Комфортные ниши.

Фонари не горят, в душной от запаха эвкалиптов и азалий темноте—чужая речь, в пятачках света на площадках кафе—черноглазые лица и быстро становящееся привычным «спасибо» в ответ на предлагаемые со всех сторон мужчинами фрукты, вино, кофе, поездки на Голубое озеро, от которых с улыбкой приходится отказываться. Первый после войны отдых в Абхазии. Симпатии, замешанные на недоверии. Мы фильтруем их интонации, они—наши. Мы не верим, что у них мир всерьез и надолго, они не верят, что мы скажем им с той же улыбкой «спасибо» на своей территории.

С одной стороны—море, с другой—горы. В Сочи видишь их уже не такими, и почему-то пронзительно грустно от знакомых славянских лиц. С возрастом отвыкать становится так же легко, как и привыкать. Ценность окружения меряешь зачастую по степени комфорта, который соседство рождает.

Свой среди чужих, чужой среди своих. Вечная беда человека. Средства массовой информации (если не делить их на пропрезидентские и условно-независимые) рассказывают о том, что за пределами страны рейтинг Владимира Путина от выезда к выезду растет, в пределах—от события к событию падает. Если выездов все больше и больше—это значит, что каждый ищет свою нишу?

Вице-спикер Госдумы Любовь Слиска собрала в Саратове масштабный форум женщин-парламентариев. Ей комфортнее, если их больше? Или она ищет роль без приставки «вице-»?

Каждый самовыражается, как может. Мэр Саратова Юрий Аксененко в преддверии выборов сделал подарок школьникам области—50 тысяч дневников учащихся. Раздавали их через неделю после 1 сентября, и получившим пришлось выбирать: купленный родителями или подаренный мэром отправить «на выкид»? Иным было некомфортно. Жаль, что это не самая сложная из задач, что приготовила для каждого жизнь.

Читайте номер.

Ольга Гурджуа