Душный август

Может быть потому, что обещаны скорые холода, эти последние августовские дни томительно прекрасны. Сентиментальные гражданки покупают себе букеты щемяще грустных астр. Из кастрюлек бабулек, продающих на каждом углу вареную молочную кукурузу, несется такой чудесный дух, что, кажется, он перебивает даже выхлопы расплодившихся до несть числа автомобилей. А запах сливового варенья из окон! Похорошевшая за лето разномастная детвора ловит последние моменты сладкого безделья. Загоревшие девчонки, скорее раздетые, чем наоборот, прелестны чаще, чем через одну. Благословенный август.

Проклятый август! Утренние светлые людские лица лишь на какое-то мгновенье способны отвлечь от тяжелой духоты несущегося со всех сторон вранья.

Нам говорят, что борьба с коррупцией—задача номер один, а редких пойманных за руку коррупционеров отпускают прямо в зале суда. Все силы брошены на борьбу за урожай, а на деле—приписки, вынужденный и просто обман, пресловутая «двойная бухгалтерия». Всем понятно, что предпринимательство, особенно в затхлой общественной атмосфере глубинки—глоток надежды, а на деле—поборы и безнадега. Твердят на всех уровнях: наркотики—главное социальное зло, а в результате ловят мелких сошек, когда вовсю жирует на несчастье крупная рыба. Все вышеперечисленное—только в одном газетном номере, который вы держите в руках. Можно выпустить еще миллион газет, поднять еще массу не менее кричащих проблем—похоже, там, наверху, уже спокойно и привычно не слушают. Караван идет.

Трагедия в Баренцевом море. Конечно, не только для меня, дочери и жены военных моряков, вся эта неделя была полна гнетущей тревоги за погребенных на затонувшем «Курске» ребят, почти физической боли сострадания к их сходящим с ума от неведения женам и матерям... Не менее больно и от сознания того, сколь дешево ценит Отечество наше своих граждан. Опять горы вранья. Почему-то не сообщили сразу о трагедии, которая разыгралась не где-то, а на мелководье Баренцева моря, во время учений. Почему-то президент, ненавязчиво претендующий на звание спасителя оного Отечества, не удосужился покинуть теплое Черное море ради холодного Баренцева, где разворачивались трагические события, к которым приковано внимание всей страны и мира. Гибель находящихся на службе Отечеству—просто событие, в ряду прочих? Для Главнокомандующего, для почетного подводника, для главы страны, декларирующей стремление встать в ряды цивилизованных? Да ни в одной из цивилизованных стран невозможно такое! Только четверговым вечером, после разговора с Биллом Клинтоном, наш президент дал указание главкому ВМФ: «Принять любую помощь, откуда бы она ни исходила, в спасении людей». Почему не раньше-то? Или ему тоже врут? Одно ясно, это «Баренцево горе», не говоря о прочих, добавит обществу российскому много психологических проблем.

Ирина Акимова

&