Вдали слышится характерный звук турбин вертолета. А вот уже сам МИ-8 появляется на высоте метров сто над полем. Заходит против ветра, направление которого указывает дым. Все ближе и ближе к зажженной шашке по глиссаде снижения, поднимая работающими винтами снежный ураган. Лишь только колеса касаются снега, как из открытой двери винтокрылой машины начинают выпрыгивать люди в белых маскировочных костюмах с оружием в руках.

Первым - командир. Он, присев, остается в снегу у двери, отсекая остальным путь от смертельно опасного хвостового винта вертолета.

За ним прыгает пулеметчик, по пояс в снегу с пулеметом ПКМ быстро выдвигается метров на 10-15 от вертолета и залегает, контролируя сектор со стороны вероятного появления противника, обеспечивая огневое прикрытие высадки всего десанта и самого вертолета.

Сразу за пулеметчиком по одному высыпают на снег остальные члены группы десанта. Также в снегу по пояс полукружием рассыпаются по снежной целине. Командир - замыкающим. Залегают и берут контроль, каждый - за своим сектором огня. Всей группой создается круговой сектор обстрела.

Минута-две, и командир голосом и сигналом руки подает команду на отход и первым бежит к двери вертолета. Встает на одно колено. Члены группы по одному, бегом отходят к вертолету и ныряют в кабину, используя второе колено командира как ступеньку. Крайним точку высадки покидает пулеметчик. Вот он в кабине, и командир, встав на ноги, одним прыжком, спиной вперед, буквально вбрасывает себя на железный пол винтокрылой машины.

Секундой позже колеса вертолета отрываются от поля, прощальный снежный вихрь закрывает горизонт, и вот через минуту-другую вновь слышен лишь звук удаляющихся турбин. Вновь открывается глубина синего весеннего неба. Следы на снегу заметены снежным вихрем работавших винтов.

Через несколько минут новая шашка зажигается у полосы черного асфальта. Новый заход «Ми-восьмого». И все повторяется: прыжок командира (теперь уже на жесткий асфальт), за ним пулеметчик… Отход по команде, колено командира, прыжок в распахнутую дверь на железный пол.

Повторяется все то, что предусмотрено боевым уставом Воздушно-десантных войск и войск специального назначения при десантировании личного состава посадочным способом из вертолетов…

Кому это нужно?

Впрочем, отличие есть. Нет, не в тактике, а в составе участников боевых тренировок. Это не группа спецназа ВДВ, не спецназ ГРУ, не «Альфа» и не «Вымпел». И вертолет не защитного цвета, а желто-синий, с надписью на борту «Спасательный».

Тренируется Отряд милиции специального назначения (ОМСН) криминальной милиции УВД Вологодской области, больше известный населению области по старому названию - СОБР.

И отработка десантирования происходит не в горячих точках, а на Вологодском аэродроме, на площадке Вологодской региональной поисково-спасательной базы (ВРПСБ).

Тренировкой руководят: командир спецназа областного УВД полковник Дмитрий Пушкин и начальник авиаспасателей Павел Падченко. На тренировку в качестве наблюдателей приглашены: ваш покорный слуга - редактор «Седьмой полосы», командир парашютного звена Вологодского авиаспортклуба Валерий Кутузов и майор запаса Станислав Коноплянников - в недавнем прошлом командир батальона спецназа ВДВ.

Тренировка заканчивается. Сотрудники полковника Пушкина на своем «уазике-буханке» уезжают на свою базу, а мы остаемся у гостеприимных спасателей попить чайку и обсудить прошедшие учения.

Павел Васильевич Падченко - начальник ВРПСБ:

- Однажды после боевого выезда в Чечню ко мне, как к начальнику поисково-спасательной базы и как к человеку, имеющему большой опыт в Афганистане, обратился командир ОМСН с просьбой оказать помощь в организации тренировок.

Будем смотреть правде в глаза: в Чечне идет война. А на войне нужно уметь высадиться из вертолета, эвакуироваться из зоны боя, обозначить место посадки машины.

А этого можно достичь только систематическими тренировками. И тренировкой здесь, если можно так сказать, в тылу. Высадка и эвакуация требуют особого навыка. Это обеспечивает безопасность и может спасти жизнь и бойцам, и экипажу вертолета.

