, когда плод заражался от матери и погибал в утробе.

С другими заболеваниями, передаваемыми половым путем, дело обстоит не лучше. В 1998 году наша республика занимала третье место в России по числу заболевших гонореей.

Постоянно растет количество людей, заразившихся болезнями нового поколения: хламидиозом, микоплазмозом, остроконечной кандиломой. В общей сложности в прошлом году на территории Карелии было зарегистрировано около 17 тысяч человек, заразившихся венерическими болезнями.

- Какие причины, на Ваш взгляд, привели нас к нынешнему состоянию?

- Здесь произошло наложение разных причин. Социальные потрясения всегда связаны с ростом числа инфекционных заболеваний. А мы пережили настоящую социальную революцию, которая сопровождалась перераспределением собственности и расслоением общества на бедных и богатых.

Кроме того, у нас произошла сексуальная революция. Она пришла в нашу страну с большим опозданием, когда Запад уже давно всем этим переболел. Мы же оказались не готовы к раскрепощению нравов. Когда ушла коммунистическая мораль, выяснилось, что образовавшийся вакуум нечем заполнить. Последствия этого мы будем еще долго расхлебывать.

Я далеко не ханжа и знаю, что половая жизнь - важнейшая часть человеческого существования. Но ни один человек не может жить без опоры на какие-то нравственные основы.

Раньше я был очень большим сторонником полового воспитания, считая, что его нужно начинать как можно раньше, лучше всего прямо с детского сада. Это действительно необходимо делать, но со временем я убедился, что половое воспитание нельзя отрывать от нравственного. Если мы будем рассказывать школьникам о том, откуда дети берутся, и не воспитаем чувства ответственности за себя и своего партнера, то мы лишь пробудим в них ранний интерес к сексу и добьемся обратного эффекта.

Это, кстати, переживают сейчас страны Скандинавии. У них активное половое воспитание привело к тому, что число абортов среди школьников выросло в несколько раз.

- Изменилось ли "лицо" сифилиса в результате социальных перемен, которые произошли в нашем обществе? Можно ли сказать, что сифилис стал болезнью бедных?

- Сифилисом действительно чаще болеют люди с низким достатком, например, те, кто злоупотребляет алкоголем или у кого снижен иммунитет из-за недостаточного питания. Но болезнь все же не выбирает, и заразиться сифилисом может любой человек, независимо от того, бомж он или новый русский.

А вот клиническая картина сифилиса изменилась серьезно. Мы вынуждены использовать учебники начала века, потому что раньше нам не приходилось сталкиваться с такими запущенными и заразными формами сифилиса, которые сейчас встречаются все чаще и чаще.

- Долгое время сифилис считался постыдной болезнью, его воспринимали как бич божий. Сегодня это отношение изменилось?

- Если человек меняет по нескольку партнеров в неделю, то весть о своей болезни он может расценить как наказание свыше. Но ведь заразиться можно и от одной случайной связи. А можно даже через посуду или поцелуй. Поэтому специалисты никогда не относились к сифилису как к чему-то постыдному. Для нас это такая же болезнь, как и любая другая.

А в обществе предвзятое отношение к сифилису сохраняется до сих пор. Люди считают эту болезнь страшной, неприятной и даже в чем-то грязной, а к больным нередко относятся как к изгоям.

- Предложенный вами законопроект предусматривает обязательное обследование групп риска по венерическим заболеваниям. Разве это не ущемляет права ваших пациентов?

- Венерологи вовсе не собираются внедрять силовые методы работы. У нас и без облав хватает нагрузок. Мы будем действовать так же, как и сейчас - исключительно убеждением. Мы прекрасно разбираемся в эпидемиологии и знаем, как должна проводиться эта работа.

Если человек скажет нам "нет", то обследовать его никто не станет. Другое дело, что люди, которые внимательно относятся к своему здоровью, сами будут рады пройти бесплатное обследование, если оно им будет предложено. Тем более что ничего сложного или опасного для жизни в нем нет, нужно лишь сдать кровь из пальца.

Уже давным-давно прошли те времена, когда в ряде регионов России больных сифилисом лечили в стационарах за решеткой и чересчур активно выясняли источники заражения. Венерологические службы демократизируются вместе с обществом. Сейчас мы гарантируем полную конфиденциальность нашим больным. Данные пациента известны только его лечащему врачу. Мы кодируем даже направления на анализ, так что фамилии больных не выходят за пределы кабинета. Поэтому мне очень странно слышать заявления о том, что мы намерены организовать репрессии против наших пациентов. Это откровенные домыслы.

Предложенный закон впервые закрепляет статус наших больных и наделяет их всеми правами, которыми обладают пациенты обычных лечебниц: правом на выбор врача, на выбор лечения, правом на обладание полной информацией о своем заболевании. В законе закрепляется запрет на разглашение данных о наших пациентах. Сведения о них могут предоставляться только органам прокуратуры по их требованию, если против больного возбуждено уголовное дело по сексуальным преступлениям. Как видите, предложенный нами закон нельзя назвать репрессивным.

- Наиболее негативную реакцию общественности вызвала 16 статья закона, в которой были определены группы риска, которые должны подвергаться обязательному обследованию. Стоило ли вообще составлять этот "черный список"?

- В первоначальном варианте закона действительно были определены группы населения, среди которых наиболее распространены венерические заболевания. Планировалось, что мы возьмем их под свой контроль. Но после того как закон прошел первое чтение, мы по совету юристов Законодательного собрания решили не детализировать группы населения, подлежащие обследованию. Теперь определять их будет правительство республики после согласования с Центром санэпидемнадзора и дерматовенерологическими службами.

Мы же будем решать, какую применять методику при обследовании групп риска, но, повторюсь, насильно обследовать никого не будут. Желание больного для нас закон.

Можно вообще не проводить комплексных проверок групп риска, но тогда будет намного сложнее бороться с эпидемией сифилиса. Группы риска - это не наша выдумка, мы с ними постоянно сталкиваемся. Так, в прошлом году мы наблюдали высокий уровень заболеваний сифилисом среди сезонных рабочих, приехавших в нашу республику на заработки.

- В первоначальном варианте закона в группу риска попали лица, злоупотребляющие алкоголем. Скажите, кто будет решать: позволяет ли человек себе выпить лишнего?

- Составлять особый список злоупотребляющих алкоголем людей, конечно же, никто не будет. Обследование будут проходить больные, находящиеся на учете в наркологических диспансерах. Причем дело это будет сугубо добровольное.

- Сегодня, по различным оценкам, около трети больных лечится нелегально. Вы не боитесь, что после принятия закона их количество может серьезно увеличиться?

- Я не вижу никаких причин, почему это может произойти. К тому же число незарегистрированных больных, на мой взгляд, намного меньше, и вообще его очень трудно определить.

Даже если больной прошел курс лечения где-то на стороне, он, как правило, рано или поздно все равно попадает к нам. Сифилис, как и другие венерические заболевания, очень сложно диагностировать и практически невозможно лечить в домашних условиях.

Буквально на прошлой неделе к нам поступил больной, который по совету друга лечился у какого-то врача в Санкт-Петербурге. За несколько уколов от сифилиса он заплатил безумные деньги, около 150 долларов, кстати, у нелегалов это обычная такса. А через четыре месяца после этого он обратился к нам уже с проявлениями нейросифилиса. Так что очень сложно сказать, какое количество больных не регистрируется в нашей республике.

Возможно, в больших городах есть клиники, в которых качественно лечат и при этом не проводят регистрацию. А в Карелии человека, заразившегося венерическим заболеванием, все дороги приводят в наш диспансер.