Командир спецназовцев Дмитрий Пушкин сразу понял важность задачи. В государстве почему-то еще никто не сообразил, что такие тренировки нужны, и нужно выделять на них региональному спецназу МВД средства. Мы-то это делаем чисто добровольно, из принципов боевого братства.

Полковник Дмитрий Владимирович Пушкин:

- Да, тренировки здесь, на базе авиаспасателей, нам дают много. Личный состав привыкает к вертолету, отрабатывает все детали высадки и эвакуации, тактику ведения огня, прикрытия вертолета.

В прошлой командировке в Чечню нам пришлось уже использовать опыт, наработанный дома. Армейцы увидели нас в деле и очень удивились: мы - первый региональный спецназ внутренних дел, который работает при высадке, как войсковой спецназ.

Естественно, что спецназ Вологодского УВД на территории области в основном выполняет чисто «милицейские задачи»: захват вооруженных преступников, освобождение заложников и транспорта, захваченных преступниками.

Но большую часть времени личный состав Отряда специального назначения проводит в командировках, в основном в Чечне. Поэтому офицерам отряда (а в нем служат только офицеры, преимущественно с высшим образованием) там часто приходилось участвовать практически во всех видах специальных операций, характерных для армейского спецназа.

Спецназ - образ жизни

Знакомство с «хозяйством» полковника Пушкина продолжилось на базе ОМСН.

Следует отметить, что, как ни пытался автор «расколоть» полковника и его сотрудников хотя бы на краткий рассказ о структуре отряда, количестве людей, готовности, о порядке несения службы, вооружении, получал, по словам одного литературного героя, «полный отлуп». И это абсолютно естественно. Как раз эти сведения и составляют военную и служебную тайну методов работы и боевого применения отрядов специального назначения.

О вооружении можно судить лишь по плакатам на стенах - есть все, от антиснайперской винтовки «Взломщик» и бесшумных пистолетов со специальными патронами до станкового гранатомета СГС.

Рассказывает полковник Дмитрий Пушкин:

- Занимаемся мы ежедневно. Это тактическая и тактико-специальная подготовка. На занятиях жесткий контроль. В принципе мы обеспечены всем для выполнения любой задачи. Отряд не раз доказывал это в Чечне.

- В спецназ приходят в основном молодые, и с гражданки и после армии, часто выпускники Вологодского института права и экономики. Если нет высшего образования, то создаются условия для учебы. Служат только добровольцы. Иного не может быть.

Бывает, что не может служить, тогда говорим: «Парень, ты нам не подходишь, не мучай ни себя, ни нас». Но это очень редко.

Спецназ - образ жизни. Не может такого быть, что с 8 до 17 ты - спецназовец, а после 17 - обычный гражданин.

И еще у бойца должен быть крепкий тыл. Семьям помогаем. Когда сотрудник в командировке, семьям говорим, чтобы по любому вопросу звонили: устройство на работу ли, детей из садика забирать…

Удачи вам…

В этот день в отличном (ей-ей) спортивном комплексе УВД проводился отбор двух кандидатов в отряд. Два старшекурсника института права проверялись на силу, выносливость и характер. Один из кандидатов с трудом встал на ноги после упражнений на выносливость. Но в норматив уложился. Перерыв только на переодевание, и на ринг - зачетный бой. Нужно выстоять три двухминутки против бойцов того отделения, в которое принимается кандидат. От боя уклоняться нельзя - иди вперед. Бокс, можно сказать, базовый спорт вологодских спецназовцев. Есть и мастера спорта, и чемпионы.

На учебный бой всегда приходят посмотреть будущие коллеги. Они оценивают характер. Им не все равно. В настоящий бой идти вместе.

И хотя командир и сотрудники отряда говорят, что все у них в порядке и все нормально, наверняка из-за частых командировок есть и семейные проблемы, и психологические травмы после обкатки огнем. Нет и полноценной реабилитации, Конечно, появляется необходимая жесткость, заматерелость.

Но и адаптация к миру проходит непросто. По возвращении из горячих точек первое время, скорее всего, смотришь на человека, а видишь его как бы через прицел.

А еще наверняка душу многих царапает то, что здесь, дома, в родном городе, прохожие на улицах знать ничего не знают о том, что где-то идет война, льется кровь, кричат раненые и молча умирают солдаты.

Не обижайтесь, ребята, - это жизнь.

Просто вы выбрали такую профессию - Родину защищать.

Удачи вам во всём, и прежде всего боевой удачи.